Дети Великого Шторма. Трилогия
– Ямаока! – проговорила Камэ, загадочно улыбаясь. – Как удачно, что вы привезли меня именно сюда, да еще и в разгар праздника! Надеюсь, у всех будет шанс повеселиться?
На это Крейн пространно заметил, что равных шансов не бывает ни в удаче, ни в беде. Камэ возмущенно фыркнула и подошла к фальшборту, словно желая поторопить «Невесту». Глядя на ее стройную фигуру, мастер-корабел запоздало сообразил, что картограф, наверное, все это время чувствовала себя очень неуютно, – ведь она находилась на борту фрегата, но больше не была с ним связана. Одно дело – если человек никогда не ощущал себя частью команды, и совсем другое – оказаться вновь на том же месте, откуда ушел много лет назад, разорвав все нити.
Когда они причалили, Крейн назвал имена тех, кому предстояло нести вахту на корабле, а остальным разрешил отдыхать сколько душа пожелает. Повернувшись к Эрдану, он спросил:
– Надеюсь, и ты присоединишься к карнавалу?
Мастер-корабел давно уже избегал шумных праздников, но сейчас почему-то не был настроен возражать капитану. Крейн вел себя как-то странно, и Эрдан никак не мог понять, что и почему изменилось. Возможно, все из-за Камэ?
Матросы «Невесты ветра» быстро рассеялись в ночной веселой толпе. Еле заметные отблески заката еще освещали небо на западе. Кругом пили, пели, танцевали, от разноцветных ярких нарядов и масок рябило в глазах, а музыка, казалось, заставляла даже фрегаты у причалов покачиваться в такт.
– Я должен отыскать градоначальника, – сказал Крейн. – Ты со мной?
Эрдан кивнул. Было интересно посмотреть, чем занимается градоначальник в такой вечер. К тому же корабелу хотелось услышать, что именно магус собирается ему рассказать.
Они прошли вдоль набережной – дорогу спрашивать не пришлось, поскольку дом градоначальника, увенчанный башней, возвышался над прочими зданиями, словно маяк, – и оказались у тяжелых дверей, покрытых витиеватыми узорами. Кристобаль поднял руку к дверному молотку – и неожиданно замер:
– Посмотри!
Музыка и веселые голоса как будто сделались тише.
Среди замысловатого орнамента, сильно пострадавшего от времени и соленого морского ветра, все еще виднелся знакомый рисунок: два профиля размером с ладонь, обращенные друг к другу… по одному на каждой створке. Так вот что означала черта вдоль желто-черного знака на карте? Двери, ведущие куда-то? Время не пощадило загадочные лики, но все-таки их нельзя было ни с чем перепутать.
– Вот так сюрприз! – ошеломленно проговорил мастер-корабел. – Похоже, нас и впрямь занесло сюда не случайно, а?
– Посмотрим, удастся ли что-нибудь узнать, – хмуро ответил Крейн и постучал.
В скором времени их принял градоначальник Кестер Нами – худощавый мужчина лет сорока, с редеющими рыжими волосами и пронзительным взглядом голубых глаз. На его рабочем столе не было свободного места – повсюду громоздились бумаги, бухгалтерские книги и прочие признаки того, что Лайра Арлини поручил Ямаоку человеку, обладающему, по крайней мере, должным усердием и желанием оправдать доверие.
– Не до праздника – дела! – слегка смущенно улыбнулся Нами, проследив за взглядом Эрдана. – Но они подождут, потому что я давно хотел познакомиться с лучшим другом Лайры Арлини.
Жители Окраины предпочитали называть своего короля по имени, но вовсе не из-за недостатка уважения – совсем наоборот.
– Да, мы в некотором роде друзья. – Крейн неопределенно махнул рукой. – Я привез сюда его сестру… – И он вкратце рассказал градоначальнику о странном похищении Камэ и ее не менее странном освобождении.
– Да, необычно, – сказал Нами. – Хорошо, что все закончилось.
– Закончилось? – с усмешкой переспросил магус. – Я бы так не сказал. Эти неизвестные явно преследуют какую-то цель, которой пока что не достигли. Не знаю, почему черный фрегат не захотел принять бой. Возможно, Камэ права, и там действительно случился мятеж. Я, по крайней мере, могу допустить такое: корабль выглядел необычным не только снаружи. Что-то происходит… И я бы посоветовал вам быть настороже.
– Учту, – кивнул градоначальник. – Для Ямаоки честь принимать вас, вашу команду и госпожу Камэ Арлини! А теперь хватит формальностей… – Он хитро прищурился: – Вы ведь не покинете порт прямо сейчас? Праздник только начался!
– Что вы, что вы! – Крейн рассмеялся. – Вряд ли через год я окажусь в здешних водах, поэтому упускать такой шанс попросту глупо. Нет, мы намерены задержаться… Э-э… Есть еще кое-что. Ваши двери, Нами, – они ведь очень старые, так?
– Им веков пять, я полагаю. – Градоначальник почесал затылок. – А что такое?
– На них странный рисунок.
Нами закивал еще до того, как Крейн договорил.
– А-а, плачущие лица. Да, на них частенько обращали внимание раньше, а сейчас и разглядеть-то не всякий сможет.
Магус слегка оторопел, и Эрдан осторожно поинтересовался:
– Что это за лица? Я и не заметил, что они плачут. Какая-то местная легенда?
– Я бы не сказал, что местная… – Градоначальник задумчиво нахмурился. – Но это как посмотреть. Хм… Вам ведь известна легенда о том, как Феникс нарушил клятву – передал людям огонь и крылья, научил их видеть сокрытое?
– Помню ее наизусть, – бесстрастно сказал Крейн. – Эти две легенды связаны?
– В некотором роде. Видите ли, капитан, принято считать, что Феникс совершил именно те деяния, о которых я уже упомянул, – за что и был наказан. При всем уважении к Пламенному вынужден заметить, что он не мог этого сделать…
– Что? – воскликнули Крейн и Эрдан одновременно.
– Сами подумайте, – сказал Нами, – ведь люди задолго до пришествия Основателей уже пользовались огнем. Летать они как не умели, так и не умеют, а что касается способности видеть сокрытое, то здесь возможно множество толкований. Дары Феникса не следует понимать в буквальном смысле…
– Попытки разобраться, что случилось на самом деле, ни к чему не привели, – заметил Крейн. – Поэтому, как вам должно быть известно, нынче люди и магусы предпочитают не вникать в то, что же представляли собой эти… дары. Ну и каково же ваше мнение на сей счет?
Градоначальник растерянно развел руками.
– Вы неправильно меня поняли, капитан, я всего лишь хотел сказать, что плачущие лица связаны с этой легендой и некоторым образом ее дополняют. Ну так вот, когда «Утренней звезды» не стало, а Основатели страшно наказали клятвопреступника, где-то на южных островах появился некий дом. Поселилась в нем женщина, не принадлежавшая к Основателям, но все-таки обладавшая огромной силой. Коснувшись человека или даже магуса одной рукой, она могла его убить, а прикосновением другой руки тотчас возвращала из мертвых, и тогда он становился ее слугой. – Нами вздохнул. – Ох, никудышный из меня рассказчик. Есть не меньше десяти версий этой сказки, и все по-разному объясняют, откуда взялись профили. Временами говорят, что колдунья носила черную перчатку на левой руке и желтую – на правой… Я даже слышал, что она появлялась на людях в маске, половина которой была черной, а половина, соответственно, желтой или золотой… Но одна история все-таки стоит особняком. Постойте…
Градоначальник ринулся к книжным полкам и принялся что-то искать. Эрдан взглянул на магуса – тот выглядел очень взволнованным и бледным.
– Сейчас-сейчас! – Нами лихорадочно листал какую-то очень старую книгу. – О! Нашел… «В год, когда звезды перестали падать с неба, явились к нам двое – ни к роду людскому, ни к морскому, ни к Основателям не принадлежали они. Был ликом черен один, а другой – светился золотом, точно полуденное солнце. Ростом оба превосходили прибрежные скалы. Рыдая, сказали двое: „Плачьте! Ибо не стало госпожи, а значит, грядет время Великого Шторма…“ А потом оба растворились в тумане, и больше их никто не видел». Это записал мой прадед – он легенды собирал, да так и сгинул на юге из-за легенд.
Кестер Нами закрыл книгу и взглянул на своих гостей.
– Благодарю, – проговорил Крейн, успевший взять себя в руки. – Вы нам очень помогли.