Возмездие богов
– Должно быть, ему стоило немалых усилий отправить нам это сообщение, – тихим голосом произнесла Линнея. До сих пор она не принимала участия в обсуждении. Ей не хватало опыта ведения войны. Как, впрочем, и Малии. Жрицы слушали и учились. Это было все, что они могли сделать в данный момент.
– Тебя преследовали, юноша? – спросил Халид у Юла. Лекарь, обычно выступавший в роли молчаливого слушателя, впервые подал голос. То был содержательный человек, и его способности в искусстве врачевания были известны по всей стране.
Услышав обращенный к нему вопрос, Юл побледнел и быстро покачал головой.
– Нет, милорд. По крайней мере, я не заметил преследователей.
Ника поморщилась и вздохнула. Скрестив руки на груди, она прислонилась к стене у окна.
– Никак не представляю себе, как он мог незаметно сбежать из Соляриса. Айла, кажется, очень уверена в себе.
Селеста могла только согласиться с телохранительницей. Айла была стратегом. Казалось, она все предвидела и имела план на все случаи жизни. Нат был умен, но до хитрости Айлы ему было далеко.
– Будем исходить из того, что теперь атеисты знают, где мы находимся.
Эспен, занявший место позади Селесты, твердо кивнул. Солдат не отходил от нее ни на шаг, и Селеста уже привыкла к его присутствию.
– Это означает, что мы должны их опередить.
Все присутствующие кивнули почти одновременно.
– Что сейчас происходит в столице, Юл? – спросил Карим своего протеже.
Юл задумался над словами лорда. Путь от Соляриса до Самары занял несколько дней. Он не был в курсе последних событий.
– Насколько мне известно, все было спокойно. Никто из жителей не знал, что атеисты в городе.
Эмир кивнул – как адмирал, который уже придумал план разгрома своего врага.
– Интересно только, как долго так будет продолжаться.
Если люди в Солярисе узнают правду, начнется массовая паника. Никто из них не мог предсказать, как Айла и атеисты справятся с разъяренной, непредсказуемой толпой.
На мгновение в комнате воцарилась тишина, а потом раздался растерянный голос Маркоса. Он стоял рядом с Никой у окна, устремив взгляд на улицу.
– А что происходит с природой?
Все головы повернулись в его сторону. Из окон высотой от пола до потолка открывался отличный вид на поросшие елями горы и кусты, обрамлявшие двор. Все растения увяли за секунды.
– И жасмин… – сказала Симеа, указывая на вазу в углу комнаты. Жасмин был совсем свежим. Его ветки опустили в эту вазу только сегодня утром.
– Растения умирают, – с ужасом в голосе констатировал лорд Халид.
Раздался сдавленный крик. Линнея, которая бросилась было к окну, чтобы увидеть картину своими глазами, рухнула на пол. Ее голова при этом ударилась о край стола. Кто-то в панике закричал. Линнея обхватила голову руками так, будто ее терзала невыразимая боль.
– Деревья, они кричат, – выдавила она.
– Миледи! – Эспен поспешил к Линнее. Вынув из нагрудного кармана носовой платок, он остановил кровотечение на лбу Линнеи и помог ей сесть на стул.
Жрица дрожала всем телом. Слезы бежали по ее щекам. Селеста опустилась на колени рядом с Дочерью Леса и успокаивающе погладила ее по руке. Она пыталась утешить свою подругу.
– Линнея, что случилось? – спокойным голосом спросила Селеста. Но Линнея лишь продолжала качать головой и прижимать руки к вискам.
– Сильвия страдает, – прошептала она.
– Богиня? – в голосе Симеи звучал ужас. Она обменялась быстрым взглядом с Кезией. Септины побледнели. Так, словно не хотели верить в то, что только что произошло.
Селеста глубоко вздохнула и взяла Линнею за руки, пытаясь заглянуть ей в глаза.
– Линнея, пожалуйста, постарайся дышать спокойно. Малия, ты можешь ей помочь? – Она повернулась к третьей жрице.
Дочь Моря подошла к подругам. Она коснулась плеч Линнеи руками, а потом ее лицо исказилось отчаянием. Но прежде, чем она успела ответить, заговорила Линнея.
– Я чувствую боль моей Богини, как если бы это была моя собственная, – выдохнула она, и слезы потекли по ее прекрасному лицу.
– Я не могу избавить ее от боли, потому что это не ее боль. Прости, – прошептала Малия, успокаивающе поглаживая Линнею по спине.
В комнате воцарилась жуткая тишина, в которой были слышны только рыдания Линнеи.
– Что могло случиться? – задал Карим вопрос, который вертелся у всех на языке.
Марко выглянул наружу.
– Все, что росло, увядает и сохнет. Даже земля становится коричневой, – заметил он.
Линнея в объятиях Селесты обмякла. Дочь Неба почувствовала мокрые от слез щеки девушки на коже своих рук.
– Сильвия лишила Сирион своей любви. Раньше это уже случалось, – призналась Линнея. Страх наполнил ее голос.
Множество растерянных взглядов обратились к Дочери Леса. Даже Селеста не понимала, о чем говорила Линнея. Но жрица Сильвины усиленно знакомилась с древними легендами и документами, описывающими историю Сириона. Искала она их и на Сохалии. И теперь понимала, что происходит.
Ее взгляд встретился со взглядом Селесты. Глаза оливкового цвета были наполнены слезами. Еще один душераздирающий всхлип вырвался из груди Линнеи.
– Тогда, когда мучительно погибло дитя Божье.
Тишина в комнате стала невыносимой. Значит, сегодня Божье дитя тоже погибло мучительной смертью? Селеста на мгновение задержала дыхание. Ведь это был не Натаниэль?!
Она обменялась быстрым взглядом с Малией, которая тоже с беспокойством смотрела на свою подругу.
Селеста сглотнула комок в горле.
– Дитя Божье? Но кто?.. – Но потом Дочь Неба сообразила, о какой из ее божественных сестер могла идти речь. Если Сильвия лишила страну своей любви, то, должно быть, она оплакивала собственную дочь. А поскольку Линнея была в безопасности в объятиях Селесты, это мог быть только один человек. – Лилиан! – выдохнула Селеста.
Послышался ропот. Но Селеста почти ничего не слышала. Кровь ударила ей в голову и зашумела в ушах. Милая, добродушная Лилиан стала жертвой мучительной смерти? Как такое могло случиться?
– Что происходит в Солярисе? – дрожащим голосом спросила Малия. Марко подошел к ней, и его руки обвились вокруг ее тела в защитном объятии.
– Мы это выясним, – твердым голосом заверила Селеста. Она посмотрела на адмирала Эмира. – Пошлите в столицу разведчиков, нам нужно больше информации.
Если они собирались ввязаться в войну, то должны были понимать, что их ждет.
– Да, жрица, – поклонился Эмир и вышел из комнаты.
Селеста кивнула присутствующим:
– На этом этапе мы прерываем заседание. Линнея нуждается в отдыхе, чтобы прийти в себя. – И она с любовью погладила Линнею по руке.