Возмездие богов

– Ты не можешь умереть. Слышишь? Ты не можешь оставить меня одну. Пожалуйста, – последнее слово она произнесла едва слышным шепотом. Ее горло болело от крика, тело ныло. Но все это было ничем по сравнению с холодным страхом, сковавшим ее жилы.
– Пожалуйста, открой глаза. Пожалуйста, – продолжала умолять она. Слезы безудержно текли по ее щекам, из горла Селесты вырвались надрывные рыдания.
Селеста склонила голову на грудь Натаниэля. И тут она вдруг услышала его сердцебиение! Его сердце билось медленно. Слишком медленно.
Когда мгновение спустя оно совсем смолкло, из горла Селесты вырвался крик, наполненный болью, горем и отчаянием.
 
Натаниэль
Его веки затрепетали, а когда Нат открыл глаза, то обнаружил себя в своей постели в королевских покоях. Как он сюда попал, он не знал. Нат даже не мог вспомнить, что именно произошло, прежде чем он, по-видимому, потерял сознание. Он смутно вспомнил Эспена и Селесту. Много крови. Ее слезы. А потом ее губы, которые прижались к нему в отчаянном поцелуе. А потом – темнота.
Тело болело, было трудно дышать. Сбитый с толку, Нат осторожно повернул голову и увидел знакомые лица. Его друзья сидели в его покоях, занимаясь различными делами.
Захрипев, он привлек внимание всех присутствовавших. Линнея тут же опустилась на колени перед его кроватью. Когда она подняла голову, он увидел слезы, блеснувшие в уголках ее глаз. Но потом ее лицо озарилось радостной улыбкой. Девушка быстро встала и поднесла к его губам стакан с водой, которую Нат жадно выпил.
Позади нее стояла Малия. Ее глаза сияли, но сама жрица, покачав головой, глубоко вздохнула и закатила глаза, как бы говоря, что он больше никогда не должен ее так пугать. Типичная Малия. Нат не мог не улыбнуться.
Адриан и Симея улыбались Нату. Лорд обнял жену за плечи, с любовью и облегчением целуя ее в макушку.
Тут был и отец Ната, и его брат, Ной. Ной шагнул к кровати больного и похлопал его по плечу. От внезапной боли Нат вздрогнул. А Карим растерянно смотрел на Натаниэля – и только. Видимо, лорд не знал, как себя вести. И только когда Нат благодарно кивнул и улыбнулся ему, на лице его отца тоже расцвела улыбка. Отношения между ними, вероятно, никогда не будут легки, но время вражды закончилось.
Карим склонил голову.
– Я рад видеть, что ты поправляешься, – от исполненного доброты голоса отца в груди Натаниэля потеплело. – Силы еще понадобятся тебе, когда начнутся процессы. Мы заперли Айлу и Садыка в темнице. И большинство атеистов – тоже. Тех, кто смог бежать, преследуют. Предатели ждут твоего приговора, сын мой.
Нат, распахнув глаза, уставился на отца, а потом нерешительно кивнул. Они взяли в плен Айлу и Садыка. Это были более чем хорошие новости. Однако предстоящие процессы над Айлой и Садыком сейчас внушали ему ужас. Пока что Нат не чувствовал в себе сил, чтобы заниматься этим. Но даже несмотря на это, собирался лично позаботиться о том, чтобы эти два атеиста получили то, чего заслуживали.
Вопреки разыгранной Айлой шахматной партии победила белая сторона. Черный король и черная королева пали. И даже, если это была не только его заслуга, Нат все же гордился тем, что планы Айлы и Эспена были сорваны при его правлении. Белые ладьи больше не стояли рядом с ним, и этот факт Нат не мог изменить, но зато все остальные фигуры были в безопасности. Белые слоны, Малия и Линнея, больше не были окружены черными пешками, и даже Ника, которая несла смерть, больше не сражалась с врагами в безнадежных схватках. Все они были вне опасности.
За дверью раздался топот, и секунду спустя в покои вошли Марко, Кай и Элио. А когда Нат удивленно взглянул на мужчин, они с облегчением рассмеялись, так, словно с души у них свалился тяжкий груз. Элио встал рядом с Ноем, Марко обнял за плечи Малию, а Кай сел на кровать к Нату. В отличие от Ноя, Кай действовал с огромной осторожностью, заключая Натаниэля в свои объятия.
– Никогда больше так не делай. Еще раз я с таким не справлюсь, – слегка усмехнувшись, пробормотал он.
Нат как раз собирался что-то ответить, когда заметил стоящую в дверях Селесту. Ее руки цепко обхватывали ее собственное тело, будто ей были необходимы их тепло и поддержка, чтобы стоять прямо и сохранять равновесие. Ее лицо было еще бледнее, чем обычно, а под глазами виднелись темные тени, будто она не спала много ночей подряд. На щеке виднелись два пореза. Это зрелище поразило Ната. Когда ее глаза наполнились слезами и девушка начала нервно жевать нижнюю губу, Натаниэль стиснул зубы.
– Всем выйти, – сказал он тихо, но решительно. Он все еще смотрел на девушку, и остальные присутствующие проследили за его взглядом. Селеста стояла все на том же месте и не шевелилась.
Адриан, Симея и Карим быстро и без лишних слов вышли из комнаты. Когда Малия посмотрела на Селесту, ее взгляд смягчился, и она вытащила Марко из комнаты вместе с собой, не забыв при этом одарить Натаниэля на прощание веселой улыбкой. Линнея вновь погладила руку короля и, оставив на маленьком столике у кровати стакан с водой, вышла из комнаты вместе с Ноем.
Кай и Элио чересчур лукаво, на вкус Ната, улыбнулись королю и, проходя мимо Селесты, ласково погладили девушку по мокрым от слез щекам. А потом и они покинули покои.
Когда дверь за последними посетителями, наконец, закрылась, Нат, невзирая на боль во всем теле, попытался принять сидячее положение. Кожа натянулась, повязки на груди зудели и чесались. Нат чувствовал себя так, словно на него напало целое стадо быков.
Селеста по-прежнему не двигалась, и Нат был не в силах этого вынести. В немом приглашении он протянул жрице руку.
Всхлипнув, Селеста метнулась к Нату и бросилась в его объятия. Не обращая внимания на боль, он заключил ее изящное тело в объятия, крепко прижимая к себе. Одна его рука зарылась в рыжие кудри девушки, другая лежала на ее спине. Селеста обвила обеими руками его шею и заплакала. Натаниэль почувствовал слезы жрицы у себя на шее и еще крепче притянул ее к себе. Его губы коснулись макушки девушки. Нат надеялся, что это сможет успокоить Селесту. Он не мог видеть ее такой. С каждым всхлипом любимой сердце Ната пронзал очередной удар. И все же, не говоря ни слова, король крепко держал жрицу в объятиях, позволяя ей выплакаться.
Они сделали это. Они вместе спасли Сирион. Победили атеистов и вернули стране мир. Восстановили тот единственный порядок, в котором он нуждался. Порядок, установленный Богами. Богами, которые любили народ Сириона и пришли ему на помощь. Все было кончено.
– Киска, – прошептал он прямо над ухом Селесты. – Пожалуйста, перестань плакать. – Он больше не мог этого выносить. Душераздирающие звуки, покидающие ее горло, и слезы, капающие на его рубашку, раздирали Нату сердце.
– Я не могу, – всхлипывая, ответила она. Звучало как извинение.
Нат успокаивающе гладил Селесту рукой по спине. Снова и снова. Знакомый аромат корицы проникал в его ноздри, действуя, как желанное лекарство от боли.