Война близко
– Му? Му?! – в неописуемом отчаянии силилась спросить несчастная мать.
– Вы спрашиваете, за что? За ненадобностью. Она считает, что в данном состоянии вы способны принести больше вреда, чем пользы.
– Му? – уточнила Хильдегарда.
– Какого вреда? Например, выдать нас своим призывным мычанием, – терпеливо пояснил подземный монстр. – Мама, не плачьте! Разве я на это способен?
– Му-му? – сквозь слёзы спросила великанша.
– Ну конечно, му-му! Конечно, люблю! Всё! Прекращайте реветь и мычать! Вы меня сбиваете. Лучше выслушайте внимательно, мне необходим ваш совет.
Уранум с облегчением понял, что Хильдегарда проглотила наживку. Его хитроумный план сработал. Разумеется, Нуардис не давала подобных распоряжений, у старой ведьмы и в мыслях не было убить обожаемую дочь. Но кто в тот момент мог доказать обратное? Теперь Хильдегарда целиком и полностью была на стороне сына, а Нуардис боялась и ненавидела. «Возможно, мать знает способ уничтожения старой ведьмы», – предположил злодей и изложил ей свой план. Он клятвенно пообещал её не выдать:
– Мама, я доложу Нуардис, что благополучно расправился с вами.
– Му? – уточнила великанша.
– Как? Сам не знаю. Великая Ведьма не дала мне никаких точных инструкций. Она лишь орала как резаная: «Убить! Уничтожить! Исполнять! Немедленно! Иначе сотру тебя в порошок!» Я вылетел от неё, не оглядываясь.
– Му-у? – всхлипнула Хильдегарда.
– Конечно испугался. Полагаю, картину можно сжечь. Тогда часть вашей души, заключённая в этом полотне, погибнет окончательно.
– Му-му-му! – мать отрицательно покачала головой.
– Нет? Огонь вас не берёт?! А это сюрприз! – изумился Уранум.
– Му! Му-му, – максимально доходчиво попыталась объяснить великанша.
– Понял, не всякий огонь! Чтоб этот маляр Кистиано горел на том свете синим пламенем! Я тут голову сломаю, пока разберусь в ваших му-му! Мычите выразительнее!
– Му-у-у! – она аж округлила глаза от напряжения, силясь объяснить сыну, какой именно огонь следует использовать для уничтожения магических предметов.
– Изначальный огонь? Спасибо, мама. Учту на будущее.
– Му? – обречённо вымолвила Хильдегарда.
– Да не бойтесь! Я узнаю детали только для доклада коварной ведьме. Значит, я должен либо позвать на помощь Великого Владыку Огня, либо бросить вас в жерло первого вулкана на этом континенте. Прекрасно, узнаю у моего батюшки, какой вулкан они создали первым, туда вас якобы и выкину, – заверил её сын.
– Му, – утвердительно кивнула великанша.
– И я думаю, что вполне убедительная версия. Кстати, а с бабушкой такой номер пройдёт? Её можно уничтожить таким образом? – с самым невинным видом полюбопытствовал внук Великой Ведьмы.
– Му? Му-му?! Му! – заметалась на картине великанша.
– Знаете, сейчас не до милосердия! Она первая начала! Я уже опасаюсь за собственную жизнь! – с обидой выпалил Уранум.
– Му-у? – переспросила Хильдегарда, не поверив собственным ушам.
– Да, представьте себе, она и мне угрожала. Боюсь, после нашей победы она уничтожит сначала Чёрного Маршала, а потом меня, чтобы править единолично.
– Му? – великанша указала на себя пальцем.
– А вас? Вас она уже сегодня уничтожила! Вы что, мама, успели забыть, зачем я сюда приехал? – деликатно напомнил юный убийца. – Ну, так как? Можно сжечь нашу ведьму?
– Му! Му-му-му-у! – принялась объяснять сыну Хильдегарда.
– Кивайте, если я правильно понял, – предложил Уранум. – Её может сжечь только сам Великий Владыка Огня. И всё?
– Му, – подтвердила его предположение мать.
– Миссия невыполнима, – расстроился злодей. – Хотя, если призадуматься и грамотно подойти к делу… Ладно, попробую ещё что-нибудь придумать. Вы тут тоже времени зря не теряйте! Думайте! Это очень полезно.
Выслушав ещё несколько самых разнообразных му-му, пока ставил кресло на прежнее место, Уранум покинул Хильдегарду и направился в библиотеку. Там он собирался не просто поджидать отца, а поискать полезную информацию в книгах. У Великого Хозяина Недр имелось, пожалуй, самое богатейшее на всём Южном континенте собрание сочинений. Настоящий кладезь мудрости! К этому источнику истины и припал мучимый жаждой губительных знаний наследник престола – с целью окончательно и наверняка уничтожить Нуардис. Так в стане заговорщиков наметился роковой раскол. Иногда даже лучше, если злодеев много. Больше вероятность, что они рано или поздно займутся самоуничтожением в силу особенностей своих характеров, привычек и мировоззрения.
Уранум взял с полки фолиант в чёрной кожаной обложке и удобно устроился за письменным столом. Он с негодованием огляделся вокруг. Злодей возненавидел это помещение после того, как его расписал Кистиано. Теперь библиотека напоминала малахитовую шкатулку. Художнику удалось выяснить, что малахит – любимый камень Великого Хозяина Недр. Сын раньше посмеивался над этой слабостью отца: «Конечно, рубины и алмазы – это ерунда! У нас же их как грязи! Вот малахит – другое дело! Истинное сокровище!» Он не понимал, почему отец отдаёт предпочтение этому камню. Уранум не чувствовал душу камней, видел лишь их материальную ценность, как и его жадная мать. Если бы муж подарил ей малахитовую брошь или перстень, она точно на него обиделась бы, сочтя это не подарком, а оскорблением.
Он провёл в библиотеке около двух часов, но так и не нашёл ни малейшего намёка, как уничтожить хотя бы часть души, заключённой в каком-либо магическом предмете. Он уже начинал терять терпение, когда услышал тяжёлые шаги отца. «Не прошло и ста лет! Астроном фигов! Хорошо же этот проклятый колдун пудрит ему мозги. Папаша, чего доброго, свихнётся на звёздах и покинет подземное царство», – бубнил Уранум. На полуслове он осёкся. На память пришли настоятельные рекомендации Нуардис по поводу персонального гороскопа для слишком живучего зятя. «Свихнётся на звёздах и покинет подземное царство! – повторил он собственную мысль. – А это идея! Наш лживый оракул сумеет добиться того, чего не удалось мамаше. Он освободит престол для меня! Надо присутствовать на их занятиях, узнать, чему колдун его учит, и использовать эти знания в собственных целях». Любящий сын расплылся в счастливой улыбке как раз вовремя: вошёл наивный отец и, разумеется, абсолютно неверно истолковал его радостную физиономию и блестящие от восторга глаза.
– Сынок! И я безумно рад тебя видеть! Я счастлив, что ты изменил свое мнение о портрете. Ты начинаешь смотреть на мир так же позитивно, как и я. Мы с тобой пережили невосполнимую утрату, но с помощью искусства, науки и любви я вновь возвращаюсь к жизни. Я словно родился заново! Будто умер, а потом воскрес! Ты понимаешь меня?
– Я лишь пытаюсь понять тебя, отец. Папа, можно мне присутствовать на ваших уроках астрологии? Думаю, они и мне пойдут на пользу, помогут справиться с болью утраты и по-новому взглянуть на мир, – монстр уподобился милому агнцу.