Царство Проклятых
Я не смогла удержаться от застенчивой улыбки, когда отбросила иглу и нитку, которые держала, в свой швейный набор.
– Думаю, подойдет.
Его пристальный взгляд упал на маску.
– Где ты нашла это?
Я протянула руку, касаясь пальцами холодного металла.
– Настоящий джентльмен прокомментировал бы красоту своей спутницы. А не спрашивал, где она нашла маску.
– Ты сегодня моя спутница?
По его тону я поняла, что так он меня дразнит, но внутри я ощущала напряжение. Я старалась не думать о том, где он провел прошлую ночь, почему так и не зашел в мою комнату, когда обещал, что придет. Я понятия не имела, чего хотел Похоть, но могла предположить, каких развлечений он искал и на что подстрекал своего брата. Внезапно в груди сжалось что-то, похожее на боль.
– Ты ведешь меня туда. – Я пожала плечами. – Я не знаю, как тебя еще назвать. Но если ты хочешь, я, вероятно, смогу придумать несколько вариантов.
– Я нисколько не сомневаюсь.
Я откровенно восхищалась его костюмом. Черный и золото: жилет также сделан под змеиную кожу, за исключением того, что он был полностью из металла, как кольчужные доспехи.
– Готовишься к битве?
– Только если ты попросишь меня отбивать женихов.
– Где твоя маска?
Он протянул руку.
– Наслаждайся этой тайной.
– Я собираюсь удостоиться чести оказаться с вырванным страхом или тайной моего сердца. Наслаждение сегодня не запланировано. Я хотела бы знать, чего именно ожидать от каждой части вечера.
– Сейчас будет ужин. И я уверен, что тебе он понравится.
Не давая больше намеков, Гнев сопроводил меня вниз по потрясающей лестнице в фойе, заполненное гостями в масках, потягивающими из бокалов шампанское и болтающими приглушенным тоном. Атмосфера сегодня была более сдержанной, но не менее очаровательной.
Чревоугодие заметил наше прибытие и хлопнул в ладоши, плавно привлекая внимание собравшихся гуляк.
– Все, пожалуйста, пройдите в столовую и займите свои места. Пир вот-вот начнется.
Гнев привел меня к нашим местам, и я была рада увидеть, что Фауне отвели место рядом с моим. Анир сидел напротив нее, и на этом мое счастье закончилось. Вошла леди Сундра, сияющая, как солнечный свет, и выражение ее лица стало грозным, когда она заметила меня.
– Леди Сундра.
Ее челюсти сжались, и я сразу поняла, какую непреднамеренную ловушку устроила для нее. В присутствии Гнева я заставила ее использовать мой титул.
– Леди Эмилия.
Зависть ворвался в комнату и опустился на стул напротив Гнева – и рядом со все еще сияющей леди Сундрой – со всезнающей ухмылкой в уголках рта. Прежде чем он успел подразнить меня тем, что зреет в его взгляде, в комнату вошел повар.
– Добрый вечер, лорды, дамы и принцы преисподней. Тема сегодняшнего меню «Пламя и лед». Блюдо каждой земли смертных в той или иной форме будет представлять определенные стихии. Наше первое блюдо, салат фризе, представляет лед. Вы скоро поймете, почему.
Армия слуг вынесла тарелки и расставила их перед каждым гостем одновременно. Беспокойство по поводу леди Сундры исчезло. Я не могла оторвать внимания от блюда. Зелень была разложена на деревянный спил по кругу, что напоминало сорванное с дерева птичье гнездо. Вокруг зелени были рассыпаны кусочки сыра и измельченные орехи пекан. В центре находилась яйцевидная форма рубинового цвета, частично заполненная жидкостью. Это был не просто салат, а настоящее произведение искусства, страсти. Творческий гений такого уровня, с которым я никогда не сталкивалась.
Я обрадовалась, когда поняла, что не единственная, кто еще не взял в руки приборы, так как был не совсем готов потревожить съедобную скульптуру.
– Замороженный клубничный винегрет.
Принц Чревоугодия постучал по искусственному яйцу, разбил его и вылил заправку. Он бросил кусочки сыра и измельченные орехи в листовую зелень, смешав с заправкой. Все последовали его примеру, возбужденная болтовня заполнила большую столовую.
Гнев наблюдал за мной, уголки его рта дернулись, когда я разбила яйцо с заправкой и восхитилась блюдом.
– Я вижу, ты ужасно проводишь время.
– Чудовищно. – Несмотря на навязчивое внимание, которое я почувствовала с противоположной стороны стола, я ответила улыбкой. – Он слишком красив, чтобы его есть.
Мелко нарезанные кусочки мяты, стружки красного лука и фенхеля прекрасно сочетались с горькой зеленью. Как только тарелки опустели, официанты быстро избавились от них, освободив место следующим кулинарным изыскам. Снова появился шеф-повар и гордо объявил следующее блюдо, как будто он был маэстро, а еда оркестром, которым он дирижировал.
– Второе блюдо сегодня вечером символизирует огонь. «Свеча», сделанная из беконного жира. Он медленно горит и создает соус, в который можно окунуть гребешки, обжаренный пармезан и брюссельскую капусту.
Официанты наклонились к столу и в унисон зажгли свечи с беконом. Чревоугодие побуждал всех пить вино и смотреть, как тают свечи. Утомленный театральностью, Зависть повернулся к мужчине-демону, сидящему рядом.
– Есть какие-нибудь новости о Семи Звездах?
– Ничего нового, Ваше Высочество. Все знаки ведут в лес.
Внимание Гнева переключилось на брата. Он осторожно отпил вино.
– Опять гоняешься за сказками?
– Интересно, дорогой брат, когда я стану самым могущественным, ты все еще будешь дразнить меня? – Улыбка Зависти сочилась злобой. – Или поклонишься своему новому королю?
Леди Сундра осторожно оглядела принца рядом, ее взгляд был расчетливым.
Я сжала губы, стараясь случайно не спросить лишнего. Анир перегнулся через стол с озорным огоньком в глазах:
– Власть здесь валюта. Смертные накапливают богатство, здесь члены королевской семьи делают то же самое с магией.
– Могут ли принцы Ада быть свергнуты низшими демонами?
– Нет. Они всегда правят своими кругами. По сути, это проверка того, кто из них обладает большей властью. Братское соперничество, так сказать.
– То есть дьявол – это титул, который можно передать разным правителям?
Принцы вокруг нас застыли, но Анир не обращал на них внимания.
– Не всегда. Это более или менее влияет на разные эпохи на Земле. Ты можешь увидеть на протяжении веков, какой из семи принцев обладал наибольшей властью и влиянием на мир смертных. Войны, жадность, сексуальные пробуждения. И все же, – его шепот был не совсем тихим, – я не могу припомнить эпоху зависти.
Зависть швырнул бокал на стол.
– Следи за своим языком, смертный.
– Или что…