Неслучайная мама для дочки миллионера
- Ты не шутишь?!
- Разве я похож на весельчака? Пора бы уже законно стать Царёвой. И тебе хорошо и мне спокойней. После мы отправимся к юристам, и ты официально удочеришь Александру.
- Родную малышку…
- Лучше поздно, чем никогда. Валерия Михайловна, смеяться надо, а ты хнычешь.
- Я согласна! - Плачу и вдаюсь в некую сентиментальность, Богдан терпит и невозмутимо гладит меня по голове. – А когда свадьба?
- Как насчет послезавтра?
“Послезавтра.”
- То есть от платья с корсетом и пышной юбкой ты отказалась, выбрала по фигуре, без финтифлюшек, а сейчас хочешь бесцветным блеском губы накрасить? – возмущается Катька. – Нет уж, возьми алую помаду, добавь в свой образ перца чили, чтобы Царёв не только в загс тебя утащил, а еще в церковь! На венчание.
- Не будет ли смотреться вызывающе?
Тревожно спрашиваю, внимательно разглядывая свой образ через отражение ростового зеркала.
- Нет! И прическа, Лер, - подходит со спины, дотрагивается пронырливыми ручками моих волос, - которую наваял парикмахер, скучная. Я выпущу тебе локоны страсти! Так из-под фаты ты будешь выглядеть намного горячее.
С опаской наблюдаю за манипуляциями подруги. К счастью, она не портит конструкцию, а лишь подчеркивает игривость. Удовлетворенно пятится и поправляет свое леопардовое платье в обтяжку, с открытым декольте. Она похожа на хищницу с аппетитными формами и внушительным весом. Лыбится мне губами с таким же ярким пигментом, взмахивает копной, накрученной на плойку.
- Лерка, скажи Богдану, чтобы свидетелем Дениса сделал, а я буду подружкой невесты.
- Мы договорились отпраздновать банкет без этих традиций.
- Ничего не знаю! Мне тоже надо личную жизнь устраивать, а то начальник охраны ходит, как глыба ледяная и посмотреть в мою сторону боится. А я зря, что ли, экономкой тут за всех отдуваюсь?
Признаться, с появлением Кати в особняке Богдана настали светлые времена, конечно, пока Царёв рядом мы с подругой соблюдаем некую дистанцию и манеры, зато, лишь кот за двери - мыши в пляс! Катя не только грамотно руководит персоналом, но и поддерживает морально, всячески помогает с Александрой. Ей не нужны для этого взятки. И да, теперь я снова могу без страха, тени сомнений с разгона сигануть на мягкую кровать, не боясь попрощаться со здоровьем.
- Постараюсь.
- Не постараюсь, а точно. Ведь по обычаю свадебному свидетель со свидетельницей… Смекаешь?
Шаловливо дергает бровью, пока к нам в спальню не заходит наряженная мама с Александрой на ручках. Моя маленькая дочь сегодня не уступает по красоте. Александра в воздушном платье цвета зефира и большим бантом макушке.
Сам хозяин особняка ночевал в президентском номере отеля, дабы не видеть меня до свадьбы. А сейчас мы слышим требовательный сигнал авто со стороны улицы и я отшатываюсь, успеваю придержаться за стенку.
Катька накидывает мне на плечи белое манто и застегивает сапожки на шпильке.
- Вы идите, - еле шевелю языком от волнения, - мне нужно собраться с духом.
Благо меня понимают и не спорят. Когда дверь в особняке захлопывается, и я остаюсь одна, начинаю обмахиваться ладошкой. Подкрадываюсь к окну, и чуть отодвигая штору, вижу, что во дворе настежь открыты ворота. Мама с дочерью на руках и Катя шагают по обледенелой дорожке.
Вдалеке я замечаю несравненную и статную фигуру господина моего сердца. Он держит букет для меня и нервно озирается по сторонам.
Пару раз вдохнув, толкаю стальное полотнище и робко замираю на крыльце. Так необычно. Я больше не чувствую ни жара, ни холода, воздух вокруг будто сгущается, окутывая меня подобно эфиру. В горле предательски сохнет, а расстояние между мной и мужчиной что, едва увидев невесту, впился глазами, растягивается бесконечный, но райский путь, на обратной стороне которого меня ждет новая роль. Другая страница книги.
И я, расправив плечи, иду. Не по шипам, а по дороге устланной золотом и белоснежными лепестками жасмина. За спиной моей будто вырастают крылья, а попутный свежий ветер подгоняет и торопит скорее оказаться в объятиях любимого мужчины.
- Привет…
Шепотом говорю. Царёв точно остолбенел.
- Ты очаровательна.
С ителлигентным тактом, присущим исключительно Богдану Царёву, он касается моей руки, подносит к теплым губам и целует. Еле уловимо, но и этого достаточно, чтобы мое сердце взлетело к небесам, а потом ухнуло и завибрировало, разнося по телу миллиарды искрящихся алмазов и приятную дрожь.
Ослепляющие вспышки со всех сторон дурманят взор, щурюсь и лишь сейчас замечаю, что нас плотным кольцом окружили наемники в черном. Их гораздо больше, чем обычно. Они суровые и хмурые, затормаживают толпу зевак и папарацци. Господи. Как их много. Люди смотрят на нас, кричат, щелкают камерами. Здесь полно журналистов и местных инстаграмных блогеров.
Игнорируя любопытные нападки, мы садимся в украшенный лентами внедорожник, и двигаемся в загс.
Богдан консервативный человек и я не отличаюсь чрезмерной общительностью, поэтому из приглашенных с моей стороны несколько институтских подружек и коллеги из бывшего агентства по подбору нянь. Кстати, директриса тут же приняла свои слова обратно и не стала меня шантажировать рекламой ее детища, едва узнав, что сам Богдан Александрович сделал мне предложение. Но этого и не нужно, теперь все девушки города кинутся на милость к Агнессе, ведь с помощью ее конторы есть шанс выйти замуж за миллионера.
Водитель сворачивает к дворцу бракосочетания, где нас уже заждались гости. Богдан сегодня ласков и галантен, распахивает мне дверь, как принцессе подает руку. Скользя ладонью по гладкому атласу, на подвенечном платье обнимает за талию, ведет внутрь здания.
Под вальс Мендельсона женщина с мелкими кудрями и в костюме цвета бордо встречает нас на выступе регистрационного зала.
- Богдан Александрович, вы готовы взять в жены Валерию Михайловну?
В просторном золоченом зале с красными стульями наступает тишина. Я теряюсь и не слышу логического ответа, ладошки мои потеют, чуть не роняю букетик. Непонимающе моргаю на Богдана. Он, недовольно уставившись на сотрудницу загса, напрягает губы и подбородок.
- А как вы думаете? Значит, я потратил половину состояния, чтобы откупить ваш дворец, организовал торжество, привез самую восхитительную девушку, и вы еще спрашиваете? Как я могу на ней не жениться?
- Простите, это официальное вступление…
- Да!
Обескураженная, но не сломленная сотрудница переводит внимание на меня. Тут же воспрянув, приосаниваюсь и доброжелательно говорю:
- Я сразу согласна без претензий!
Еще год будут показывать по всем каналам Богдана Царёва и его хрупкую как тепличный цветок жену. С блестящими каштановыми локонами и кожей светлой как молоко.