Дочь по контракту

В скудном свечении от экрана телефона небритое лицо Амира смотрелось бы для женщин весьма устрашающе, но не для меня.
— Японцу.
— Полагаю, это не маленький человек с раскосыми глазами, который режет на полдник суши?
— Стопроцентно.
М… Красноречия Амира хватило ровно на пару часов. Как и заявлений о прекращении давнего семейного конфликта.
— Сразу говорю, нет! Это противоречит моим принципам.
— Спокойно, Марк, — из динамика телефона раздаются первые гудки. — Бабка же сказала — Олег мочится в штаны от любого беззаконья. Я не собираюсь никого избивать. Просто наведем жути.
С учетом моей профессиональной деятельности и популярности среди народа мне еще долго придется заминать выдвинутую братом идею. Сейчас же век технического прогресса и каждый имеет на руках гаджет с камерой. Нас могут запечатлеть соседи или кто-то из охраны Золотова.
Амиру все равно, он давно живет одним днем. Моя же карьера ставится под сомнение, однако я не успеваю переубедить брата. Японец отвечает на звонок Амира.
Из слов я догадываюсь, что это близкий друг.
Пытаюсь вникнуть в разговор, однако мое внимание рассеивается на яркий свет фар. По правую сторону возле дома Олега виднеется подъезжающее авто. Красный Мерседес останавливается примерно в десяти метрах от нас.
Дверь открывается и оттуда выходит Золотов, облаченный в длинное серое пальто. В руке бизнесмена тлеет что-то похожее на сигарету. Олег зябнет, подносит огонек к лицу и разворачивается к нам.
Я решаю поговорить с Золотовым и убеждаю Амира сидеть внутри машины.
— Я ждал тебя Марк Лютольф, — гнусаво тянет Олег, едва моя фигура показывается из тачки.
— Тогда не нужно объяснять, зачем я здесь.
Мы оба понимаем причину, но бизнесмен намерен до последнего бросаться никому не нужными фразами. Это я сужу по самодовольному выражению Золотова. Мужчина кидает фильтр на землю, а я, не сторонник вредных привычек, улавливаю резкий запах табака.
— Предупреждаю один раз тебя адвокат, — набирается смелости Олег, — Настю ты никогда не получишь! Уезжай отсюда.
— И мой ответ тебе, конечно же, ясен.
Бизнесмен на своей территории и чувствует себя максимально вольготно. В желтом свете уличных фонарей я вижу, как Золотов ухмыляется. Его седая шевелюра намокает от падающего снега, но брюки пока вроде сухие. Олег вздыхает, ощущая себя королем положения.
Наметанным взглядом прикидываю — Золотов уже обдумал и подготовил стратегию к моему приезду. Поэтому бизнесмен расслаблен. Он пятится ближе к забору, а затем громко кричит:
— Фил!
Через пару мгновений тяжелые стальные ворота со скрипом распахиваются, и к нам твердо шагает мужчина в белой рубашке и черном костюме.
Не сдерживаюсь, чтобы не цыкнуть. Меньше всего на свете я бы хотел сейчас впутываться в разборки.
И настроение мое нещадно скатывается вниз, когда за спиной Фила показываются еще с дюжину таких же наемников.
— Незаконное проникновение на частную собственность, — вновь подает голос Олег, — а ребята просто выполняют свою работу. Как расценишь? Превышение самообороны? Административкой отделаемся? — в его словах звучит угроза.
— Зависит от степени нанесенных побоев.
— Тогда Марк Лютольф твои прогнозы неутешительны, — Олег поднимает руку вверх и дает вольную охранникам к действию.
Сначала я, как и Золотов смеюсь, но когда меня окружают плотным кольцом, напрягаюсь конкретно. Из-за наемников я не могу больше увидеть бизнесмена. Хочу освободиться, однако, принимаю удар в ребра.
Золотов убедил свиту о лишении ответственности за побои и в своем покровительстве. Теперь агрессивные охранники как цепные собаки кидаются на меня со всех сторон. Резко и без всякого предупреждения.
Я получаю новые и новые удары по телу. Хаотичные, но довольно болезненные. Плохо соображаю, чувствую, как к голове приливает кровь и темнеет в глазах. Дыхание перехватывает, и я беспорядочно отбиваюсь, не различая лиц нападавших. Они пыхтят и матерятся, подобно животным гасят меня одного.
И сквозь эти бесконечные голоса мне удается различить громкий тон Амира:
— Вы чё …! Черти…! Моего брата…!
Амир спешит мне на помощь. Золотов опасается и решает позвать новую «порцию» наемников.
Забудьте все, что я говорил о цивилизованном обществе. К Олегу Эдуардовичу это не относится совершенно. У бизнесмена произошел сдвиг по фазе и о последствиях он не думает совершенно.
Нас не бьют, а убивают.
Сложно рассчитать время, есть только нестерпимая боль и запах крови. Соленый металлический привкус во рту и треск от разрыва одежды.
В какой-то момент я лишаюсь сил и больше не могу дышать нормально. У меня подгибаются ноги, и я валюсь коленями на грязный снег.
Что с братом не знаю, но именно сейчас моя душа освобождается от затаенной злости на Амира. Я прощаю его и, надеюсь, увидеть снова.
Вдалеке слышится лязг колес по асфальту. Будто бы не одна машина, а несколько. Я почти лежу на земле, и она вибрирует от нарастающего топота. К хриплым голосам охранников прибавляются новые.
Кто-то буквально срывает с меня наемников. Делаю попытку еще раз вздохнуть. Мои веки становятся слишком тяжелые и закрываются…
— Подъем! — я получаю снежком в лицо. — Как ты? Живой? — склоняется надо мной Амир.
— Порядок.
Я все еще возле особняка Золотова. Вместо охранников в костюмах выстроились другие люди. Я бы мог предположить, что они бойцы из отряда ГРУ судя по специальной одежде и балаклавах, скрывающих лица, если не знал их тесного знакомства с Амиром Лютольфом.
Наемники Олега, впрочем, тоже здесь, лежат скрученные на снегу. Шевелятся.
— У тебя на лице кровь Амир, — приглушенно говорю, когда брат помогает мне подняться.
— Ты свою морду не видел, — иронизирует.
— Золотов где?
— Сбежал и заперся в доме, но далеко ему не уйти.
Не отряхиваясь, я медленно двигаюсь во двор. За моими плечами Амир и поддержка некого Японца. Первые шаги даются трудно, но потом я прибавляю скорость и почти бегу.
Я замну любые разногласия с полицией!
Взбираюсь по крыльцу и дергаю ручку от входной двери. Действительно заперта.
Не расстраиваюсь совершенно, потому что вот эти американские замки Амир щелкает как орехи, применяя нехитрую отмычку.
Первым распахиваю преграду между мной и Золотовым. Оглядываюсь. Особняк достойный. Сказал бы даже роскошный исходя из представлений Олега.
Тут подозрительно тихо. Только скрипят половицы от наших шагов. Горят люстры.