Подмосковье. Падение в бездну

Колба медленно покачал головой. Я с досадой цыкнул зубом. Впрочем, я и не ждал, что легко найду иголку в стоге сена.
– Ты не дрейфь, Алгоритм, – попытался приободрить меня новый знакомый. – Я ведь лишь за себя говорить могу. А у братвы могут быть совсем другие сведения.
– У братвы? – переспросил я.
– Ну, ты же не думаешь после моего обстоятельного рассказа, что я тут один-одинешенек промышляю? – по-доброму улыбнулся Колба во все тридцать два. – Айда со мной, доберемся до базы, поспрашиваем парней.
– У тебя же времени в обрез! – улыбнулся я в ответ.
– Да это я так, – неожиданно смутился сталкер, – цену себе набивал. Если бы я первому встречному докладывал, что шляюсь без цели и до пятницы совершенно свободен, много ли уважения снискал бы?
– А ты разве без цели? – Я подбородком указал на контейнеры на его поясе.
– А, это… Это впрок. Запас лечебных артов на базе имеется, но лишними они никогда не бывают. Вдруг, не дай бог, заварушка какая-нибудь?
– А ты хозяйственный мужик, как я погляжу.
– Не-а! – легкомысленно возразил Колба. – Это я просто выпендриваюсь. А так я по жизни раздолбай, каких поискать.
Колба замолчал, некоторое время прислушивался к тишине города, а потом проговорил:
– Пошли, что ли? Вроде угомонились все.
Мы с кряхтением поднялись на ноги. В Зоне всегда донимало такое самочувствие – ни шатко ни валко. Видно, давил на человека здесь некий невидимый аномальный фон.
– А все же хорошо тут дышится, – сказал оптимист Колба, с удовольствием вертя во все стороны головой. – Никаких тебе выхлопных газов, и все заводы в округе встали, трубы не дымят. А прикинь, если бы по всей земле так? Чувствуешь, какой воздух?
– Чувствую, – живо откликнулся я, – только кто же продукцию будет производить, если все заводы встанут по всей земле? Куда потом людей девать, где их трудоустраивать, чем кормить и за чей счет?
– Люди сами себя прекрасно перебьют, дай им только возможность, – философски заметил Колба, и на этот раз я с ним был полностью согласен, хотя и не разделял позицию «всех убью, один останусь».
Колба на правах местного обитателя прокладывал путь. Я след в след шагал в метре позади. Какое-то время спустя я положил на его плечо ладонь. Колба обернулся, вопросительно кивнул снизу вверх. Я указал ему пальцем направление, в котором меня кое-что смутило.
По стене пятиэтажки, далековато от нас, но все же достаточно, чтобы отчетливо видеть, передвигалась покрытая темным мехом многоножка. Она ненадолго словно прилипала к стене, а затем будто волнообразная судорога пронзала ее узкое тело, тварь совершала вертикальный прыжок и цеплялась гибкими суставчатыми конечностями за рамы, перила очередного балкона, за любые шероховатости на стене. А пока она замирала перед следующим прыжком, чудилось, будто она всматривается через провалы окон в глубину комнат. Ну просто-таки эпизод из детских кошмаров!
– Людей высматривает, охотится на них, – слегка повернув голову ко мне, сообщил Колба. – Я этих гусениц с лапками несколько раз встречал. Проворные – жуть!
Между тем многоножка ловко вскарабкалась на крышу и исчезла из виду.
По пути Колба, не теряя времени и бдительности, рассказывал мне про местные достопримечательности.
– Ну, такого типа аномалию ты наверняка и раньше встречал, – указал мне сталкер на легкое дрожание воздуха над землей.
Я ощутил щекой тепло с той стороны. Пару-тройку машин притянула к себе мощная сила, и они спеклись в один блин, словно над ними поработал мощный сварочный аппарат.
– А вот новоиспеченная аномалия, – отчего-то обрадовавшись, изрек Колба. Он закрутил головой по сторонам. – Ага, вот такой величины булыжник подойдет.
– Ты чего задумал? – забеспокоился я. – А аномалия-то где?
– Сейчас увидишь. – Колба даже как-то засуетился от удовольствия, словно фокусник перед трюком. – Нужен правильный расчет, иначе самому придется кровавые сопли по лицу размазывать. Как булыжник кину, сразу бегом за угол.
Напрочь сбитый с толку, я ожесточенно почесал затылок.
– От чего спасаться?
Вместо ответа Колба запустил булыжник прямо в центр растекшейся на гладком отрезке асфальта лужи. Только сейчас я обратил внимание на ее зеркальную поверхность и на едва заметную струйку испарений. Сталкер ухватил меня за рукав и потянул за собой.
Едва мы скрылись за углом, как позади нас раздался чудовищный взрыв.
– Теперь можно выглянуть, – милостиво разрешил Колба.
Я не знаю, что за гремучая смесь скопилась в этой луже, однако в стене первого этажа появился проход округлой формы. Можно было даже, пригнувшись, зайти в квартиру.
С ошарашенным видом я повернулся к Колбе.
– Какого черта ты все это устроил?
– А теперь тикаем отсюда, – торопливо произнес сталкер, не ответив на мой вопрос. – Сейчас сюда мутанты всех сортов соберутся в надежде поживиться чьими-нибудь останками.
– Ну что за балаган, Колба? – уже на бегу вопросил я. – Думаешь, я бы тебе на слово не поверил?
– Не нуди, Алгоритм! Так веселее! – вновь во все тридцать два улыбнулся неуемный Колба.
Похоже, тот еще экстремал. Да уж, нашел я себе товарища. Рядом с ним даже спать придется с одним открытым глазом, иначе попадешь в какую-нибудь неприятную историю, пока находишься в объятиях Морфея. Кстати, по моим наблюдениям, таких бесшабашных товарищей на аномальной территории ничто не берет. Любит и бережет Зона таких – ну, чисто поржать, видимо. Зато окружающим обычно не до смеха. Как бы не пожалеть, что воспользовался предложением нового знакомого прогуляться до базы.
– О! – обрадовался Колба. – Магазин!
– Ты хочешь зайти туда? – осторожно поинтересовался я, с тревогой всматриваясь в кромешную темноту окон большого универмага.
– А чего ж не хотеть-то? – хмыкнул спутник. – В продовольственном отделе по полкам с консервами надо бы пройтись, запасы пополнить.
– Ну да, помню-помню, ты человек запасливый. Только хочу тебя огорчить: вряд ли ты первый, кто решил по прилавкам пошарить, так что не рассчитывай, что тебя там ждут горы тушенки. А если и ждут – не забудь счетчик Гейгера включить, потому что коли никто не взял эту жратву за столько времени, значит, на то есть причина. Ферштейн?
– Ой, да что ты разнылся? – поморщился мародер. – Весь кайф обламываешь.
– Какой еще кайф? – очень терпеливо спросил я. Непредсказуемые мысли и действия Колбы уже начинали напрягать. Я к такому не привык. Взять хотя бы Пашу-Интернета или моего прежнего напарника – Штыря. Оба были надежными, как скала, и крайне дисциплинированными. Вернее, так было прежде, пока оба не стали мутантами.
– Представляешь, – мечтательно улыбнулся мой спутник, – я всегда мечтал о такой жизни. Заходишь в магазин и берешь все, что твоей душе угодно. Я ж родился в те времена, когда народонаселение еще верило, что коммунизм вот-вот наступит. А при коммунизме, как известно, никаких денег нет – каждый удовлетворяет свои бытовые и материальные потребности абсолютно бесплатно.