Станешь моей сегодня! (СИ)

Подталкиваю девушку к кровати. Усаживаю на одеяло и опускаюсь рядом.
- Тогда, чего же ты хочешь?
- Чтобы ты осталась в МиллерВайс. На некоторое время – в приёмной, пока мне не подберут нового ассистента. Потом подумаем. Захочешь вернуться на прежнее место – я возражать не буду.
- Почему ты решил изменить условия?
Хм. А я и не решил. Сейчас главное – чтобы ты не ушла работать к конкурентам, а осталась со мной. Но в слух ничего такого не говорю, конечно.
- А по поводу безотказных ночей?
Несколько секунд молчу, поглаживая её руку. И выдаю то, что она ну никак не ожидает услышать.
- Никакого секса.
- Что, вообще?
С трудом сдерживаю улыбку.
- Только если очень попросишь.
Соня прищуривается и смотрит искоса. Не верит. И правильно. Но нужно сделать так, чтобы поверила.
Понял уже, что эта женщина – комок противоречий. Скажешь ей – нельзя, и она попытается во что бы то ни стало это заполучить. А уж как ей нравится поступать мне наперекор...
- А если никогда не попрошу?
Ага, как же. Сама то в это веришь, врушка?
- Значит, будем некоторое время жить, как друзья и коллеги. Удобно, практично. Квартира у меня большая, если ты помнишь. Будешь заботиться обо мне, готовить завтраки, поддерживать порядок в делах. А я, в благодарность за это, буду финансировать все твои прихоти. Для нас обоих это будет несложно, да?
- Но, папа...
- Для твоего папы будем прикидываться обручённой парой. Мне разборки с ним тоже ни к чему, сама понимаешь.
- А что скажем на работе? К тому моменту, как мы вернёмся в Москву, слухов станет еще больше.
- Ничего не скажем. После тех фото всем понятно, что у нас с тобой не только деловые отношения. Можно, конечно, сказать, что это я тебя тащил пьяную...
- Марк!
- Пересуды за спиной неизбежны. Я к такому давно привык. А ты постараешься не обращать внимания. Главное, что подумает твой отец, верно?
- Да.
- Ну, так что? Такой вариант приемлем для тебя?
Она отворачивается к окну и задумчиво наблюдает, как занимается над Питером рассвет.
- Всё это очень странно, Марк.
- Странно, да. Но я чувствую, что ты нужна мне. И отпустить совсем пока не могу. И если для того, чтобы ты осталась со мной, нужно пойти на уступки и создать тебе комфортные условия... я готов. Убедишься, что я не монстр.
Сам не пойму, зачем так осложняю свою жизнь. Ради того, чтобы подчинить себе женщину, которую хочу? Не много ли телодвижений?
Софья красивая, женственная, хрупкая, нежная. Ещё в первую ночь запал.
А вчера смог оценить её деловые качества. Взглянул на неё в неформальной обстановке. Умненькая, обаятельная, весёлая... Про секс и говорить нечего - безумно хорошо с ней.
Решил бы, что влюбился. Но я подобным раньше не страдал, поэтому... вряд ли.
- И между нами ничего больше не будет, пока я не попрошу?
Глажу Соню по нежной щёчке. Касаюсь соблазнительных губ. И представляю, что еще у нас с ней будет.
- Именно. Хочу, чтобы мы сблизились по настоящему. Чтобы сама хотела мне принадлежать. Отдавалась не по принуждению, и не в благодарность за что-либо. А потому, что готова стать моей.
Её лицо становится еще румянее. Всё забываю, что говорю со вчерашней девственницей. Которая, к тому же, меня намного младше.
Да, глупо было ей так сходу предложить модель отношений "спонсор – содержанка". Теперь вот, приходится искать обходные пути...
- Мне нужно обдумать это, Марк...
- Времени у тебя – до первого папиного звонка. Решай скорее, подыгрывать мне тебе, или нет.
Поднимаюсь и иду в ванную. На ходу снимаю брюки и оставляю их на кресле. Поворачиваюсь к постели и встречаюсь глазами с Софьей. Она торопливо поднимает взгляд с моих бёдер к лицу.
Да, у меня на тебя стоит колом. Но уговаривать больше не собираюсь. Заставлять – тем более. Сама ко мне придёшь, рано или поздно.
 Глава 17 Соня 
Глава 17 Соня
- Папа... пап... – пытаюсь успокоить родителя, а у самой коленки трясутся.
Мы с Марком стоим у окна, выходящего на Невский. На подоконнике – раскрытый ноутбук. На экране – разъярённая физиономия моего полковника.
 
Мы с шефом одеты, как соискатели на онлайн-собеседовании. Миллер – в рубашке с галстуком, но в спортивных штанах. Я – в педантично застёгнутой на все пуговицы блузке, заправленной в пижамные шортики.
Марк сжимает мою руку, поглаживает пальцы. Но от этого ничуть не легче.
- Павел Сергеевич! Меня зовут Марк Миллер.
- Знаю я, кто ты, паршивец! – отец произносит это таким зловещим тоном, что я едва не падаю в обморок.
- Я женюсь на вашей дочери.
Папа умолкает и с недоверием смотрит на нас. А Марк продолжает хладнокровно:
- Сожалею, что приходится сообщать вам об этом вот так. Софья собиралась познакомить нас по возвращении в Москву.
- Женится он... Сперва жениться надо было, а потом уже прилюдно тискать! Будто она девка какая-то..!
По выражению папиного лица понимаю - будь он сейчас в этой комнате, "моего жениха" не спасло бы от родительского гнева ничего – растерзал бы в момент.
- Соня, что еще он успел там с тобой сделать? Скажи папе, не бойся!
Ага, щас.
- Ничего он не сделал, пап! Мы вернёмся и приедем к тебе, поговорим обо всём.
Думала, Марк будет отмалчиваться и лишь создавать видимость участия. Но он добросовестно исполняет свою роль. Рассказывает вкратце, что мы приехали в Санкт-Петербург исключительно по работе, а вовсе не для того, чтобы предаваться греху. Что дружим мы, оказывается, еще с лета, а сошлись только месяц назад... ну и тому подобное.
- Чтобы завтра были здесь, как штык! – дослушав, рявкает папа.
Но, совершенно точно, он уже остыл. Хоть и не поверил, скорее всего.
- Теперь порядок? – спрашивает Миллер, захлопывает ноут и убирает его в чехол.
- Только для начала. Самое главное ждёт меня дома. Там он, боюсь, вытрясет из меня всю правду.
Миллер снова берет меня за руку и ведёт в гостиную. Там нас ждёт сервированный для завтрака столик. Можно было поесть сразу, как только это всё привезли в номер, но мне кусок в горло не лез. Поэтому, решили сперва позвонить отцу, а потом уже всё остальное.
Марк стягивает галстук, снимает и кладёт в кресло рубашку. И снова остаётся голым по пояс.
Смотрю на него зачарованным взглядом, уже не таясь. Что уж теперь?
- Хочешь, футболку надену?
- Твой голый живот мне не испортит аппетит, не волнуйся, – отвечаю, стягивая блузку. – Вот если бы ты был волосатый...
- Ты тоже можешь снять майку, – усмехается Марк. - Правда, твоя голая грудь может лишить меня аппетита надолго...
Если я хоть немного научилась распознавать его намёки, то это был комплимент только что. Или нет? Боже, как с ним сложно.
А вдруг нет? Что, если он настолько брезгливый... Но, если вспомнить, в какие места он меня целовал... И всё таки?
Марк разливает кофе в кружки, добавляет молоко... и даже на меня не смотрит. Начинаю злиться.
- Тебе она нравится? Или наоборот?
Ну почему я не могу держать язык за зубами?! Какое мне дело, что он думает об отдельных частях моего тела?! Наверное, это всё потому, что он у меня такой первый. И единственный, к кому я испытываю сильные чувства.
- Твоя грудь? – он перегибается через стол, тянется ко мне и целует в губы. - Очень. Сожрал бы.
И я опускаю лицо, чтобы он не видел мою глупую улыбку.
Веду себя, словно девочка-подросток на первом свидании. Хочу забыться на время и представить, что у нас с Марком всё по большой и чистой любви, о которой я всегда мечтала. Хотя бы до завтра, пока мы здесь, в Питере.
Мы садимся рядышком. Завтракаем, или, скорее, уже обедаем. Я щёлкаю пультом, выбирая канал.
О! "Величайший шоумен" – мюзикл, который давно хотела посмотреть. На таком большом экране в пол стены классно будет.