Всё будет по-моему! Арка 7 (СИ)

«Семьдесят пять миллиардов.»
Толстяк подавился чаем и закашлялся. Его помощник заботливо похлопал начальника по спине.
Гюсто прочистил горло и вернул себе профессиональное самообладание: «Извини, такая сумма застала меня врасплох… Деньги, скажем так, немаленькие. Да что уж скромничать: ни одна семья в Розаррио, кроме Расселов, за год столько не заработает!»
«Ваша правда, господин Гюсто.» — согласился Кён. — «Сумма действительно большая, но я уверен, что ваше доверие ко мне гораздо ценнее. Тем более я прошу не деньги, а медицину, купленную на эти деньги.»
«Медицину, а не деньги…» — задумчиво протянул толстяк. — «Хм, неужто прямой ученик хочет приготовить своему мастеру медицину трансформации?»
Лавр удивился такой проницательности, но лишь слегка, всё-таки перед ним не абы кто, а глава всех гильдий З.С. в Розаррио. Он один из немногих, кому известно, что прорыв Ланатель в область повелителя закончился провалом.
«Господин Кён, недавно ваши доходы от нашего сотрудничества превысили полмиллиарда в месяц. Учитывая динамику и рост популярности изготовленной вами медицины, вы сможете вернуть нам эти деньги примерно через три года, но почему вы назвали месяц?»
«Потому что расплачиваться я буду дорогостоящей высококачественной медициной трансформации, прорыва и ускорения развития. Хоть это и не деньги, я уверен, что они разлетятся, как горячие пирожки, и уже через полгода с их продажи наберётся сумма, которую я взял в долг.»
Гюсто задумчиво нахмурился и вежливо попросил дать ему 5 минут.
«Без проблем.» — ответил Кён, потянувшись за чашкой чая.
Вскоре Гюсто вернулся и торжественно объявил: «Господин Кён, с вами хочет поговорить сам великий и ужасный патриарх Булковых!»
«Почту за честь…» — слегка удивлённо произнёс Кён.
Толстяк поставил в центр стола нефрит, из которого полился яркий свет, который затем сформировал полупрозрачную голову в натуральную величину, от вида которой любой неподготовленный человек пришёл бы в ужас. Навскидку лет 45, пухлые щёки, шоколадного цвета волосы и маленькие впалые голубые глазки. То ли посланнику богини подсунули типичного ростовщика, то ли формация, создающая голограмму, неспособна передать и малой части величия патриарха Булковых.
«Привет, мой мальчик. Рад видеть знаменитого посланника богини.» — голос патриарха хоть и был несколько высоковат, но от этого не казался менее внушительным.
«Здравствуйте, патриарх Бажен. Я несколько удивлён вашему дружелюбию и даже фамильярности по отношению ко мне, особенно если учесть, что не так давно Гюсто явно по-вашему распоряжению намеревался похитить меня, угрожая давлением.»
У Гюсто пересохло во рту. Этот парень не лыком шит, раз начал разговор с предъявления претензии самому Бажену! Обычно каждый здравомыслящий человек старается ему угодить, но не он… Кён не боится патриарха. Впрочем, правда на стороне парня. В тот день, если бы не те две могущественные защитницы, его бы забрали в Сатурн.
«Все мы совершаем ошибки…» — с сожалением подтвердил Бажен. — «Тем не менее жизнь продолжается. Враги становятся друзьями, друзья — врагами, а иногда и вовсе родственниками! И так сразу и не скажешь, что будет лучше…»
«Что-то я не понимаю, к чему вы клоните…» — подозрительно прищурился Кён.
«Слышал когда-нибудь поговорку: «кого сдружила выгода, те век будут ссориться»?»
«Да, слышал. Чушь несусветная. Потому что не бывает дружбы в бизнесе, бывает лишь партнёрство, а партнёров нужно выбирать добросовестных, умеющих идти на компромисс, и тогда не будет никаких ссор.» — доходчиво высказал свою позицию Кён.
На пухлом лице Бажена заиграла лёгкая улыбка. Нечасто, ох нечасто же кто-то припирается с ним. Этот парнишка будто специально демонстрирует свою непокорность.
«Твои слова не лишены смысла, мальчик. Вот только как-то сложновато распознать добросовестного человека в том, кто к чертям собачим взорвал целый аукцион, организованный его деловым партнёром!» — стальным тоном произнёс Бажена. Главный Булков смерил юношу суровым взглядом. Он хотел прощупать границу смелости посланника богини.
 
И хотя никакой ауры в воздухе не возникло, Гюсто аж побледнел от страха. Этот Кён посмел разгневать патриарха! Таким серьёзным он его ещё никогда не видел.
Кён никак не отреагировал на провокацию, так как видел, что гнев этот напускной, и, бесстрастно пожав плечами, сказал: «Слышали когда-нибудь поговорку: «платят той же монетой»? Уверен, что слышали. Так вот, небольшая организация, про незаконность которой вы деликатно умолчали — это ничтожная цена за попытку отнять мою свободу. Но я человек разумный, и столь символической оплаты мне было достаточно, чтобы забыть все наши разногласия, всё-таки становиться заклятым врагом для семьи, по богатству уступающей только Вальдерам, пожелал бы только ненормальный.»
Мерцающая голова толстяка мгновенно растеряла былую суровость и с прищуром посмотрела на юношу, будто пытаясь разглядеть в нём что-то, затем оглушительно расхохоталась: «А-ха-ха! А ты мне нравишься, мальчик! Твоё умение твёрдо держать свою позицию — это то, с чем я уже давно не сталкивался. Стоит любому моему собеседнику узнать, кто я, как все сразу же мочат штанишки, аж бесит. Но ты не такой! Что ж, я не ошибся в выборе… Ты достоин стать Булковым!»
«Эм… Вы хотите меня усыновить?» — удивился Кён.
«О, ну, не совсем… Видишь ли, однажды тебя усыновили Стоуны, и повторное усыновление общественность воспримет не так, как нам бы того хотелось. Другое дело, если ты станешь Булковым, женившись на моей дочурке Белле! Вот тогда совсем другой разговор…» — как бы «невзначай» намекнул патриарх о своём условии.
У Гюсто аж перехватило дыхание. Глава Булковых, безмерно любящий свою младшую дочку, действительно решил отдать её столь неоднозначному парню?!
«Свадьба, значит… Кхм.» — у Кёна запершило в горле. — «Господин патриарх, вы же понимаете, что я уже женился однажды на демоне? Вам это точно не понравится…»
«Плевать!» — воскликнул разгоряченный Бажен. — «Никому и в голову не придёт заподозрить, что ты и Сруль — один человек, поэтому все будут считать, что Белла твоя первая жена. А когда все узнают, к какой семье присоединился посланник богини, авторитет Булковых и вовсе взлетит до небес!»
«Да, но в моём сердце…»
«В твоём сердце она займёт уж всяко больше, намно-о-ого больше места, чем жалкая демоница! Да ты думать ни о ком не сможешь, кроме Беллочки, а-ха-ха!» — уверенно рассмеялся Бажен. Казалось, он был убеждён, что его дочка — ангел во плоти.
Пробивной характер матёрого патриарха поражал всякое воображение. Вот оно, качество личности, необходимое для главы великой семьи. Похожим характером отличается Диана — его приемная мать, что в своё время заслужило уважение Кёна.
Однако для Лавра забота о личной выгоде идёт строго после верного выбора женщины. Как минимум она должна быть красивой и стройной, а также целомудренной. С целомудрием всё ясно: он категорически против обладания общественной собственностью. Больше трёх половых партнёров за всю жизнь — уже тревожный признак, означающий неразборчивость и распущенность, что для него неприемлемо. Что касается внешности, то и тут не всё так просто. Помимо удачи в биологической рулетке, девушка ни в коем случае не должна быть толстушкой, ведь ожирение означает, что она неспособна сдерживать свой аппетит, то есть не в состоянии следить за собственным телом. Или, проще говоря, эмоции легко берут верх над её рассудком, что неприемлемо.
Таким образом, Кён не хотел рисковать, особенно учитывая, что все Булковы поголовно толстяки. Да и не желал он брать на себя обязательства длиною в жизнь, ведь если с женой или роднёй что-то случится, то в будущем ему придётся за них отвечать. То же касается и Валиры, которую он обязан спасти, ведь он её уже выбрал, а она своими письмами доказала, что личности Зосима и Кёна для неё теперь едины.
«Господин патриарх, я не хочу вас оскорбить, и я уверен, что ваша дочурка — лучшее создание на планете, но вы поймите, я не люблю долгосрочные обязательства в личной жизни… Лучше я выплачу весь свой долг собственноручно изготовленной медициной, что в худшем случае займёт полгода.»