Леди-гувернантка

— Но я привыкла говорить то, что думаю, — кажется, Каро не желала идти на уступки, а я решила пока не настаивать на своем и сделать это впоследствии, мягко направляя девочку в нужное мне русло. Да и портить сегодняшний день совсем не было желания. Я опасалась оттолкнуть Каро, особенно теперь, когда между нами только установилась такая хрупкая дружба.
— Давайте я позову миссис Форест или кого-то из слуг, — сменив тему, предложила Каролин. — Мне пора идти к себе.
— Я сейчас вызову горничную, — ответила девочка и потянулась к колокольчику.
— Хорошо, — ответила ей.
Кажется, мне было пора отправляться к себе. Но, право слово, этот день прошел наиболее удачно, чем предыдущие. И кажется, я смогла найти подход к юной леди Хейвуд, если, конечно, не ошибаюсь.
— Вам письмо, мисс Эванс, — Мария вплыла в гостиную и подала мне на подносе длинный белый прямоугольник конверта, взяв который я с трепетом увидела знакомый почерк, принадлежавший моей матушке.
Ну надо же, второе письмо за последние несколько дней!
Поблагодарив служанку, взяла конверт, отпустив Марию, а затем сразу же направилась в свой крошечный кабинет, чтобы взять нож для бумаги и вскрыть печать. Мне не терпелось узнать последние новости из дома. Видимо, сказывалось расстояние, но я сильно скучала по матушке и сестричкам.
Заняв место за столом, сломала печать и раскрыла конверт.
Письмо оказалось коротким и не таким радостным, как я ожидала. Самая младшая моя сестрица Джейн простудилась и теперь маме нужны деньги, потому что все, что у нас было, потратили на лекаря.
Нет, матушка не просила. Она не любила этого делать и не умела. Но я чувствовала по строкам, полным горечи, что деньги ей сейчас нужны, как никогда. А у меня еще не было жалования. Что же делать?
Отложив письмо, поняла, что надо идти к лорду Хейвуду и просить выплатить хотя бы часть тех денег, которые уже успела заработать. Покажу ему письмо и объясню, чем продиктована подобная просьба. Возможно, он не откажет.
«Не спросишь, не узнаешь!» — мелькнула своевременная мысль и я поднялась на ноги, прихватив письмо, и вышла в гостиную, вызвав лакея.
Слуга явился на звон колокольчика уже спустя несколько минут. На мой вопрос о том, знает ли он, где сейчас может быть лорд Хейвуд, лакей ответил, что знает, так как видел хозяина направляющимся в свой кабинет.
Обрадованная ответом, я поблагодарила лакея и вышла вместе с ним в коридор, решив не откладывать на завтра просьбу. Пока у меня хватит смелости, надо действовать.
Лакей был так любезен, что проводил меня до дверей и даже постучав, доложил милорду о том, что я прошу принять меня. И, конечно же, милорд не отказал.
— Проходите, мисс Эванс. Вас примут, — сказал слуга и услужливо распахнул предо мной дверь, после чего также услужливо закрыл, стоило переступить порог и сделать несколько шагов в сторону стола, за которым восседал мой работодатель.
— Мисс Эванс, — Нортон Хейвуд поднялся со своего места и с интересом взглянул на меня.
— Милорд, — сделав книксен, подняла взгляд. — У меня будет к вам просьба, — сказала, прежде чем мужчина задал вопрос.
— Я слушаю вас, — он кивком указал на стул, стоявший у стола и едва я присела, занял свое место напротив, сложив руки на груди.
Сглотнув, быстро объяснила причину визита и описала проблему. Нортон выслушал молча. Взглянуть на письмо, подтверждавшее мои слова, тактично отказался, а затем просто спросил:
— Сколько вам нужно, мисс Эванс?
Я даже удивилась. Неужели вот так спокойно выдаст жалованье?
— Только столько, сколько я уже заработала за эти дни, милорд.
Он усмехнулся.
— Хорошо. Я мог бы дать вам больше, но, если вы настаиваете… — и выдержал паузу, словно позволяя мне решить, что делать дальше.
— Только то, милорд, что я уже успела заработать, — повторила, настаивая на своем. Не люблю брать наперед. К тому же этих денег вполне хватит на лечение Джейн. А мне пока здесь деньги не нужны. Еда и кров есть. Кое-какая одежда тоже. Нет. Не буду брать лишнее.
— Я выпишу вам чеком. Ваша матушка сможет обналичить его в любом отделении банка. Полагаю, в столице с этим не будет проблем, — наклонившись, Хейвуд достал чековую книгу из выдвижного ящика, после чего внес нужную сумму и оторвав, протянул мне.
— Вы можете отправить чек с почтой. Слуга отнесет его на станцию.
— Благодарю, милорд, — произнесла и встала, чувствуя искреннюю благодарность к этому мужчине.
Нортон тоже поднялся и улыбнувшись, вдруг произнес:
— Я лелею надежду, что вы все же примите приглашение на бал, мисс. Моя дочь подарила мне эту уверенность.
Вернув улыбку хозяину дома, ответила:
— Мы сегодня с леди Каролин примеряли платья.
— Значит вы согласны? — в глазах мужчины промелькнуло нечто новое. Надежда, или радость? Я даже потупила на миг взор, но секунду спустя уже вскинула голову и произнесла:
— Да.
— Тогда смею ли я ангажировать два ваших первых танца? — не переставая удивлять меня, спросил Хейвуд.
Мне, наверное, стоило отказать. Но обрадованная его уступкой и деньгами, лишь кивнула в ответ.
— Благодарю, — мужчина поклонился, а я, развернувшись, направилась к выходу, прижав к груди заветный чек для матушки. И уже предвкушая ее радость от получения поддержки от дочери.
Но уже в коридоре, развернув чек и взглянув на его содержимое, едва не ахнула от удивления.
Сумма, обозначенная в нем, была моим полным жалованием за этот месяц.
* * *
В ночь перед балом мне почему-то совсем не спалось. Не знаю, то ли сказывалось волнение, то ли предвкушение перед неизбежным, а может я просто осознавала насколько давно не бывала на подобных торжествах. С того момента, когда наша семья лишилась отца и средств к существованию, бывшие друзья и знакомые словно и забыли о нас, женщинах, оставшихся без крова и поддержки в мире, где сила и власть в руках мужчин.
О, как часто я проклинала этот закон, не позволяющий женщине владеть титулом, или хотя бы получить наследство. Иногда, очень редко, но не могла понять, почему отец был настолько беспечен и оставил нас на милость своего сына от первого брака. Зная при этом, что последний нас тихо ненавидит.
Но все это были лишь мои мысли. Отец, конечно же, как и любой здоровый мужчина, не думал о смерти. Да и кто мог об этом подумать? Но столь нелепая гибель…
Перевернувшись набок, попыталась прогнать прочь неприятные мысли, понимая, что если продолжу рассуждать в том же духе, то не усну до утра и, как следствие, буду выглядеть совсем неподобающим образом. А мне, что уж скрывать, хотелось утереть одному милорду нос и произвести впечатление на другого.