Леди-гувернантка

Мне снилось море. Снилось как я бегу по песку неприлично босая и держу за руку того единственного мужчину, который нравится мне. С которым хотелось бы прожить свою жизнь столько, сколько нам отмерят ее боги.
А вечером я узнала от Марии, что Дарен Дрейк покинул замок Хейвуд — хилл и вернулся назад. В столицу.
 
Глава 23.
— Вы хоть понимаете, о чем просите? — Важного вида канцлер воззрился на Дарена всем своим видом демонстрируя негодование.
— Я представляю интересы леди Вивиан Эванс, — спокойно ответил некромант. — Вы не имеете права отказать мне в этом праве. Я уполномочен провести повторное расследование. И если вам нечего бояться, то…
— Что? — канцлер вцепился руками в край письменного стола. Поднялся на ноги и посмотрел на некроманта горящим от недовольства взором.
— Вы на что намекаете? Расследование было проведено по всем нормам закона!
— Я ничего не имею против закона. Но я некромант. Дипломированный некромант на службе его величества короля и у меня есть право и возможность провести ритуал с призванием души и восстановлением порядка событий. — Дарен скрестил руки на груди. — Станете препятствовать? Если да, то я буду вынужден с соответственной просьбой обратиться уже к нашему милостивому королю и…
Канцлер устало упал на стул.
— Ну чего вы добиваетесь? Леди Вивиан все равно не имеет права наследовать имя и имение. Она…
— Я хочу правды и, кстати, вы же знаете закон, — улыбнулся некромант. Его немного забавляла эта ситуация. И господин Гермуд, который явно не желал огласки.
— И что с того, если я знаю закон.
— Так вот, в случае, если у лорда не будет наследника по мужской линии, то все имущество может перейти к последующим внукам от дочерей, если такие есть у почившего лорда. У нашего лорда Эванса три дочери. Но даже не это сейчас главное. Также закон жесток и справедлив, если сын убивает отца из-за наследства и этому есть доказательства.
— Намекаете, что молодой Эванс причастен…
— Это я и желаю узнать для своей, — Дарен прокашлялся, — для леди Эванс и ее дочерей. И вы мне дадите разрешение на проведение магического ритуала. Также я прошу присутствие свидетелей от канцелярии, чтобы все было по правилам.
Гермуд Крейн стиснул зубы. Еще несколько секунд он сидел, уперев руки на стол, а затем, в сердцах дернув головой, открыл один из выдвижных ящиков стола и достав бумагу, начал писать.
Глядя на действия канцлера, Дарен Дрейк улыбнулся и лишь когда на документе поставили печать, взял его, прочел и довольно произнес, глядя на Гермуда.
— Вот, господин Крейн. Можете, когда хотите, — после чего, откланялся и вышел вон.
— Я вам не желаю удачи, — буркнул в спину некроманту канцлер, но быстро опомнившись, прикрыл рот ладонью, памятуя о том, что с королевским некромантом лучше дружить, чем враждовать. Ведь никогда не знаешь, когда понадобятся его услуги.
* * *
Пять недель прошли как целая жизнь.
Я получила от матери несколько писем, замок, наконец-то, избавился от назойливых гостей и жизнь потекла своим чередом, но уже не такая насыщенная, как прежде.
Но мне, что удивительно, нравилось. Хотя, что скрывать, я скучала. А порой, оставаясь одна, после занятий с детьми, сидя на широком подоконнике, смотрела в окно и думала о том, увижу ли еще когда-нибудь Дарена Дрейка.
Погода окончательно испортилась. Осень полностью вступила в свои права со всеми дождями, унылыми тусклыми днями, когда небо затянуто тучами и нет ни единого проблеска солнца.
Каро и Адам стали такими послушными, что мне было немного скучно и, право слово, я иногда тосковала по тем дням, когда находила в карманах своих платьев то червяков, то крошечных лягушек.
Все изменилось после отъезда Дрейка. Изменилась и я, когда поняла, насколько мне недостает этого мужчины.
Лорд Хейвуд едва ли не каждый день приглашал меня на ужин. Я соглашалась, но только потому что мы трапезничали в компании детей. Нортон не делал никаких попыток понравиться мне, но относился очень хорошо и любезно. И я было решила, что мне ранее показалось, будто бы мужчина что-то испытывает ко мне, когда однажды он застал меня в библиотеке и как я поняла, встреча эта была неслучайна.
— Мисс Эванс, — мужчина поклонился, а я закрыла книгу и поднялась, чувствуя себя в ловушке наедине с ним.
— Лорд Хейвуд, — я сделала книксен, положив книгу на стол.
— Что вы читаете? — он подошел ближе, поднял пузатый томик Блейторна — поэта прошлого века, — и тут же открыл, пролистав страницы.
«Я ниц паду пред вашей красотой, я расстелю для вас постель из роз. Лишь мне скажите: «Милый, дорогой!». Я подарю вам сказку нежных грез» — продекламировал он и усмехнувшись, проговорил: — Довольно откровенно, не находите, мисс Эванс?
— Возможно. Но мне нравится легкий слог поэта, — ответила я. — Его считали бунтарем чувств за излишнюю свободу чувств.
Мужчина вздохнул, закрыл книгу и взглянул на меня уже другими глазами.
— Мисс Эванс, я хотел вам сказать… — он запнулся. — Давно хотел, но как-то не было то возможности, то не хватало решимости. Я уже однажды делал предложение матери моих детей. Казалось бы, что повторять подобное просто, но, видимо, не для меня.
Он говорил, а мое сердце сжималось от тоски.
Как бы красив не был хозяин замка, как бы не нравились мне его дети, это была не моя жизнь и не моя судьба.
Да, Нортон Хейвуд мечта любой леди. Он красив, богат, умен и он по своему нравится мне, как может нравится друг, но не до такой степени, чтобы связать с ним жизнь.
— Мисс Эванс, я хочу признаться в своих…
— Не надо, милорд, — позволила себе перебить мужчину. — Прошу, не надо. Я понимаю, о чем вы хотите поговорить, что желаете сказать, и поверьте, ценю ваши чувства и благодарна вам за них, но не говорите больше ничего. Потому что я не могу ответить вам тем же, — сказав это, развернулась, пряча глаза.
Отчего-то было стыдно смотреть на Хейвуда. Но я была честна с ним и надеялась, что мужчина оценит.
— Я многое могу дать вам. Этот замок, деньги… — произнес мужчина. — Ваша семья не будет более ни в чем нуждаться, а вам не придется работать гувернанткой.
В груди родился смех. Я подавила его, не желая унижать ни мужчину, ни себя. Возможно, он не поймет моей истерики. Да и многие бы не поняли. Такой завидный жених… Он богаче, чем Тайрен, а я отказываюсь от открывающейся перспективы стать леди Хейвуд.
А ведь он действительно смог бы мне дать много. Но не то, что нужно мне.
— Вы не сказали ни слова о любви, — произнесла, понимая, насколько нелепо выглядит моя фраза.
— Вам это важно? — уточнил мужчина. — Впрочем, да. Вы правы. Для юной леди чувства играют роль, и вы мне нравитесь, мисс Эванс. Если бы не нравились, я бы не стоял сейчас перед вами и не предлагал свою руку и сердце. И любовь будет. Я уверен. Я честен с вами, поверьте. Иначе мог бы солгать о своей великой любви и пламенных чувствах. Но вы и сами прекрасно знаете, что эти чувства непозволительная редкость для нашего общества. Куда важнее уважение и приличия. А это я могу обещать вам прямо сейчас.