Танец над пропастью (СИ)
Наташа зашла в спальню, немного успокоенная разговором, но застыла, начав развязывать поясок халата. Сообразила, что именно в этой постели Роман спал с Аглаей. И не спал тоже. Засвербила ревность. Но отказываться от кровати уже было неудобно: Аглая сразу всё поймёт.
Наташа попыталась убедить себя, что глупо ревновать к прошлому, тем более когда перед тобой невнятное будущее, и прямо в халате залезла под одеяло. Как бы она не была перевозбуждена, но усталость своё взяла, и сон овладел сознанием почти моментально.
* * *Проснулась Наташа лишь к обеду. Не сразу вспомнила, где находилась, а вспомнив, застонала. Произошедшее тяжёлым грузом легло на плечи.
Встала, прошла в ванную и умылась. Посмотрев на своё отражение в зеркале, передёрнула плечами и отправилась на кухню. В холодильнике действительно было что поесть. Но, почувствовав лёгкую тошноту, достала только сок. Наполнила стакан и подошла к окну.
В Петербурге всеми красками переливалась золотая осень. Окна выходили в парк. Красивый. Ухоженный. По дорожкам с колясками гуляли молодые мамы. Уже подросшие дети бегали между деревьями и засыпали друг друга опавшими кленовыми листьями. Через приоткрытое окно был слышен их смех, крики и визги. А мамы пытались выловить своих детей, и если это получалось, то, отряхивая их от листьев, видимо, читали нотации...
К горлу подкатил ком. Наташа понимала, что ей оставалось только завидовать им. Как сложится её дальнейшая жизнь — неизвестно. А жизнь Романа... Она даже боялась об этом думать. Роман только в самом начале был обескуражен новостью. А потом в его глазах читалась только радость. Он ни разу не упрекнул, не сказал, что его ожидает. Берёг своего беременного ёжика? Сильно захотелось его увидеть. Не просто увидеть, а сказать, что она полная дура и совершенно не достойна такого мужчины, как Роман. Видимо, мало получала ремня от отца. Больше надо было лупить.
Наташа поставила стакан на подоконник, сделав лишь один глоток сока. Вернулась в спальню, легла в постель и, зажав кулак зубами, заскулила, словно маленький щенок.
Глава 26 "— Ножик дать?"
— Ну? Готова узнать, кто в животике поселился?
— А что... уже видно? — прошептала Наташа.
— Видно. Принцесса у тебя будет. Девочка.
— Лиза, Лизонька, — еле слышно проговорила Наташа и, повернувшись к Аглае, счастливо улыбнулась.
— Вы уже и имя подобрали? — спросила врач.
— Да. И мальчику подобрали, если бы он получился.
— Вставай, Наташа. Мы закончили. Восемнадцать акушерских недель. Развитие плода в норме. Но для родов этот возраст... Наблюдение, наблюдение и наблюдение у медиков. Это твои три главных правила, чтобы и дитя, и твой организм справились.
Врач вернулась к своему столу и протянула несколько листочков.
— Аглая, возьми направления на анализы. Можно сдать их у нас. Так же под чужим именем. Но... я рискую. Она слишком молода. Ты сама всё понимаешь. Результаты анализов я вам выдам, но Наташе надо встать на учет под настоящим именем. В этом возрасте присутствия родителей не требуется.
— Я всё понимаю. Что-нибудь придумаем. Главное, чтобы с беременностью всё было хорошо.
— Визуально всё в норме. Будем ждать результаты анализов. До свидания, девочки.
Наташа быстро нырнула на заднее сидение такси, ожидавшего их позади частной клиники у запасного выхода. Окна были тонированными, и она почувствовала себя в безопасности.
— Аглая, ты когда к Роману поедешь?
— Дома поговорим, — ответила Аглая, многозначительно посмотрев в сторону водителя.
Не успели перешагнуть порог квартиры, как Наташа повторила свой вопрос и получила неожиданный ответ:
— Совсем не поеду.
— Почему? — брови Наташи взлетели от удивления. — Ты же обещала!
— Со мой связались из службы безопасности Титовых. Порекомендовали не навещать Романа и сменить симку в телефоне.
Наташа хотела ещё что-то сказать, но так и осталась с приоткрытым ртом.
— Симку я уже сменила, — продолжила Аглая, снимая плащ. — Через посторонние телефоны тебе будут присылать фотоотчёты о состоянии Романа. По его настоянию. Ты так и останешься в куртке?
Наташа захлопнула рот.
— Аглая, я хочу сама сказать Роману, что у нас будет девочка. Лиза. Это он предложил её так назвать. Ты ни кому не расскажешь?
— Кому? Охране? Сама его обрадуешь, когда встретитесь.
— И когда?
— Примерно через неделю-полторы.
— А когда первые фотки будут?
— Сегодня вечером. Но покажу их только после того, как нормально поешь. Без протестов и моих уговоров. Согласна?
— Шантажистка... согласна.
* * *Только на четвёртый день Роман стал выглядеть посвежевшим. Было заметно, что ему становится лучше. А на пятый раз записал видео, сидя на кровати.
Аглая хлопотала на кухне, а Наташа уже минут тридцать не отрывала взгляда от любимого мужчины и в сто тысяч пятисотый раз пересматривала ролик, снятый для неё.
— Ежик мой. Мы скоро встретимся. Держись, береги себя. Аглая передала, что ты плохо ешь. Накажу. И давай, завязывай с тайнами. Кто у нас получился? Лизка или Дениска? Двойнях в роду не было. Значит, либо Лизок, либо Денисевич.
А у самого улыбка до ушей.
Внезапно у самой Наташи улыбка слезла с лица. Она посмотрела на окно за его спиной. Там красовалось знакомое здание! Роман лежал в клинике, в которой лечилась мама.
Затаила дыхание. Она в этой клинике все ходы-выходы знает. Её от мамы выпроваживали через двери, а она в окно лезла. Но... тяжело вздохнула... никто её туда не отпустит. Аглая, словно стена железобетонная пятиметровой толщины. Ничем не прошибить...
Но на шестой день всё изменилось. Аглая уехала в университет, пообещав вернуться только к вечеру с новым видео от Романа. Наташа провалялась в постели почти до обеда, а встав, долго разглядывала в зеркале округляющийся животик.
— Лизонька... надо тебя покормить.
Поесть не успела. Открывая холодильник, бросила взгляд в окно и остолбенела. К дому подъезжали три знакомых внедорожника охраны отца. Некоторое время не могла даже пошевелиться, а очнувшись, рванулась в прихожую, накинула на себя куртку Аглаи, сунула голые ноги в туфли и выскочила из квартиры. Но пришлось вернуться: общая дверь на площадку была закрыта. Наташа лихорадочно поискала в прихожей ключи, не нашла. Выскочила вновь на площадку и начала стучать и звонить в остальные три двери. Одна из них распахнулась, и вышел мужчина в сером халате. Он не успел и рта раскрыть, как Наташа затолкала его обратно в квартиру и, заскочив за ним, закрыла внешнюю дверь. Вторую не успела. Услышала голоса. Прижала палец к губам. Мужчина молчал. Стоял, не двигаясь. Замерла и Наташа. В тишине было слышно, как щёлкнул замок общей двери. Судя по шагам, зашло несколько человек. Дверь в квартиру Аглаи открыли с лёгкостью. Зашли. Через некоторое время вышли.
— Останься здесь. Сиди тихо. Может, в магазин вышла. Остальные за мной. Ещё на шестом этаже надо квартиру проверить.
Хлопнула дверь, и наступила тишина. Наташа привалилась к стене и посмотрела на мужчину.
— Подожди здесь, — прошептал он.
Довольно быстро вернулся уже в джинсах и свитере. Накинул куртку, обулся и подхватил с полки ключи. Посмотрел на Наташу.
— Иди за мной.
Из прихожей они попали в широкий коридор, а из него на небольшую площадку. Мужчина открыл дверь и выпустил сначала Наташу, затем вышел сам.
— Это запасной выход. О нём знают только те, кто владеет такими квартирами, как у меня. Пойдём.
Хоть лестница была и узкой, но вполне удобной, и Наташа довольно легко успевала за соседом Аглаи. Пока спускались, нервный мандраж немного поутих, и она решила ехать к Роману. У Галки её точно ждут безвылазно. А больше спрятаться негде. Они вышли к стоянке за домом. Автомобиль находился в первом ряду. Быстро сели. Двигатель заурчал, и через несколько минут они выехали за пределы ограждения. Наташа оглянулась. Внедорожники всё ещё стояли у парадной Аглаи.