Мелкая (ЛП)
— Мэди, — позвал он спустя минуту и тридцать четыре напряженных секунды тишины и погладил меня по спине, но я отпрянула. Алекс придвинулся ближе, обнял меня и положил подбородок мне на плечо. — Можешь мне довериться и принять то, что я расскажу все, когда тебе надо будет это узнать?
— Ты мне не достаточно доверяешь, чтобы раскрыть всю информацию?
— Боже, женщина, — простонал он и впился мне в плечо, сильно, после чего вернулся на свое место у другого окна. — Блядь, ты невыносима!
— Ага, ну ты тоже не подарок, — я вернулась в свой угол и продолжила игнорировать его.
Когда Лен закончил разговор, чтобы сообщить нам о скором приземлении самолета, то заметил изменившееся в худшую сторону настроение между мной и Алексом. Будучи умным парнем, он не стал задавать вопросов, а принялся вытаскивать вещи из багажника.
— Пошли, — велел Алекс и, открыв дверь, не стал ждать меня, захлопнув ее с такой силой, что машина затряслась.
В небе появился Learjet и приземлился в десяти метрах от нас. Громкая белая прекрасная машина. Самый невероятный самолет, какой мне доводилось видеть. Не такой большой, как 747, но и не крохотный, как Cessna. Идеальный. Отлично потраченные семнадцать миллионов.
С восхищением я смотрела, как открылся люк, и появилась лестница. В освещенном проеме показался мужчина, и я прищурилась, пытаясь его разглядеть.
— Маркус! — крикнул Лен и кинулся к тому с приветствиями.
Они общались в обыденной манере, Лен, оживившись, шутил с ним.
Все это время я считала его страшным человеком, представляла его дьяволом в разных ипостасях, а на деле все оказалось иначе. Маркус совсем не был похож на своего брата Мигеля. Высокий и красивый, в черном костюме с иголочки. Я стояла, потрясенная… и нервничала.
— Ну же, — подтолкнул Алекс, приобняв меня за плечи и ведя к самолету.
Маркус казался неопасным со своей любезной улыбкой и грациозными движениями. И это на расстоянии. Оказавшись с ним лицом к лицу и услышав его речь, я практически была убеждена, что он и мухи не обидит.
— Друг мой! — поприветствовал он, пожимая руку моего парня. — Рад видеть тебя целым и невредимым… — он отступил и окинул взглядом потрепанный вид Алекса. — Ну почти невредимым.
— Я так признателен, что ты делаешь это для нас, — поблагодарил Алекс искренне.
Маркус отмахнулся.
— Да пустяки. Я тебе должен, помнишь?
— Да, но, если не ошибаюсь, ты мне отплатил по полной поездкой в Миссури.
Глаза Маркуса заблестели, а на лице расплылась улыбка.
— Веселая вышла поездка. Давно я такого не делал.
Стоя между ними, я лишь переводила взгляд с одного мужчины на другого. Они говорили загадками. Что за дело было у Маркуса в Миссури? На ум приходил только Рамон и Wildcat. Ох, от одной только мысли о белом порошке желудок скручивало.
Никогда больше.
— Кстати, — Маркус вытащил из внутреннего кармана пиджака полароидный снимок. — Снял для тебя. Прости за плохое качество. Сложно избавиться от старых привычек.
Алекс взял снимок и уставился на него. Никаких эмоций не отразилось в его взгляде. Коротко кивнув в благодарность Маркусу, он слишком быстро начал убирать его в задний карман, но я остановила его.
— Что это? Дай посмотреть, — попросила я, привстав на цыпочки и заглянув ему через плечо. Ахнула, когда он повернул снимок ко мне лицом. — Это…
— Ага, — подтвердил Алекс. — Сделано.
Это оказалось ужасным изображением сенатора Джулиана Райана с одним пулевым отверстием между глаз. Теперь я поняла, что делом Маркуса в Миссури было заказное убийство.
Это была плата за Мигеля.
Услуга за услугу — каждый из них сделал то, что другой не мог сделать самостоятельно.
— Мэдисон, правильно? — поинтересовался Маркус, и я резко развернулась на голос.
— Мэди, — поправила я и протянула руку.
Уверенно взяв ее в свою ладонь, он перевернул мою кисть и поцеловал. Краем глаза я наблюдала за Алексом, но он лишь улыбнулся.
Никакой собственнической ярости или неконтролируемого дерганья глазом.
Он даже не потянулся за пистолетом.
Ничего.
— Приятно наконец-то познакомиться с тобой, — произнес он, продолжая улыбаться. — Я столько о тебе слышал.
Рассмеявшись, я подумала только о двух источниках, из которых он мог слышать обо мне, и оба были предвзяты.
— Поверил только хорошему, так?
— Только хорошее и слышал. — Он замолчал, и его темные глаза скользнули вниз, к цепочке, свисающей с моей шеи. Он узнал ее, когда протянул руку и осторожно коснулся кулона большим пальцем. — Virgen De Guadalupe, наша защитница. Она хорошо служила тебе, bonita?
Никаких сожалений.
— Ну, присяжных все еще нет, — сказала я.
— И правда. — Он убрал руку и посмотрел поверх моей головы. — Что же, похоже, ваша репутация опережает вас.
Мы с Алексом развернулись и увидели настойчивые красно-синие огни, быстро приближавшиеся к нам. Эта херня уже задолбала. Не уверена, когда я лишилась естественной реакции, присущей преступникам в бегах на появление полицейских, может, я просто устала, но мне было абсолютно плевать.
— Как скоро ты сможешь поднять эту штуку в небо? — уточнил Алекс, глядя на трап под фюзеляжем и мужчину, заливающего горючее в бак.
— А, Карлос должен уже заканчивать, на взлет уйдет не более минуты, — Маркус отошел в сторону и широким жестом пригласил нас внутрь. — Пора на борт.
— Тут я согласен, — Алекс коснулся моей поясницы, пока я поднималась по узким ступенькам.
Внутри мы заняли места в мягких кожаных креслах кремового цвета и застегнули ремни. Лен сел за мной и равнодушно сунул в уши наушники, не обращая ни на что внимания. Он подпевал и отстукивал ритм пальцами по моему подголовнику.
Наклонившись вперед, я уставилась в овальное окно. Полиция заполонила аэропорт: десять патрульных машин и четыре внедорожника. Вертолет исчез — он не мог летать в запретной воздушной зоне.
Даже сидя в безопасности на своем месте, я чувствовала их спешку.
Все отлично понимали, что два беглеца близки к своей цели. И они были готовы сделать все возможное, чтобы этого не допустить.
Алекс что-то сказал Маркусу и положил ладонь мне на колено, успокаивая, когда закрыли люк. Его, в отличие от меня, не интересовала разворачивающаяся снаружи драма. Я же была чертовски увлечена. Каждая напряженная секунда отражалась в моих глазах.
Самолет неторопливо покатился вперед, выруливая на взлетную полосу. Копы в аэропорту обезумели. Я видела, как они расхаживали, орали и требовали от диспетчера остановить пилота, но тот, будучи чистокровным мексиканцем, работающим напрямую на Маркуса, не подчинялся американским законам.
Получив разрешение диспетчера, пилот увеличил скорость, отправляя железную птицу в полет. Полицейские машины прорвались через ворота и ехали рядом. Безумство. Свесившись в окна, они размахивали своим оружием и значками, но все бесполезно. Самолет несся вперед со скоростью более ста шестидесяти километров в час. Копы отстали, и я потеряла их из виду — крыло загородило обзор.
Откинувшись на спинку, я прикрыла глаза и вцепилась в подлокотники.
— Это моя любимая часть, — прозвучал голос Алекса над ухом, и он накрыл мою ладонь своей, легонько сжав.
Самолет приподнялся практически вертикально и оторвался от земли. Раздался громкий скрежет и удар шасси, отчего мой пульс взлетел вверх. И только когда мы набрали высоту и выровнялись, я смогла расслабиться.
— Где чертова стюардесса? — потребовала я, распахнув глаза и выпрямившись. — Мне надо выпить.
— Да, я бы тоже не отказался, — подхватил Алекс, оглядываясь вокруг, помогая мне в моих поисках.
Маркус отстегнул ремень и встал. Вытащив бутылку шампанского из ведерка со льдом, он разлил его по хрустальным бокалам.
— Держите, — он протянул нам с Алексом напитки. — Salud! (примеч. с исп. Будем здоровы!)
— Salud! — повторили мы вместе и чокнулись с Маркусом.
Поднеся бокал к губам, я пригубила содержимое. Алекс даже не стал пробовать, поставив бокал на столик перед собой. Похоже, он ожидал пиво, но это же частный самолет с гребаной хрустальной люстрой над головой. Когда ты в Риме, то пьешь дорогие пузырьки.