Любовь (не) предлагать, или Сделка с подвохом

В основном обсуждали мою персону.
Всё же у Эвелины была дурная репутация. Но я надеюсь, что время всё утрясёт и дурные сплетни обо мне перестанут существовать.
Сам бальный зал меня тоже впечатлил.
Здесь было много белого, нежно голубого и кремового цветов, изящные диваны возле парящих столиков с фуршетом.
С небесного цвета купола‑потолка в этом зале свисали цветочные гирлянды.
По всему залу сияли магические фонари.
Откуда‑то лилась музыка — нежная, но радостная и весёлая и самое главное, не бьющая по ушам. Пол — изумительная каменная мозаика.
Между гостями бесшумно скользили юноши, одетые в служебные ливреи.
А ещё здесь были огромные, витражные окна, из которых долетал лёгкий ветер, приносящий запах цветов и вечерней свежести.
Дэшард мягко придерживал меня за талию, чем, несомненно, раздражал местную публику.
Мы дошли до конца зала и остановились у возвышения, на котором находился ТРОН.
Огромный, какой-то весь угловатый, созданный, словно из цельного куска хрусталя и, наверное, был до ужаса неудобным.
Но бесспорно красив. Этакий трон ледяного короля. Пардон, императора.
Вдруг, из-за наших спин раздался знакомый голос:
— Вейнеры! Я думал, ты запрёшь её в замке и никому не покажешь!
— И я рад тебя видеть, — усмехнулся Дэш.
Друзья обнялись. А потом Росс поцеловал мою ручку и произнёс:
— Эвелина, ты прекрасна. Сегодня ты — бриллиант этого вечера. Надеюсь, ты подаришь мне три-четыре танца.
Вот же хитрый жук!
Один танец можно подарить незнакомцу. Два — хорошему другу. Три и больше — только любимому супругу.
— Я и об одном хорошо подумаю, — рассмеялась я.
Дэшард сверкнул чёрной бездной из глаз на Росса и произнёс:
— Даже не мечтай увести мою супругу.
Он сделал страшные глаза и замахал руками:
— Даже и мысли не было! Я хотел её только похитить, соблазнить, а тебе сказать, что она сама сбежала.
Я рот раскрыла от его заявления.
Будь мы дома, я бы советника сейчас хорошенько пнула. Например, по коленной чашечке.
— Шучу-шучу! — рассмеялся Росс, глядя на то, как у Дэша меняется лицо и становится угрожающе жутким.
— Дорогой, давай ты его немножко убьёшь после бала, — произнесла ласково. — Сейчас ты только испачкаешься в его крови. Весь твой красивый костюм будет испорчен.
Правда, любой маг может очистить свою одежду при помощи бытовых заклинаний, да и сами костюмы изготовлены из магических тканей, которые сложно испортить.
Но это не важно. Сейчас я должна была разрядить обстановку. Неудачная шутка Росса совсем не рассмешила Дэшарда.
Но супруг, к счастью, после моих слов и мягкого тона, быстро пришёл в себя.
Не успели мы ещё поболтать и поприператься, как к нам подошла компания из трёх лэрдов и одной лэрделии — все важные, в дорогих платьях и костюмах, драгоценностями обвешаны как новогодняя ель гирляндами. Мужчины и женщины были красивы.
— Лэрд Вейнер, вы привели сюда эту тварь? — звонким голосом спросила темноволосая красавица лэрделия. Но смотрела при этом лишь на моего мужа. — Не слишком ли много вы себе позволяете?! Она должна сидеть под замком в темнице или предана казни!
— Уймись, Серра, — процедил Росс.
Дэш же произнёс спокойным, но при этом до ужаса ледяным тоном, от которого вздрогнула даже я:
— Лэрделия Серра Цейн решила оскорбить императора и предать сомнению его величайшую волю пригласить на бал спасительницу империи?
Прекрасные глаза женщины красивого цвета чая гневно сузились.
Дэшард же провёл ладонью по моему запястью, где чернела брачная печать. И все тут же уставились на брачный браслет, как завороженные.
— Эвелина — моя жена. Лэрделия Вейнер, — мягко сказал Дэшард. — И за нанесённое оскорбление советую вам немедленно принести извинения моей супруге.
— Вы не смеете, — прошипела женщина, а потом её лицо разгладилось, гнев исчез из красивых влажных глаз и она проговорила: — Дэшард, мы ведь были вместе… Ты и я… Нам было хорошо. Почему ты выбрал её… Почему?
— Потому что ты — не она, — так же холодно ответил Дэш.
Внешне он был расслаблен и спокоен, но я ощущала его как хищного зверя, готового к схватке.
Я обеспокоенно обвела взглядом зал.
Похоже, не только Серре и её двум кавалерам, рассматривающим меня с сомнительным интересом, моё присутствие было поперёк горла.
Красавица открыла рот, но закрыла, услышав другой голос:
— Эвелина Вейнер, Дэшард Вейнер — мои дорогие гости и друзья. Прошу всех вас запомнить и этого факта никогда не забывать.
Мы резко обернулись и низко поклонились.
Император Хамбар Мор с семьёй.
— Встаньте, — разрешил монарх, а сам занял трон.
Император оказался мужчиной крупным. Настоящий златоволосый богатырь. Его мудрый взгляд глаз цвета небесной синевы обвёл присутствующих и остановился на мне.
Император был одет в белые одежд, расшитые бриллиантами и золотой нитью.
Строгий, но роскошный наряд подчёркивал его природную стать, мощь и строгость.
На голове его возлежал венец — тонкий обруч с большим камнем в центре.
За его спиной также величественно стояла его семья. Прекрасная как лунный свет супруга — какая-то нереальная, хрупкая, нежная, но с твёрдым взглядом. Его дочери и сыновья. Все как на подбор прекрасны.
— Лэрделия Эвелина Вейнер, я рад, что ваша служба принесла положительный результат, и ваша сила даровала империи Тарган и всему миру покой и уверенность в завтрашнем дне, — произнёс император.
Я не знала, что ответить. Просто «спасибо»?
Решила промолчать и лишь сделала глубокий почтительный поклон.
Император же продолжил.
— Уведомляю всех присутствующих — Эвелина Нуар, ныне Эвелина Вейнер всё время с момента совершеннолетия тайно работала на империю. Всем известно, что её сила уникальна и многие думают, что ведьма творила зло. На самом деле, теперь я могу открыть тайну и дать свободу этой женщине — Эвелина Нуар выполняла порученные ей задания и справлялась со всеми задачами блестяще. Последняя её заслуга — спасение нашего с вами мира. Именно она изменила будущее и не позволила демону полукровке собрать армию из новообращённых и разорвать грань миров. И за верную службу, лэрделия Эвелина Нуар, отныне Эвелина Вейнер, награждается орденом мужества и отваги.
От слова императора у меня в мозгах образовалась каша.