Феникс Его Высочества
Дэв дернулся и выронил вилку.
– Прекрати! Мне не нужен слуга и подхалим. Ты обещала дружбу.
Мне захотелось зарычать. Ответить, что друзья не целуются и не пожирают друг друга взглядами. Не вздрагивают от одного прикосновения.
Но слова были излишними. Дэв это знал не хуже меня.
– Обещание сдержу, – дрогнувшим голосом произнесла я и отправилась в гардеробную.
– И тебе спокойной ночи, – пробормотал хозяин мне вслед.
Но покой в эту ночь остался для меня несбыточной мечтой. Я ворочалась с боку на бок, заново переживала прошедшие дни. Прислушивалась к шагам Дэва.
Он тоже не спал. Долго ходил по кабинету, перебирал книги, что-то писал.
Потом хлопнула дверь спальни. И я ощутила зов. Вначале слабый, едва различимый, он становился все сильней и неистовей. Мне хотелось немедленно броситься к Дэву. Но звал он не телохранителя и даже не друга. Ему был нужен тот, кого сама я боялась.
Женщина, она пробудилась во мне и царапалась изнутри. Ранила сердце острыми, как бритвы, когтями. И я закусила край покрывала, чтобы не позволить ей откликнуться на зов самого дорогого мне человека.
Глава 15Утром я встала измученная и злая. Подошла к спальне Дэва, прислушалась: из-за закрытой двери не доносилось ни звука. Постучать и разбудить не рискнула, но беспокойство пересилило.
«Только чтобы убедиться, что с ним все в порядке», – сказала себе и приоткрыла дверь. Просунула в образовавшуюся щель голову. Дэв крепко спал, раскинув руки на всю ширину кровати. Подушки валялись на полу, простыня сбилась в ком, одеяло сползло. Похоже, у Его Высочества тоже выдалась беспокойная ночка.
Дэв что-то пробормотал во сне и перекатился на бок. Положил руки под голову и улыбнулся. Он казался таким юным и трогательным с взъерошенными волосами и легким румянцем на щеках.
Сквозь распахнутые шторы проглядывали первые солнечные лучи. Легко скользили по телу Дэва, будто лаская его и согревая. Я так позавидовала им, что едва нашла в себе силы оторваться от этого зрелища. Прикрыла дверь и уселась в кресло в кабинете дожидаться, пока хозяин проснется сам.
Но у цесаревича было слишком много обязанностей, чтобы отдыхать всласть. Уже через пятнадцать минут явился посыльный от Императора и сообщил, что Его Величество ждет сына на завтрак.
– Он скоро прибудет, – пообещала я и выставила гвардейца за дверь.
Глубоко вдохнула, набираясь храбрости, и вновь направилась в спальню. Тихо постучала, не решаясь войти.
– Что?.. – сонным голосом спросил Дэв из-за закрытой двери.
– Император ждет тебя в столовой, – сообщила я. – Возможно, хочет помириться.
Услышала, как Дэв спрыгнул с кровати. Отошла в сторону, когда он широко распахнул дверь.
– Доброе утро, – пробормотала растерянно.
– Не сказал бы, – пробурчал Дэв и направился в ванную.
Спустя полчаса, умытый и одетый, цесаревич сидел за столом в главной столовой и с аппетитом поглощал яичницу с беконом и запивал все это любимым какао. Его отец действительно решил примириться, хоть и не сообщил об этом прямо.
На этот раз Император не затрагивал опасных тем, а только спрашивал сына об успехах в учебе. Дэв отвечал вежливо, без тени заискивания. Мерный разговор навевал скуку, и я едва сдерживалась, чтобы не зевать.
За завтраком присутствовали трое незнакомых мне людей – важных и осанистых. Как я поняла из беседы, они были представителями крупной транспортной компании, а, следовательно, – желанными гостями во дворце. По случаю их приезда к традиционному завтраку на столе Императора появились изысканные десерты и коллекционные вина.
По этой же причине я стояла за спиной цесаревича и усердно выполняла функции телохранителя: молчала, присматривалась и прислушивалась. Пробовала блюда, подаваемые хозяину.
Гости не удивлялись и обращали на меня внимания не больше, чем на мебель. Но я только порадовалась этому. Уж лучше так, чем вновь усесться за один стол с Императором, бояться сделать неосторожное движение и сказать лишнее слово. Про правила этикета вообще умолчу.
В завершение трапезы, главный гость – упитанный и не в меру разговорчивый крепыш – пригласил Дэва на день рождения сына. Пообещал вечеринку у бассейна.
Несмотря на то, что я находилась за спиной хозяина, почувствовала, как он напрягся. Волна недовольства и внутреннего сопротивления прокатила по нему и передалась мне.
Все за столом замолчали, дожидаясь ответа цесаревича. Император глянул на сына грозно и едва заметно кивнул. Все ясно, Его Величество не хотел ссоры с важными людьми.
– Я принимаю приглашение, – нехотя пробормотал Дэв.
Передернул плечами и уткнулся в тарелку.
– Вот и замечательно, – радостно провозгласил Ишар Второй. Сделал жест прислужнику, чтобы тот подлил вина в опустевшие бокалы. – Что бы хотел Ваш сын в качестве подарка? – обратился он к гостю.
Тот задумчиво поводил носом, заставляя Дэва и Императора нервничать. Отец и сын были слишком стеснены в средствах, чтобы позволять себе дорогие подарки.
Наконец, толстяк довольно потер ладони и выдал:
– У Вашего Высочества замечательные конюшни с породистыми скакунами. Думаю, мой сын достаточно взрослый, чтобы учиться верховой езде.
Десертная ложка в руке цесаревича согнулась пополам и треснула.
– Насколько я помню, ваш сын уже имел неудачный опыт по разведению лошадей, – напомнил Дэв, с видимым усилием сохраняя голос спокойным.
– О, это было так давно, стоит ли вспоминать… – притворно засмеялся толстяк. – С той поры Велор вырос и изменился.
– Я так не думаю, – возразил Дэв.
За что получил убийственный, прожигающий насквозь взгляд отца. Но мой хозяин и не подумал отступить.
– Выберите другой подарок для сына, – он даже не просил – приказывал. – И желательно, чтобы этот предмет был неживым. Книга, картина, гобелен… – цесаревич равнодушно обвел рукой пространство столовой.
Толстяк недовольно поджал губы и положил новую порцию шоколадного торта.
– В таком случае, выберите подарок по своему усмотрению.
Дэв слегка наклонил голову, изображая согласие.
– Разумеется.
Он повернулся к отцу и спросил позволения покинуть столовую. Император был недоволен, но не стал распекать сына при посторонних.
Прежде чем уйти, Дэв подозвал слугу и попросил принести в его апартаменты дополнительный завтрак. Тот сначала непонимающе поморгал, потом глянул на меня и улыбнулся.
– Непременно, Ваше Высочество.
Пока я уплетала за обе щеки долгожданный завтрак, Дэв, как маятник старинных часов, расхаживал по комнате. Иногда останавливался и вымещал недовольство на гобелене с изображением герба Империи.