Феникс Его Высочества
– Рассказывай.
Моя история получилась длиннее. Малыш слушал внимательно и усиленно морщил лоб, напрягая извилины. В это время чернильная самка, ковырялась в его волосах, выискивая и поедая блох. Поняв, что я не конкурентка, она добралась и до моей головы. Ее прикосновения были мягкими, но настойчивыми.
– Не надо, – попросила я и попробовала отстраниться.
– Не отказывайся. Обидишь, – предупредил Малыш и напомнил: – Так ты летишь на Тифон?
– Уже нет, – я вздохнула и развела руками. – Не на чем. Конечно, можно попробовать вытащить катер из воды, но что толку от неисправной груды железа.
Малыш загадочно подмигнул и объявил:
– Есть корабль.
Я аж подпрыгнула от такого заявления. Неужели колонисты так поспешно свалили с планеты, что оставили здесь корабль? Немыслимо.
На деле все оказалось несколько иначе. Не так давно на гориллью планету наткнулись пираты. Им приглянулся местный климат, и они решили обосновать здесь свою базу. Разумеется, Малыш и его подданные воспротивились. После короткой, но плодотворной потасовки, победа осталась за местными жителями.
– Ты б видала, как мои дерутся! – хвалился Малыш, пока вел меня, чтобы показать честно «отжатый» трофей. Речь друга становилась все внятней и четче. – Из них вышло бы отличное спецподразделение.
– А если к этому добавить еще и возможность восстанавливать организм, используя ягоды, они бы стали непобедимыми, – добавила я.
Малыш нахмурился и кивнул.
– Верно. Не хочу, чтобы они стали оружием. Люди достаточно их эс… пслу… слово забыл, – расстроился гориллий король.
– Эксплуатировали, – напомнила я. – Ты поэтому не покинул планету?
Малыш остановился возле металлического навеса, укрытого с боков сухими ветками и камнями. Одного взгляда на эти баррикады было достаточно, чтобы понять, что скрывается внутри. У меня даже ладони заныли от желания поскорее «открыть» свой подарок.
– Тут мой дом, – буркнул меж тем Малыш. – Другого нет. И не надо.
Он дернул за одну из веток – с виду ничем не примечательную, – и вся конструкция сложилась, как карточный домик.
На мой удивленный жест приятель ответил радостным гоготом.
– В приюте лучше всех шалаши варганил. Ща пригодилось.
Я ограничилась кивком: в моей голове витали уже совсем другие мысли. Настроение стало отменным, вернулся былой азарт. С затаенной надеждой глядела я на корабль и не верила своей удаче.
Предо мной предстал боевой десантник: старенький, потрепанный, но грозный. Его бронированный корпус угрожающе щетинился орудиями, на конической башне застыла от безделья лазерная установка.
– Он на ходу? – от радости я отчего-то перешла на шепот.
– Ага, – поддакнул Малыш. – Топлива тока мало. На один прыжок с натягом.
Я обернулась к другу. Слезы застыли в моих глазах и мешали видеть.
– Мне хватит.
– Ты че? – возмутился Малыш. – Первый раз вижу, как ты ревешь.
Я утерла глаза рукавом и через силу улыбнулась. Он прав: телохранителю не положено распускать нюни. Расставаться с другом снова не хотелось, но гориллам нужен сильный вожак. Без могучего кулака Малыша они вновь перегрызутся.
– Даже не знаю, как тебя отблагодарить, – призналась я и протянула руку для прощального рукопожатия.
– Ты это, не дури, – припечатал Малыш. Стиснул мою ладонь и с силой потряс. – Удачи.
Он притянул меня к себе и дружески обнял.
– Спасибо, – пробормотала я, уткнувшись в его плечо. Затем отстранилась и заглянула в глаза. – Шанс очень мал, но он есть. Наверняка Медведь не упустит шанс вернуть расположение Императора. Если он и другие «птенцы» помогут мне отыскать и вернуть Дэва, Ишар Второй поверит в непричастность бати к уничтожению Погонщиков. Впрочем, я могу ошибаться.
Малыш хлопнул по спине так, что у меня чуть глаза из орбит не повылазили.
– Не дрейфь! – предупредил он. – Все получится. Тока эта… как ты найдешь своего принца?
Я похлопала себя по груди и смущенно улыбнулась.
– «Клеймо»? – догадался Малыш. – Он проглотил «приворот»?
– Не только это, – пробормотала я. – Дэв живет в моем сердце. Каждый раз, когда закрываю глаза, вижу его перед собой. Чувствую, будто он рядом. Знаю, куда идти.
– Ну, ты ваще… – восхитился Малыш.
И бросил взгляд в сторону – туда, где на некотором отдалении сидела его чернильно-черная самка. Грустила, но не вмешивалась. Поняв, что ее заметили, горилла отвернулась и сделала вид, что выкапывает из земли сладкий корень. И совершенно не обращает внимания на человеческую женщину.
– Так и быть, – объявила я, меняя тему. – Если выживу, привезу тебе с земли подарок. Как насчет картохи?
Глаза Малыша азартно блеснули.
– Ага! – не отказался он. – Тока ты это, с глазками бери. Чтоб на рассаду.
– Обязательно, – согласилась я и шмыгнула носом. За прошедшие годы друг ничуть не изменился.
Малыш поскреб затылок и посмотрел на меня задумчиво.
– Кстати, о еде. Давай мы те продуктов с собой накидем. На всякий случай.
– Не стоит, – улыбнулась я. – Не думаю, что мне будет до этого.
– Ну, тогда хоть воды возьми, – согласился Малыш. – Без нее никуда.
Хотела бросить, что воды с меня достаточно, но сдержалась. Товарищ не виноват в моих бедах. Да и прав: вода пригодится. И, чего там скрывать, я решилась еще раз пройтись по берегу. Вдруг судьба сжалится надо мной и вернет потерянный камень.
Гориллий король кликнул подданных, и через минуту те притащили нам пустую канистру под воду. А еще мешок гигантских плодов-костянок: мохнатых, с тремя округлыми дырочками у основания.
– Фигасе орешки, – не сдержалась я. – Один до самого Тифона грызть буду.
Малыш хохотнул и похвастал:
– Если проколоть вот эту дырочку, – он указал на углубления в орехе, – потечет сладкий сок. А внутри – съедобная мякоть.
Я взвесила один такой «подарочек» на ладони: два кило, не меньше. И вспомнила: такой орешек мне уже встречался. На картинке в любимой книге. Той, где изображались исчезнувшие виды растений и животных. Дэв почему-то называл ее «красной». Хотя облога была темно-зеленая.
Погрузив мешок на корабль, мы потопали к реке. Мне не терпелось отправиться в путь, но не могла я вот так по-быстрому распрощаться с Малышом. Он так радовался встрече, а в особенности – возможности поговорить на человеческом языке: как был болтуном, так и остался. Позабытые слова он заменял жестами и надсадным сопением, заставляя меня корчиться от смеха.
Пока добирались до реки, я все же рассказала ему о своей беде. И о безрезультатном поиске неприметного камушка.