Дневник революции. Пятикнижие
Хильда Лидсмад посмотрела на меня, поджимая губы, и ответила:
– Это вы узнаете, когда закончите программу подготовки, – и, осмотрев меня с ног до головы, добавила. – Если закончите. Как вы вообще сюда попали?
Тут прозвучала сирена к отбою. В воздухе повисла тишина. Сандар незаметно легонько толкнул меня в спину, давая понять, чтобы я поскорее шла в казарму.
– Так на чем мы остановились? – задумчиво сказал Сандар. – Ах да! Хильда Лидсмад, а как вы решились пойти по военному пути? Вы ведь, извините за дерзость, такая хрупкая и симпатичная женщина.
Она кокетливо засмеялась, а я, воспользовавшись моментом, отдала честь. Инструктор махнула мне рукой, и я торопливо ушла.
Примерно через полчаса появился Сандар. Свет в казарме был давно погашен. Я уже успела задремать и узнала, что он вернулся, только по ворчанию, когда он ударился о ножку тумбочки. Сандар спал на соседней койке, так что меня эта возня окончательно разбудила.
– Как дела? – спросила я шепотом.
– Я думал, Хильда Лидсмад меня до утра продержит. Еле отвязался. Она мне чуть ли не всю историю своей жизни успела рассказать, – прошипел он.
– Сочувствую, – хихикнула я.
– Не смешно! Лучше бы сказала спасибо, что все так обошлось и тебе не пришлось отвечать на ее вопросы.
– Спасибо, – тихо шепнула я. Он довольно усмехнулся.
– Но мне все равно кажется, что она задумала разузнать про тебя поподробнее. Не к добру это.
– А мне показалось, что ты сумел ее очаровать и она уже успела обо всем забыть.
– Судя по тому, что я от нее услышал, она не из тех, кто что-то забывает.
– То есть даже после душевных вечерних разговоров твое мнение о ней, сложившееся в наш первый день здесь, не изменилось? – удивленно спросила я.
– Если только в худшую сторону, – серьезно ответил Сандар.
– Эй вы, там! – послышался голос военного, что следил за порядком в казарме. – Это первое и последнее предупреждение!
– Спокойной ночи, – шепнула я.
– Спи спокойно, Сольвейг.
С наступлением рассвета я, по привычке, проснулась, хотя сегодня был день, когда нам позволяли поспать подольше. Тренировки начнутся только в полдень. Так было каждый десятый день. Сандара в казарме уже не было. Умывшись и натянув куртку, я вышла на плацдарм. Яркие лучи солнца упали на мое лицо. Щурясь и прикрывая глаза рукой, я увидела Сандара. Он тренировался. Увидев меня, мой друг утер пот со лба.
– Ты уже готова? – спросил он, все еще тяжело дыша после интенсивной серии ударов. Я кивнула в ответ. – Мне нужно еще десять минут, и тогда приступим к твоей тренировке.
– Хорошо, я пока разомнусь, – сказала я и, решив начать с пробежки, дошла до края плацдарма. Взглянув на одно из зданий, я увидела в окне Хильду Лидсмад. Она наблюдала за мной.
«И чего ей не спится?» – подумала я и, отвернувшись, побежала вдоль плацдарма. На другой его стороне виднелся силуэт. Это был Хьярти. Он так же, как и мы с Сандаром, не терял времени и в это утро тренировался. Встретившись глазами, мы по обыкновению кивнули друг другу, и я, завершив круг, побежала назад. Сандар уже ждал.
Когда мы только начали тренировки по рукопашному бою, у меня была проблема с тем, чтобы собрать всю силу и вложить ее в точный удар. Получалось то слабо, то медленно, то нечетко. Как только мы узнали, что у нас есть свободное время, Сандар предложил мне помощь. И нужно сказать, вскоре я стала лучшей в своей группе. Инструктор Ярнскегги Бильд был удивлен моими успехами, а Сандар полон гордости за меня. Ему нравилось видеть, что его усилия дают результат. Что же касается тренировок по огнестрельному оружию, то тут порой я помогала Сандару.
– Ты же лучшая в группе, – говорил он, – почему Хильда Лидсмад игнорирует это? Не понимаю.
Несмотря на такое отношение инструктора, мне эти тренировки нравились. Было странно и здорово открыть в себе такой талант. Я всегда попадала в цель.
Около одиннадцати мы пришли на обед. Я заметила, что Сандар почему-то не в духе.
– Что с тобой? – спросила я, закончив с едой.
– Какое-то странное предчувствие… – ответил он.
Я взглянула на него удивленно и, легонько толкнув локтем, сказала:
– Что-то на тебя это не похоже. Может, ты не выспался?
Он посмотрел на меня:
– Надеюсь, что так.
День прошел совершенно обычно, все шло своим чередом. Вот только на тренировке по огнестрельному оружию Хильда Лидсмад была на удивление мила и даже похвалила меня.
– Прекрасно! Стопроцентное попадание! – восклицала она, похлопывая меня по плечу. Сказать, что я была удивлена, – ничего не сказать. Да и Сандар недоумевал.
– Что-то с ней не то, – шепнул он мне в перерыве.
– Может, вчерашние разговоры по душам на нее так повлияли? – улыбаясь ответила я. Сандару же почему-то было не смешно.
– Я ей не верю, – твердо говорил он.
Помимо того, что в каждый десятый день можно было поспать подольше, вечером перед отбоем мы шли на общий сбор в столовой. Тогда большой экран, на котором обычно было показано только время, передавал послания генералов к солдатам. Нам рассказывали о новых правилах, законах, изменениях в воинских уставах. Иногда показывали рассмотрения дел в военном суде. Вот и сегодня – очередное дело, касающееся дезертирства. Солдат, несущий службу на планете Йера, пытался сбежать на родину – на планету Лагуз, но был пойман. Он аргументировал свой поступок тем, что иначе представлял себе военную структуру, а выполнять приказы он не может, потому что это идет вразрез с его принципами. Когда он сказал эти слова, в зале суда послышался смех.
– Вы ведь знали, что вас ожидает, если побег не удастся? – спрашивали его.
– Так точно, господин судья, – отвечал солдат, – я пошел на это совершенно осознанно.
– Так что же, вы даже ничуточки не раскаиваетесь? – прищурившись, спрашивал второй судья.
– Никак нет, – не лукавя отвечал солдат.
– Вы подстрекали кого-то еще совершить это дерзкое, порочащее воинскую честь преступление? – задал вопрос третий судья.
– Нет. О том, что я собираюсь сделать, никто не знал, – отвечал он смиренно, стоя перед ними в наручниках и ожидая оглашения приговора.
Его ждали пожизненные работы на шахтах, которые находились на самых отдаленных планетах. Там ему полагалось провести остаток своей жизни.
– Интересно, из-за чего он хотел вернуться домой? – размышлял Сандар.
Вдруг в столовую зашла Хильда Лидсмад, а вслед за ней генерал Вальтер. Вид у него был напряженный. Хильду же всю трясло от нетерпения сообщить какую-то новость. Она чуть ли не бегом пересекла столовую и, повернувшись к нам, громко сказала: