Алмаз. Книга вторая
– Ну ты и ублюдок! – Он не сдерживался в выражениях и после минуты нескончаемого мата заговорил на понятном мне языке: – Увижу еще раз рядом с ней, оторву яйца и заставлю сожрать! Ты понял? Завтра же скажешь Косте, что не будешь больше с ним работать. Без объяснения причин. Слышал? Или я тебя засужу, по миру пойдешь! Думаешь, с репутацией насильника ты сможешь продолжить адвокатскую практику, а? – Он оставил Лёшу корчиться на асфальте и плеваться кровью, и, схватив меня, как котенка за шкирку, поволок прочь из грязного переулка. – Я же тебя предупреждал! Дура!
Андрей усадил меня в машину и увез подальше от ненавистного места. Он больше не орал и не обзывал меня дурой, и половину пути мы проехали в молчании, пока я не начала всхлипывать, осознав чего именно мне удалось избежать.
– Ну-ну, – Андрей притормозил у обочины, и неловко, будто не зная, что делать с плачущими женщинами, похлопал по спине. – Не реви, – догадался обнять. – Все прошло. Ты больше никогда не увидишь этого урода. Обещаю. – Я не мола произнести и слова, просто согласно кивала. Скоро я взяла себя в руки, и успокоилась. – Костя не должен ни о чем узнать, – вдруг заявил Андрей. – Ему крышу сорвет. Еще одно заявление в полицию – и его ждет тюрьма.
– Лёша этого не сделает, – парень не мог быть настолько подлым.
– Ты уверена? – скептически хмыкнул.
После сегодняшнего вечера я ни в чем не была уверена.
***
Вернувшись в квартиру, первым делом приняла душ, отмываясь от недавних событий. Хотела избавиться от любого напоминания о низком поступке друга. Друга? Были мы когда-нибудь по-настоящему друзьями? Вряд ли.
Не находила Лёше оправдания, да и не желала этого делать. Подлость она и есть подлость, под каким соусом ее не подавай. Разочароваться в людях горько.
– Рита? – сквозь шум воды расслышала Костин голос. Как сигнал, что время на исходе.
Еще несколько мгновений – и после беглого осмотра квартиры Костя по звуку льющейся воды отыщет меня в ванной, непременно заглянет и отпустит сальную шуточку, захочет поцеловать и прямо в одежде полезет под душ… А я? Мне надо будет заглянуть в его чарующие, полные любви, глаза и солгать. Не хочу, чтобы между нами были секреты. Они разрушают отношения.
С другой стороны, если обо всем расскажу, словно подставлю его, заманю в западню. Это как размахивать красной тряпкой перед быком, зная, что та разъярит его, заставит мчаться на матадора, обрекая себя на верную смерть.
Вышла из душевой кабинки и успела только накинуть халат, когда Костя распахнул дверь, впуская в комнату холод. Или это ложь уже отравляет меня?
– Вот ты где, – встретился со мной взглядом. Я же свой отвела, делая вид, что вожусь с поясом. Так и не решила, что скажу.
– Где мне еще быть? – неловко улыбнулась, начиная нервничать. Так он точно что-то заподозрит.
– Как прошел день? – подошел ко мне и поцеловал.
Я медлила, размышляя над словами Андрея, а потом как можно естественней, при этом не глядя в глаз Кости, бросила:
– Как обычно: готовилась к сессии и мучилась тошнотой, – гнала из головы образ пьяного Лёши.
Костя что-то почувствовал, но не стал ничего выпытывать, наверное, оправдывая мое поведение очередным «беременным» заскоком.
– Бедняжка, – жалел меня, а чувствовала себя лживой дрянью.
Поспешила как можно быстрей сменить тему разговора:
– А как твои дела?
– Мои дела просто чудесно, – ладони чуть задержались на моем животе, и скользнули назад, на спину, – упорно тружусь на будущее нашей семьи.
Я была готова расплакаться. Хотела верить, что лгу тоже только ради ее благополучия.
Прильнула к Костинном губам. Желала ощутить его поцелуй, избавиться от неприятного послевкусия Лёшиных грязных приставаний.
– Займись со мной любовь, – настойчиво попросила. Раньше бы постыдилась произнести такое вслух, но не сейчас.
***
Лежала на Косте, накрывая его своим телом, и разглядывала его усталое, но довольное лицо. Присмотрелась повнимательней, и провел пальцем по подбородку – щетина неприятно царапал кожу.
– Вам, Константин Львович, не мешало бы побриться, – с улыбкой отметила.
– Думаешь? – потер щеку тыльной стороной ладони. – Сейчас это вроде бы модно. И придает мне солидности. Я же должен в будущем стать этаким суровым отцом, которого побаиваются озабоченные ухажеры нашей дочери, чтобы даже не думали распускать свои шаловливые ручонки.
После такого заявления невозможно было не рассмеяться.
– С такими замашками, ты скорей прослывешь чокнутым папашкой.
– Все равно, главное – чтобы боялись.
Я снова расхохоталась. Так зашлась, что «упала» с Кости на кровать. Он навис надо мной, наблюдая, как я чуть ли не плачу от смеха, а потом вдруг произнес:
– Выходи за меня.
Я резко замолкла, в одно мгновение забыв что меня так рассмешило. Растерялась, как будто он спросил о чем-то невозможном.
– Зачем? – задала совсем не подходящий вопрос в этой ситуации.
Костя был прав, я не хотела, чтобы он делал мне предложение только потому, что вынужден или так положено. Мне нужно, чтобы он делал это по велению сердца, от необъятной любви и желания состариться со мной рядом. Иначе грош цена такому союзу – лишь бумажка, связывающаяся нас только юридически.
– Потому что я не представляю свою жизнь без тебя, – и этого было мне достаточно. Я была готова сказать «да», но Костя продолжил: – Ты вошла в мой мир и перевернула его. Ты указывала на черный цвет и упорно твердила, что это белый. Я упирался, не понимал, а потом просто поверил тебе на слово, и увидел. Увидел в чем подлинное счастье для меня. Это ощущение дома и уюта, который ты создала в нашей квартире; возвращаться домой и знать, что ты ждешь и непременно выйдешь встретить; чувствовать твою поддержку, независимо оттого какой бы бредовый проект я не задумывал; будешь рядом, когда жизнь вздумает утянуть меня на дно, и спасешь и не дашь потонуть; засыпать, обнимая тебя; вдыхать твой запах, слышать голос, видеть улыбку… Ты даришь мне такое безмерное счастье, что я не могу описать его словами. Мне даже не хватает нот, чтобы рассказать это музыкой. Кирова Маргарита Александровна, если ты не согласишься выйти за меня замуж и провести со мной остаток жизни, то я … Буду спрашивать об этом каждый божий день, пока ты не сдашься. Ты же знаешь, я всегда добиваюсь своего, так что хорошо подумай, прежде чем отказать. Что скажешь? Ты согласна?
У меня больше не осталось сомнений, что Костя – мужчина моей жизни. И никто другой мне не нужен.
– Да, – другого ответа дать не могла.
– Правда? – ему не верилось.
Как ему доказать, что я не шучу?
– Ну, Соболев! – закуталась в плед и выбежала из комнаты. Направилась прямиком на открытый балкон и громко выкрикнула в ночной город: – Костя, я стану твоей женой, – перевела дыхание, – потому что люблю тебя больше самой жизни! Слышишь?