Суворовец

– Не угодно ли отдохнуть, Иван Андреевич? Можете прилечь пока… есть у меня тут для гостей спаленка. Тамия, служанка, проводит… А потом, как отдохнете – шербет турецкий отпробуете, да в карты сыграем.
– Отдохнуть? Ой, голубушка, а, пожалуй что и да. На службе-то целый день вертишься, как белка в колесе, света белого не видишь…
– Так я позову служанку… Тамия! Эй, Тамия! Проводи гостя отдохнуть… Да все, что захочет – исполни.
Девушка молча поклонилась, никакого недовольства не выказала. Ну, подумаешь, по приказу хозяйскому удовлетворить чужого мужчину! Хочет она, не хочет, противно – не противно – кто когда рабынь да служанок спрашивал? Приказали – изволь исполнять! Иначе зачем тогда господам слуги?
– Вот, извольте сюда, мой господин… Осторожно, об комод не зашибитесь…
* * *
– Ingénieur de fortification, – задумчиво повторил гость. – Инженер фортификационных укреплений. Птица да – важная. Однако таких много у нас. В массе своей – немцы. А ты большая умница, Бояна! Очень важные новости вызнала. Смотри, осторожней будь. Ну и да – скоро все это закончится. Зимы-то турки дожидаться не будут. По осени наступление начнут.
* * *
– Ingénieur de fortification… – Ляшин, хоть и не говорил по-французски, но фраза-то оказалась вполне понятной. Еще бы не понять. Инженер по фортификациям. Таких да, много было. Человек двадцать. Вовсе не только немцы – всякие. И в офицерских чинах, и вольнонаемные тоже имелись. Вот и пойди тут, вычисли. А ведь надо! Да и двадцать человек – не сто!
Землекопы еще, каменоломни… Каменоломни… ходы подземные. Ходы… А что, если… А есть ли такой подземный ход, что ведет прямо под башню? Может, и есть. Старик Харитон сказывал, что завалены они все, давно еще. Так дорыться до него, а там… Вообще-то турки бы поспешать должны – сентябрь на дворе, и зима не за горами. Скоро дожди пойдут, пути-дорожки раскиснут – какое тут наступление? Значит, быстрей надо. Допустим, есть такой ход – прямо под главной башней! Туда и порох – мину заложить!
Но сначала до хода подземного дорыться надо, и желательно – как можно быстрей. Да еще и тайно.
Ну, и как этот подкоп вычислить? Земля… Землю они ведь должны куда-то девать. Будут вывозить на телегах? Так ведь каждую-то повозку проверять не станешь. Да и необязательно землицу-то вывозить, вполне можно и во дворе у себя складывать…
– Не, Алексей, во дворе невозможно, – перебил Круглов. – Этак во дворе-то целая гора земли будет. Соседи донесли бы уже. Повозки – да. Все и проверить. Не так их тут и много.
– А сколько? – невесело парировал Ляшин. – Сотни две, три? Напроверяемся – упаримся проверять. Что там еще Бояна говорила?
– Знатока каменоломней господа шпионы ищут, – секунд-майор хохотнул и принялся раскуривать трубку. – Ах, турецкий-то табачок – хорош! Ты вот, Алексей, почему не куришь?
– Не хочу. Привычка вредная.
– Ну-у, ты скажешь!
Оба – поручик и секунд-майор – сидели во дворе, у кухни. Хорошо было – тень, да на столе – кувшин холодного хмельного кваса. В жару – самое оно то! Не напиться решили, нет – так, от жажды. Заодно поговорить, обсудить все дела – хозяин-то, старый грек Харитон, с утра еще на рынок ушел, так что лишних ушей не боялись.
– Да уж. Скорей бы мы этого инженера вычислили, – гость вздохнул и поднялся на ноги. Прошелся по двору, кафтан снял да на ветку повесил – жарко. – Эх, напортачил бы этот чертов инженер… себя бы и выдал.
– А что бы он мог напортачить? – заинтересовался Ляшин. – А ну-ка, ну-ка, Иван Андреевич – дело ведь говоришь!
– Ну-у… Тут уж я не ведаю.
– К Суворову надо, – Алексей решительно рубанул рукой воздух, густо пахнущий виноградом и яблоками. – Схему глянуть!
Секунд-майор хохотнул:
– Ага, его превосходительству больше делать нечего, как только схемы секретные перед нами расстилать! Прогонит. Как пить дать – прогонит.
– А мы все же попытаемся. Прямо сейчас и пойдем! Пока мысль не перегорела.
– Сейчас? – присвистнув, гость покрутил пальцем у виска. – Да Александр-то Василич, поди, спит сейчас. Отдыхать изволит. Эвон, жарища-то! А тут мы…
По здравом размышлении, Круглов был абсолютно прав – день прямо-таки плавился зноем. Все улицы опустели, на рыночной площади – никого, даже землекопы – те, что рыли шанцы – попрятались в тень. Так что, поразмыслив, коллеги решили подождать до вечера. А то ведь и впрямь прогонит!
* * *
К большому удивлению секунд-майора, комендант Гирсова отнесся к предложению Ляшина весьма серьезно. Не говоря ни слова, велел Епифану никого не пускать, сам же вытащил схему из обитого железными листами шкафа, раньше принадлежавшего какому-то турецкому бюрократу. Видно, так хранились отчеты за последние десять лет… а то и за пятьдесят. Всякие ОО-1, ОО-2 и еще – «Отчет самообследования организации». Так вот почему-то представилось Алексею, что и вызвало едва уловимую улыбку на его устах.
– Эй, ты почто лыбишься-то, Леша? – Суворов, однако ж, улыбку заметил. – Сам говоришь – дело серьезнее некуда.
– Да шкаф ваш, Александр Василич…
– А что шкаф? Шкаф как шкаф. Ну, вот вам схема… расстилайте, вон, на столе… чего встали-то?
Нарисованная на листе плотной желтоватой бумаги схема фортификационных укреплений Гирсова оказалась размерами где-то метр на полтора и на столе едва уместилась. Ее и принялись внимательно изучать под личным руководством господина генерал-майора. Обошли, посмотрели, секунд-майор даже склонился низенько-низенько… потом попросил увеличительное стекло.
– Может, тебе, Иван Андреич, еще и трубу зрительную? – съязвил Суворов.
– М-да-а, – Круглов машинально потянулся к носу. Видать, хотел высморкаться, да постеснялся и просто махнул рукой. – Э, да мы тут без инженеров вовеки не разберемся!
– Звать никого не будем, – жестко предупредил генерал-майор. – Нечего тут лишних ушей разводить. Сами же про инженера и предупредили! Много их у нас. Пока каждого проверите…
– А нельзя ль на стенку ее повесить, – Алексей задумчиво потрогал мочку уха. Чего-то чесалась еще с вечера. Может, вошь какая в пудру попала? Хотя какая, к черту, пудра. Пудрились-то только к парадам да к строевым смотрам. Ну, в караул еще – для порядку.
– На стенку?
– А то вон, загибается вся. То тот край свесится, то этот… Все вместе взглядом не охватить.
– Не охватить им… – Александр Васильевич недовольно хмыкнул. – Ну, вешайте… поглядим. Поручик, у Епифана гвоздики попроси… ага…
Повесили-таки схему. Гвоздиками к обоям прибили, растянули – как тут и была. Сверили с рисунком, что передала Бояна…
И сразу все видно стало… Ну, ладно, не сразу, а как присмотрелись. Первым удивился секунд-майор:
– А что это тут за шанец? Зачем?