Драконье сердце
- Не проси прощения, - обняла я её. - Это всё вина одного человека, Акронхына, тонуть ему вечность.
Майрана снова поспешно отвела взгляд, что мне совсем не понравилось, и спросила:
- Ты не знаешь, что с ним?
- Пока ничего, - в сердцах цыкнула я. - Пока арестован, и ему предъявлено обвинение. Надеюсь, в этот раз он выберется, и никакой подкуп не поможет.
Майрана понурилась и улетела в какие-то дали.
- Майрана, посмотри на меня, ты что, его жалеешь? - подозрительно спросила я. - Или ты в него. влюбилась? - ужаснулась я.
- Нет. - резко ответила она, а потом закрыли лицо руками и призналась: - Да.
Я остолбенело уставилась на подругу. Вот так сюрприз. Как же её угораздило?!
- Но как, Майрана?.. - растерянно спросила я. - А как же Дарнисхэн? Он ночами не спал, организацией операции по освобождению занимался, под Акронхына копал. Даже вроде бы пострадал, когда склад контрабандистов брали.
- Не осуждай меня, пожалуйста. Так, как я себя осуждаю, никто сильнее не осудит. Но мне больно видеть твоё осуждение. Мне с ним было. интересно. Он умный, хоть этот ум и коварный. Дарнисхэн он хороший и правильный. Но с ним скучно. Он предсказуем, а Акронхын нет. Я всё время пыталась вывести его на чистую воду, а он уклонялся. Знаешь, какие у нас баталии были! Я сначала злилась, а потом поняла, что удовольствие от них получаю. И он, мне кажется, тоже. Потому что всё чаще приходил и на дольше оставался.
Она остановилась в порыве откровенности и закусила губу. Я видела, что слова приносят ей страдание, не стала мучить.
- У вас было что-нибудь? - только спросила настороженно.
- Нет, что ты!.. - испуганно возмутилась она. - Мы же враги как никак...
Ну хоть так, слава Итандру. Подумала я про себя, не сказав вслух. Майрану мне было жалко. Конечно, я её не стала осуждать, хоть и не понимала. Но знаю, что сердцу не прикажешь. Со своими бы чувствами разобраться.
- А ты? - осторожно спросила она. - Ты любишь Ала? Или это благодарность за наше спасение?
- Люблю, - призналась я.
- А он тебя? Впрочем, о чём я спрашиваю? То, что он в тебя втюхался, я поняла уже давно. Ещё удивительно, как он так долго ждал. Возможно, если бы не Адриантен.
Майрана продолжала молоть чушь, а я не спорила. Для всех так и должно быть, всё правильно.
Когда я пела песню, я чувствовала прожигающий взгляд Ала, хоть и не могла видеть за очками. Но он прожигал меня насквозь. А после концерта Ал не пришёл.
Зашёл Дарнисхэн, сказал, что Ал поехал разруливать все дела. Что свяжется со мной завтра. И что в номере меня ждёт Майрана. А с Мерлоком я увижусь только следующим днём. Сегодня с ним будут заниматься стражи, а Майране дали передышку до завтра.
Но первым, кого я увидела на следующий день с утра, был Адриантен. Вернее, уже Адриан, без окончания -тан. Он сидел напротив двери. Пьяный, с мутными алыми глазами, во вчерашней одежде. Несвежая рубашка была наполовину расстёгнута, наполовину застёгнута сикось-накось. Волосы всклочены и пряди торчали в разные стороны. Под ним на полу, за ним на стене и вокруг всё было в чёрных подпалинах.
Охрана с осуждением на него косилась, но он не смотрел на них. Он смотрел на дверь, а когда в проёме появилась я, он перевёл на меня мутный взгляд, в котором стояла звериная боль.
- Почему он? Почему именно он? - разлепил он распухшие от жажды губы и сипло спросил.
- Зайди, - открыла я дверь пошире и отошла вглубь, приглашая.
Проём тут же закрыл Саймон и второй охранник, от Ала.
- Я не советую вам. опасно. - тихо предупредили они меня.
- Он не тронет меня, - громко сказала я. - Пропустите и оставьте нас.
Второй охранник посмотрел на Саймона, тот пожал плечами.
Адриан, шатаясь, ввалился в комнату и кое-как ровно уселся на софу.
- Если что, кричите, мы будем за дверью, - сказал второй охранник.
Я и сама справлюсь. Мне как раз бы хотелось, чтобы Адриан выкинул что-нибудь. Чтобы дать мне повод выплеснуть на него силу. Чтобы мы разругались. Чтобы разозлились и разошлись в обиде. Ведь злиться легче, чем чувствовать вину и жалость, которые я чувствовала сейчас.
Адриан закрыл глаза руками и опустил голову, упёршись локтями в колени. Ему было плохо. И он был растерян. Не знал, как реагировать, что сделать, чтобы стало легче.
Я подошла и обняла сзади, прислонила голову к своей груди, провела по лбу и волосам, вливая в него живительную влагу воды, которой ему сейчас остро недоставало. И пока он меня не видит и мало что соображает, добавила целительской силы земной магии.
- Почему он, Мелопея? Почему именно он? - повторил он свой вопрос.
- Я люблю его, Адриан. Прости.
Он закрыл веки, и из уголков глаз скатились две слезинки.
- А как же я? - прохрипел он.
И столько боли, столько муки было в этом вопросе.
- А у тебя ещё всё впереди, - пообещала я. - Ты немного повзрослеешь, многому научишься и встретишь ту, которая будет для тебя важнее всего на свете.
- Это ты... Ты мне нужна... - простонал он, подставляя голову под мои поглаживания.
- Нет, Адриан. Тебе пока никто не нужен. Рано тебе ещё. А чувства. Мне тоже казалось, что лучше Мерлока никого нет. Потому что не знала Ала. Потому что была ограничена дистриктом. Так и ты. Ты просто её ещё не встретил. Потом встретишь и будешь радоваться, что так всё произошло. А то заставил бы и меня страдать, и сам бы страдал.
- Я не верю. - сглотнул Адриан. - Я только знаю, что мне сейчас плохо. Как я смогу смотреть на вас вместе?..
- Не можешь, не смотри пока, - согласилась я, погладила его вихры последний раз и отошла.
Ему всё равно недолго мучиться. Как только мы проведём ритуал с Алом, мы расстанемся, как договорились. Но намекать на недолгое наше «счастье» с Алом Адриану я не буду. Не хватало ещё, чтобы надеялся. Я всё равно не буду его. Ведь я и правда люблю Ала.
После Адриана у меня состоялся сложный разговор с Мерлоком.
Он никак не мог поверить, что я согласилась стать санорэ Ала добровольно. Вбил себе в голову, что я пошла на жертвы, чтобы спасти его.
- Ты не обязана это делать ради моего спасения, - упрямо выдвинув нижнюю челюсть, говорил Мерлок. - Пусть катятся к морскому дьяволу со всеми своими предложениями.
- Какими предложениями?
Оказывается, Мерлока действительно могли наказать за незаконное появление на материке и за то, что он сразу не пришёл к властям уведомить о своём появлении и желании остаться на материке. Дальше бы его судьбу решали органы власти. А главный дракон подписал бы или нет разрешение на то, чтобы остаться на материке.