Серебряная птичка
На улице у двери стояли два стражника — из тех, что сегодня приставила Юна. Они молчаливо следовали за Челлой на некотором расстоянии, когда она пришла на площадь к воротам, и это они унесли сюда Урру. Потом Челла приказала им оставаться снаружи, но один периодически заглядывал. Теперь ему она поручит Урру, а сама сбегает к себе — весь её подол испачкан кровью.
— Челла? — потертая суконная занавесь на внутренней двери колыхнулась, служанка встрепенулась и ахнула.
— Тихо! — Челла сжала её руку. — Только не шуми!
Сама она подошла к занавеси и отодвинула её слегка.
— Алливен, зачем ты здесь?
В паре шагов за спиной Алливена Эрга была дверь, и стражник, оставляя здесь Челлу, первым делом убедился, что эта дверь заперта. Но что такого, если есть замок, то есть и ключ…
— Здравствуй, Алливен. Говори скорее, чего ты хочешь, нас не должны увидеть вместе.
— Это ещё почему? Нас не один год видели вместе, — дерзко возразил он и взял её за руку.
— Кое-что изменилось, — напомнила Челла, выдергивая руку из его крепких пальцев. — Алливен, говори.
— Что до меня, я бы просто сбежал, с тобой. В горы, в дальнюю деревню.
— Что бы мы там делали, Алливен? — вздохнула Челла. — Зачем?..
— Мы поженились бы, сначала у Ворот, потом в Храме Пламени. И никто бы этого не изменил. Ты не хочешь?!
— Алливен, — она глянула сердито. — Нет, убегать и жениться тайком я не хочу. Как ты додумался задирать кандрийца перед воротами?! Теперь меня охраняют.
— Мне помешали. Если бы он принял вызов, как мужчина…
— Алливен. Это всё?
— Нет. Смотри! — он раскрыл ладонь.
На его среднем пальце было кольцо с крупным рубином, надетое камнем внутрь. О, Челла узнала кольцо, как иначе!
— «Княжеский глаз». Что же, твоими устами сейчас говорит князь? Это князь предлагал мне бежать?
— Нет, князь желает другое. Именем Гемм, ты не должна проговориться! Поклянись?
— Именем Гемм, — она сделала пальцами жест, означающий обещание. — Говори.
— Князь приказывает нам с тобой пожениться. Вместо кандрийца ты выйдешь замуж за меня. Всё приготовят, ты лишь должна подчиниться, поняла? Это приказ.
— Хм. И что потом? — Челла сверлила его взглядом.
— Ты станешь моей. Я присягну кандрийскому королю. Но Дьямон будет принадлежать нашей крови, и король его потеряет со временем. Ты не понимаешь?..
— Алливен, — Челла посмотрела на него, как на несмышлёныша. — Это так глупо. Да простит меня наш князь. И я не верю тебе. Вот откуда у тебя это кольцо?
— Челла, что ты? Как ты можешь сомневаться?!
— Откуда кольцо, Алливен?
— Тан Фунир передал его моему отцу, перед тем как его бросили в подвал. Они с отцом смогли перекинуться парой слов.
— Посла? В подвал?! — удивилась и не поверила Челла. — С чего бы?
— Якобы он оскорбил тани Юну…
— Значит, там ему и место! Алливен, послы едут из Кандрии, а не от князя.
— Ты не веришь, что у князя много глаз и ушей? Челла, ты должна подчиниться. И всё! Ты не можешь ослушаться!
— Ступай прочь, Алливен! — она быстро запахнула занавесь.
Дверь стукнула, заглянул стражник.
— Вам нужно что-нибудь, тани?
— Я ухожу отсюда. Проводите меня. Я должна переодеться. Ты побудь тут, присмотри, — велела она служанке и быстро направилась к выходу.
К своей башне она шла, конечно, в сопровождении стражников. И на втором этаже, у лестницы, ведущей в её комнаты, они тоже стояли. Челла не забыла им приветливо кивнуть, но наверх, к себе, пошла одна.
К счастью, бай Туану ушла заниматься своими делами — некому будет поучать и ворчать. В комнате Челлу поджидала только верная Ману, и она ахнула и всплеснула руками, увидев, в каком виде её госпожа. И кинулась к сундукам доставать цветное платье и бельё.
— Тише, не суетись, — остановила её Челла. — Давай самое простое. Самое-самое. Мне Юна разрешила сегодня не выходить…
— А вдруг твой господин явится сюда?
— Мой господин! — Челла фыркнула. — Ты с ума сошла. Он мне пока не муж и явиться сюда не посмеет!
— Ах, ну они же там, на Побережье, все дикие совсем! А этот и подавно считает, что тебя ему подарили.
— Он правильно считает. Только мы ещё посмотрим, — Челла быстро расплела растрёпанную косу. — Помоги причесаться. И давай вон то серое платье. И тунику под него. И фартук.
— Чтобы тебя приняли кухонную девку?
— Ну что ты, не понимаешь? Если я оденусь в яркое, меня сразу увидит половина замка. А так никто и в упор не заметит! Лицо прикрою, и отлично.
— Да уж, со стенами сольешься. Постой, ты куда-то собралась? — встрепенулась Ману.
— Ты думала, что я буду в окошко смотреть и тебя развлекать?
— Челла. Ты ведь не думаешь… А если тани Юна придет? — Ману волновалась, но её ловкие руки при этом расчёсывали гребнем буйные кудри молодой госпожи и заплетали их в самую простую косу.
— Скажешь, что у меня болит голова и я легла спать.
— Но тани Юна захочет тебя увидеть…
— Тогда скажи, что не знаешь, где я. Ты сидела и пряла. Ну, Ману, дорогая. Не подведи. Ты что делаешь? — Челла выхватила у служанки шелковую зелёную ленту и бросила обратно в шкатулку. — Давай тунику.
Она сама перевязала волосы кожаным шнурком, который достала из той же шкатулки, нырнула в тунику, потом натянула платье. Шнуровка была самая простая, спереди, Челла быстро справилась с ней сама — одежда простых девушек тем и хороша, что её легко надевать. Она замотала на талии пёстрый тканый пояс, какие носят в деревнях, свою подвеску-птичку на длинной цепочке подвесила к поясу, хоть и спрятала в широкой складке юбки. Волосы прикрыла накидкой и заколола её булавкой. Вроде всё…
— Тани моя. Говорят, что твоя свадьба будет завтра! — Тин понизила голос почти до шёпота. — Говорят, что так приказал твой жених.
— А Юна?
— Она ничего не приказывала.
— Вот и хорошо. Не будет завтра свадьбы. Всё, отправляйся прясть, и ты ничего не видела и не знаешь!
Девушка вышла, а Челла поднялась по лестнице на этаж выше, в спальню.
В башне имелся потайной коридор, дверь в него когда-то показал дочери тан Суреш. Только вёл этот коридор в подвал, а дальше можно было спуститься в колодец и выбраться за стены. Вообще, таких потайных ходов в замке имелось не меньше десятка, незаметных дверей — ещё больше. Но это для серьёзных дел, а пока можно было обойтись чем попроще.
И Челла достала из прикроватного сундучка длинную веревочную лестницу…