Серебряная птичка
У тани Юны было холодно-отстранённое лицо, у Фурати — довольное. Ну хоть кто-то из высоких господ по-настоящему рад! И не было брата. Это было очень неправильно — то, что не было Найрина. И не было Эргов и их людей — они уехали, не дожидаясь окончания свадебной церемонии.
Раздался звук барабана — громкая приветственная дробь, такое кандрийское приветствие! Как после взятия крепости. Своего рода шутка капитана, но Сайгур улыбнулся с благодарностью. Да, взятая крепость, именно так. Послы и не только они стали недоумённо оглядываться в сторону вставших плотными рядами кандрийцев.
Теперь следовало подходить к новобрачным с поздравлениями, но пока только Юна приближалась к ним. Обняла Челлу и улыбнулась Сайгуру. Сказала:
— Поздравляю, милорд. Случилось то, чего вам хотелось. Теперь я желаю, чтобы остальное тоже сложилось.
— Так и будет, леди, — заверил он. — Полагаю, моей супруге всё же следует переодеться? Я пошлю с ней охрану.
— Да что вы говорите, милорд? — подала голос Челла. — Зачем? Мне нравится моё платье, вы это верно заметили.
Большинство девушек, которых встречал Сайгур, в подобной ситуации хотя бы изобразили смущение. Но нет, это не про леди Челлу.
— Мы говорили про послушание? И вы вроде обещали? — Сайгур сжал её руку.
— Вы что-то не так поняли, милорд, — возразила Челла. — Помню, как вы сказали, что вам бы этого хотелось. Не помню, чтобы я обещала.
— Брачные обеты это подразумевают, — напомнил Сайгур, отметив, что у него пару раз дернулся глаз.
Всё-таки усталость накопилась и давала о себе знать.
— Я запомнила только про верность и ваши интересы, милорд. Я буду верна, не сомневайтесь. А то, что было на древнем, я вообще не поняла. А вы будете мне верны и блюсти мои интересы, милорд?
— Конечно, — ответил он резче, чем собирался. — Я дорожу клятвами. Оставайтесь в этом платье, если хотите.
— Благодарю, — она кивнула. — Тани матушка, мне ведь уже приготовили купальню?
— Да, дорогая. Все готово. И платье тоже. Лучше поторопись, — и по знаку Юны двое высоких и здоровых мужчин приблизились к Челле и набросили на неё огромное парчовое покрывало — девушку всю, с ног до головы можно было завернуть в него, как куклу.
— Где же ваша охрана, милорд? — из складок парчи на Сайгура взглянули дерзкие глаза.
Не дожидаясь ответа, она быстро пошла прочь в сопровождении тех же двух громил, завернутая в парчу, концы драгоценной ткани небрежно волоклись по булыжнику. К ним пристроилась стайка пёстро одетых женщин, а также охрана, назначенная Сайгуром. Однако ему одному, похоже, чего-то не объяснили, и он почувствовал себя идиотом.
Он посмотрел вслед своей жене.
— Её совсем не пороли в детстве, да? — это скорее было выражение его отношения к происходящему, чем вопрос.
— Конечно, нет, — ответила тани Юна. — Только попробуйте, милорд.
— Что?..
— Если вы обидите Челлу, я вас убью. В любом другом случае я на вашей стороне, хоть вы и… — она не стала договаривать.
— Шутите? Я не обижаю женщин. И любую неразумную мелочь тоже.
Ну да, ему захотелось её разозлить. Она только приподняла брови.
— Это уже не о женщинах, разумеется, — пояснил Сайгур. — Неразумная мелочь это…
— Я поняла, милорд.
Ей подали кувшин и чашу, она налила в чашу темного вина и хотела вручить Сайгуру. Потом передумала, отпила немного и опять протянула ему.
— Видите? Отравы нет. Вы чего-то опасаетесь, я вижу. Но это свадебные ритуалы, лучше не спорить. Пейте до дна.
Сайгур отпил из чаши, с сожалением поняв, что это вовсе не вино. Напиток напоминал густой фруктовый взвар, немного вяжущий на вкус.
— Что это?!
— Вишня и дикие груши. Не волнуйтесь так, — ореховые глаза Юны смотрели с едкой усмешкой. — Всего лишь вишня и дикие груши. И немного мёда.
Итак, Челла ушла мыться и переодеваться. Надерзила, и тут же сделала то, что он и просил. И Юна смотрела так, словно всё-таки добавила яду к своей вишне и грушам. Если ему сейчас скажут, что дерзить жениху — местный обычай…
Кажется, он что-то кому-то объяснит про обычаи!
— После венчания молодым не подают крепких напитков. Совсем, милорд, — добавила тани.
Вдруг Сайгур увидел в отдалении Асту с Роном — конечно, они пришли посмотреть на его свадьбу и поздравить! Он помахал рукой, и Аста радостно ринулась нему, потянув за собой мальчика, но ей преградили дорогу.
— Не надо. Потом, — сказала Юна. — Она поздравит вас с женой в зале. А пока никому, кроме меня, нельзя с вами разговаривать. Это обычай. Я ваша тёща, не забыли? Сейчас можете немного отдохнуть. Вас тоже проводят в купальню.
— Дурные обычаи, — процедил он, — там мой сын!
— Жаль, но что поделать, — она заговорила холоднее, — сын останется вашим, конечно же. Но сегодня рядом с вами будет только та, которую вы назвали женой.
На самом деле Сайгур злился на себя — они с Фурати и капитаном поговорили, кажется, обо всём и всё предусмотрели, а Сайгур так и не догадался потрясти кого-нибудь насчёт местных свадебных нюансов!
Тем временем ещё два дюжих мордоворота пришли и встали за спиной тани Юны, один держал в руках ворох парчи, и Сайгур, конечно, догадался о её назначении. Поспешил спросить:
— Вам передали мою просьбу? Насчет блюд для стола.
Ему не хотелось уходить от Юны. А то, чего доброго, даст кому-нибудь в зубы…
Совершенно случайно.
— Я уже распорядилась. Всё приготовят, не беспокойтесь.
— Я оплачу расходы. И мы привезли с собой довольно много всего. Хочу, чтобы мясо по особому рецепту и пироги готовились под присмотром моей родственницы. Она работала на кухне и прекрасная кухарка. Самая лучшая.
— Нет, — невозмутимо отрезала Юна. — Всё приготовят. Но без вашей родственницы.
— Почему?
— Потому что никто пока что не смеет давать мне указания по поводу кухни в Дьямоне. Вас сейчас проводят в купальню, милорд.