Серебряная птичка

— Милая, тебе показалось, — отмахнулась Юна. — И это хорошо, я не гонюсь за лишними заботами.
Пока она надела браслет Найрина на свою руку, рядом с благородными драгоценностями он выглядел чужим и лишним — что, впрочем, так и было.
Выбравшись из секретного подвала, Юна окликнула первую встречную даму и послала её за лордом Найрином Каном. И получила в ответ:
— Но лорд уехал из замка, бай-тани. Уехал с отрядом. С ним капитан кандрийцев, бай-тани.
— Уехал?! — Челла болезненно поморщилась. — Я же его предупреждала! Случись что, он не удержится!.
— Перестань, он взрослый мужчина и помнит об осторожности, — ответила Юна.
Она очень на это надеялась.
    
Глава 26
Найрин Кан, конечно, об осторожности помнил, и точно пока не собирался обращаться к силе. Уже поигрался, выжил и хватит. И жена брата — при чём тут она, тоже непонятно. Он на самом деле даже не посмотрел бы в её сторону, и уж точно не позволил бы себе никаких дурных желаний, если б знал, кто она такая…
Тропа поднималась вверх, становясь все менее удобной. Путь их маленького отряда лежал к развалинам на горе. К полуразрушенным башням, где, по словам капитана Астора, командира кандрийского гарнизона в Дьямоне, теперь жили только совы, лисы и прочее дикое зверьё. И разбойники иногда, в основном летом и осенью. Потому что зимой все подходы к развалинам засыпало так, что делать там было нечего.
Найрин быстро проникся сложностью горной дороги, даже не дороги — тропы. Особенно когда ехали по вершине хребта — кажется, тропа здесь стала пару локтей шириной!
— Не смотрите вниз, милорд, — посоветовал капитан. — Ваша лошадь пройдёт, она тренированная.
Недаром Найрину настоятельно посоветовали своего жеребца оставить, а взять лошадь из конюшни Дьямона. А потом тропа шла по-над горой, и ширина её была такая, что не то что двум всадникам не разъехаться — двум пешим не разойтись! По левую руку каменная стена, по правую — пропасть. Найрину до зуда во всех местах хотелось спуститься с седла и вести лошадь под уздцы. На него поглядывали свысока — все кандрийцы в отряде были из гарнизона, то есть уже привычные, а половина отряда — и вовсе местные, чувствовавшие себя весьма непринужденно. И карабкаться верхом на склон — тоже не радость, кони всё же не горные козы. Когда ехали в Дьямон — такого и близко не было, та дорога, хоть и плелась вокруг гор, была полога, широка и дивно хороша.
Дорога — для купцов, для гостей. А они явились хозяйничать, хозяевам надо не только гостевые покои знать, но и чёрные дворы, если образно. А «чёрные дворы» тут — вот такие кручи! Места, где они, кандрийцы — щенки беспомощные!
— Не переживайте, милорд, — посоветовал капитан, — раз-другой и привыкнете. Говорил я, что вам не надо сегодня ехать.
Найрин был рад, что поехал. Мысли о том, насколько другая здесь земля, приходили и раньше, и говорили они с братом об этом не раз, но теперь он это прочувствовал.
Как здесь воевать?..
А ведь понадобится. Тут разбойники, и будут, не приведи Пламя, набеги из соседних княжеств. Это с Мукарраном замирились, а есть другие княжества, мелкие, бедные и воинственные! Люди Канов прекрасно обучены и недавно воевали, но — на равнине! Здесь всё иначе. И труднее, и — по-другому.
— Мы на месте, милорд, — сообщил капитан. — Спешивайтесь, лошади дальше не пройдут. Я пошлю с вашего разрешения разведчиков в башни, и окрестности заодно посмотреть.
— Делайте, что считаете нужным, капитан. Тут вы командуете, я только мешаю.
Капитан, как уже понял Найрин, был человеком, которому можно без опаски говорить подобные вещи.
Они спешились. Половина людей разошлась в разные стороны, не дожидаясь приказа — уже знали, что делать.
— Не мешаете, милорд — возразил капитан. — Важно, чтобы вы разобрались, что здесь как. Но на этот раз, во имя Пламени, если что случится, не пытайтесь отдавать приказы. Вы можете не всё понять, и мы только запутаем людей.
— Повторяю, командуете вы, — сказал Найрин. — Вы уже полностью освоились?
— Куда там, — усмехнулся капитан. — Чтобы защищать замок, мы сгодимся, если вдруг будет осада. Но выходить за стены нам смерть. Только и надежды на договоры с горцами, их ещё чтят. У них тут колдунов много, хоть сильных и нет, как считается, но против нас хватит. А вы правда колдун, милорд? Если обвал — сможете остановить? Весной наши попали под обвал. Колдун и вызвал, говорят. А ещё было раз, что водопад придержали. А потом отпустили — и смыло отряд. Половина людей погибла.
— Я не колдун, — привычно ответил Найрин. — Ни обвал, ни водопад мне не по зубам. Обвал ведь не только колдовством вызывают, да?
«Тренируйтесь до усталости, но не применяйте силу!» — советовала ему сегодня рыжая малышка Челла Эмай. Леди Дьямона, жена его брата.
Сегодня, надо же. Кажется, он ещё помнил её запах, тонкий и одуряюще приятный. Как наяву видел её блестящие глаза — стоило подумать, и стало ясно, что он и не забывал. Ему теперь придется видеть её часто, и при этом не сойти с ума. «Не посмотрел бы, не позволил бы…!» Себе-то можно и не врать.
— А зимой лавины бывают. Жаль, милорд, что вы не колдун, — вздохнул капитан. — А хорошо было бы.
Упражнения. Упражнения, которыми его мучили в монастыре, помогут изгнать из памяти Челлу Эмай. И не только. Мужская сила прекрасно перенаправляется, так что некоторые заклинания будут получаться лучше. И надо найти проклятый браслет, о котором говорила Сару-Фагунда! Кажется, здесь, в Дьямоне, ему будет чем заняться.
Скоро разведчик доложил, что в башнях пусто. Но остались следы недавних костров — люди жили там несколько дней и ушли не позднее сегодняшнего утра.
— Они не прячутся, — хмуро сказал капитан. — Знают, что их не поймают. Говорят, где-то здесь есть секретная тропа, начинается в пещере, и до Мукаррана. Я не нашёл. Шайки приходят из-за границ, к ним примыкают некоторые местные, как без этого. Добрейший тан Суреш, кстати, местных разбойников казнил сразу, а семьи их выгонял за рубежи. Как иначе с ними?..
Найрин кивнул, принимая к сведению.
— Как, полагаете, станем ловить эту шайку?
— Да никак, милорд. Людей потеряем, и только.
— Где ещё разбойники разбивают лагерь?
— Да где угодно. Сегодня они есть, завтра нет, — пожал плечами капитан. — Там, дальше, мы знаем несколько мест, — он махнул рукой, показывая куда-то далеко. — Главное не подпускать их к замку и к дороге. Поставим кордоны на лучших тропах. Осведомители в деревнях есть и у нас, и у них.
— Давайте поднимемся в те башни? Посмотрим вокруг…
Развалины казались невероятно древними. Никаких признаков, что место было жилым недавно — никакой утвари, мебели, только остатки стен. Найрин ещё решил, что когда-то начала разрушаться сама гора — это и решило участь маленького замка, и обвалилась дорога, которой просто не могло не быть. Они одолели подъем потому лишь, что капитан делал это не первый раз и точно знал, где расположена невидимая чужому взгляду тропа.