Серебряная птичка

Местные почитают род, что правит Дьямоном. Да нет же, не по женской линии наследуют Дьямон. По женской — если мужчин не останется. Так-то по мужской. Вот у последней тани был сын. То ли на охоте погиб, то ли ещё как. Тани была наследницей, её муж тан Суреш пришёл со стороны, откуда-то из Загорья. Причем не первый он был, кто хотел жениться на тани. Князь выдавал её замуж за знатного вельможу из своих, а она увидела тана Суреша, и никого другого не захотела, так что по её вышло. А до этого у танов несколько поколений исправно рождались сыновья, так что дочерей отдавали на сторону замуж. И вдруг вышло так, что сыновей не стало и род как бы прервался, князь прислал в Дьямон какого-то родича прежнему тану, а толку не было. Куст, что там растёт, в замке, не зацвел, и колокол перестал звонить. И наполовину разрушилась дальняя башня, которая самая высокая. И стали пустеть ближние деревни — то есть кто мог уйти, уходили, или дальше в горы, в другие княжества, или даже вниз. И много скота погибло в ближайшую зиму. Бедствие, да…
В этом месте рассказа Сайгур почесал затылок и сильно усомнился в правдивости услышанного. И уточнил, причём тут башня, колокол и кому так сдался тот цветущий куст?
Мран смутился, стал оправдываться — он-де что слышал от родни, то и рассказывает милорду, а от себя ни слова не добавил. Но когда пропадает из замка та самая кровь, что от тех самых Древних, то замок, похоже на то, начинает умирать. А так-то он вроде живой, хоть и каменный. Его и не разрушишь, хоть не раз пытались. Уйдёт тот самый род — и замок станет обычным, стоит он в таком месте, среди крутых скал, что, может, рухнуть некоторым его частям уже и положено — ежели простым образом, без колдовской силы. Вот и люди там чужих танов не признают, только тот род…
Как же тогда исправляли положение, если род иссяк? А просто. Нашли всех девиц, что родились от танских дочек, отданных на сторону. Их немного, кстати, оказалось, чтобы незамужних — три или четыре. Привозили по одной. И только при последней, то есть четвертой, на кусте появились бутоны, а вскоре и белые цветы. Это верный знак — девушка самая, наследница. Вот тогда все и стало налаживаться. Да-да, милорд, непростой куст, особый. Хотя похожих в горах много, да и в замке растут. Цветы сушат, они лекарство, а выпить больше позволенного — отрава…
Сайгур опять поскрёб затылок, и не стал больше уточнять про куст. Основное понял — без девчонки для него нет и Дьямона. Ну так он и не против. От красотки, да рыжей — чего бы отказываться?
— Она была просватана, не знаешь? — спросил он Мрана. — Вроде девица уже взрослая, правильно?
— Был жених, — сразу ответил Мран. — Князь ей сосватал. Из рода Эргов. Княжеские родичи. Парня прислали в Дьямон, под руку тана Суреша. Мой брат с ним был знаком, даже на охоту ездил. Дед хотел, чтобы Алливен Эрг брата к себе взял, нукером. Сами понимаете, будущий тан Дьямона, ему служить почётно. Отец наш не позволил.
Вот это Сайгуру отчего-то не понравилось. Жених? Да ещё и обретается под боком, прямо в самом замке? Этого ещё не хватало.
— Когда это было? — уточнил он хмуро.
— Когда брат решил стать нукером Алливена Эрга? Тому года три как. Сюда война тогда ещё не пришла, милорд.
— А что там за колокол? — подал голос Найрин, который до этого лишь внимательно слушал.
— Он звонит, когда кто-то едет по дороге к замку, милорд. Сам звонит, без звонаря. Тоже колдовство Древних. Говорят, всегда висел на том месте, на колокольне над воротами.
— Надо бы поручить толковому колдуну посмотреть на все эти заморочки.
— Да где бы тут хоть какого найти, тем более толкового? — пожал плечами Сайгур. — Но эти кусты и колокола, и тем паче башни, что рушатся сами собой, больше похожи на дурные байки на ночь. Сам ведь ты ничего такого не видел? И брат твой не видел, да?
— Колокол звонит, милорд. Его слышат все.
— А все видят, что — сам собой, без звонаря?..
Рыжий Мран отвёл взгляд.
— Ладно. Сейчас обсудим всё ещё раз, Мран, и сегодня же отправишься в Дьямон. С купцами, которые повезут зерно. Я слышал, в Дьямоне его купят охотно. Спутайся там со вдовушкой какой, со служанкой — легко узнаешь всё, и даже лишнее. А мы подойдём — встретимся…
Что беспокоило Сайгура, прямо-таки свербело в душе — так это последние слова Гайды. О том, что это она уговорила короля. Вот не ждал Сайгур Кан добрых даров от принцессы. Его бы воля — передарил и руки землёй оттёр. Это если бы даром был не Дьямон.
Да нет, куда ей. Цапнула напоследок принцесса, а зубы у неё не те, чтобы больно укусить…
Бывший невольник Клай пришёл однажды утром. Вышел из-за шатра, поклонился Канам и присел у стены на корточки. Найрин только глянул и пожал плечами. Сайгур обернулся. Удивился.
— Ты? Ещё не собрался в родные места? Или явился о чем-то просить?
Тот встал, опять поклонился. Смотрел спокойно, без раболепия.
— Мне, ваш-милость, без ошейника сбегать уже не так и хочется. Не зудит. Да и правильно вы сказали, домой возвращаться лучше обутым. Позвольте вам служить, ваш-милость. Преданность обещаю, полезным непременно буду.
— Понятно, — Сайгур окинул его насмешливым взглядом. — Оставайся. Одежду дам. Оружием владеешь каким? Ты ж простолюдин из города? Говорил, что из ремесленных?
— Так и есть, — кивнул он, и тут же…
Между братьями пролетел нож и вонзился в столбик у шатра.
— Вот так могу, — сказал Клай. — Из лука стреляю лучше. Сяду на лошадь — даже вы не догоните, ваш-милость.
— И от лошади это не зависит никак? — заинтересовался Сайгур.
— Почти, — Клай оскалился в улыбке. — Если надо, и на кляче обгоню.
— Колдун, что ли? Колдунов-невольников я пока не встречал.
— Я встречал, — серьезно заявил Клай. — Но нет, я-то не колдун. Но обездвижу любую лошадь и обгоню её на кляче или пешком. У конокрадов научился, ваш-милость.
Исковерканное обращение звучало почтительно, но и дурашливо.
— Зови меня милордом, — велел Сайгур.
— Ага, значит, вы не передумали насчёт меня, милорд?
— Ты тот ещё пройда, как я погляжу.
Сайгур переглянулся с братом, который слушал и уже улыбался.
— Берем его, — сказал Найрин.
— На колени. Клятву дашь, — Сайгур выдернул из ножен меч.
Клай охотно бухнулся на колени и, когда клинок коснулся его виска, старательно повторил за Сайгуром слова клятвы. Потом, когда меч лорда скользнул обратно в ножны, встал, деловито отряхнул штаны и сказал:
— Я тут вам уже послужил, милорд. На торгу невольники свежие, я вчера прошёлся, взглянул, — он кивком показал куда-то за плечо, — присмотрел пожилую эссу. Из Дьямона. Лекарка, и вообще ничего так старуха. С внуками, ради них на всё готова. Девица ладная и парнишка.
— Откупить девчонку хочешь? Скажи прямо, — Сайгур нахмурился.