Совершенство с характером

Конечно же, все проблемы сразу же вылетели у меня из головы.
Но на следующий день перед работой я заехал в фитнес, где работала Лена. Ее тренировки должны были начаться еще нескоро, так что у меня было время поговорить по душам с ее руководителем.
Директором фитнеса был довольно молодой мужчина, не старше меня. Весь какой-то дерганый и худой, с нервными бегающими глазками. Не знаю уж, кто его сюда назначил, но на директора он точно не тянул. Тем более, с таким телом просто стыдно было бы управлять подобной организацией. Неужели трудно привести себя в порядок, если половина твоей жизни проходит рядом с тренажерами?
— Здравствуйте, меня зовут Левицкий Максим Владимирович, — сухо представился я. — Я близкий друг и юридический представитель вашей сотрудницы, Вороновой Елены Викторовны, — я протянул свою визитку растерянному мужчине. На пластике довольно большими буквами были написаны слова «юридические услуги, адвокатская практика, представление в суде» и так далее.
— Очень приятно, — промямлил директор. — А по какому поводу?
— Елена довела до моего сведения, что ее притесняют на работе, — я старался говорить как можно четче и суше, это всегда пугает неподготовленных людей. — Вплоть до увольнения.
— Ну как сказать…Вы знаете, что у нас тут произошло? Недавно погиб мой заместитель.
— Да, я знаю. Но Елена Викторовна мало того, что не имеет к его гибели никакого отношения, так еще и пострадала от его неадекватного поведения.
— Тут считают иначе! — директор постарался придать голосу твердости и уверенности. Откровенно говоря, получилось плохо. — И его жена уже затерроризировала наш фитнес. Грозится предать все огласке и написать уйму негативных отзывов на нашу организацию! И даже обратиться в прокуратуру…
— Вы понимаете, что вы говорите? — перебил его я, приблизившись к директору и уставившись на него своим фирменным змеиным немигающим взглядом. — Вы, директор фитнеса, позволили себя запугать взбалмошной бабе. И из-за ее пустых угроз вы собираетесь нарушить закон, получить судимость и потерять огромные деньги.
— О чем это вы? — побледнел он. — Я ничего не нарушаю!
— Ну как же. Травля сотрудника на работе, психологическое давление, незаконное увольнение. Да, за это в суде много вам не дадут. Но я обязан вас предупредить, что моральный ущерб будет оценен в шестизначную сумму. И я этот суд выиграю, как вы понимаете, — я смотрел на его бегающие глазки. Конечно, он все знал и понимал. Он же не дурак. Просто ему не хотелось разгребать проблемы с одной истеричкой и он решил переложить ответственность на мою Лену, что меня, естественно, не устраивало.
— Спасибо за предупреждение. На самом деле я, конечно же, не хочу ее увольнять, я так просто предложил, — немедленно пошел он на попятную. Ну конечно — перед ним ведь не юная блондинка, а профессиональный юрист. — Ведь коллегам рты не закроешь. Может, ей самой было бы комфортнее работать в другом месте…
— Вряд ли, — холодно ответил я. — Тут у нее постоянные клиенты, много групп, ее любят и ценят. Она приносит много денег вашему фитнесу. Или это вас совсем не волнует?
— Волнует, конечно, — вздохнул он. — Но что делать с женой Евгения?
— Посоветуйте ей обратиться в нашу фирму, — я кивнул на визитку. — Или к какому-нибудь другому юристу, это неважно. Любой человек, хорошо знающий закон, объяснит ей внятно и понятно, что для каких-либо претензий должно быть основание. А за те сплетни, что она распускает, к ответственности привлекут именно ее. Это наказуемо. И это она может скоро оказаться на скамье подсудимых за клевету, если не уймется. Ну и рассчитывайте на меня, если что, — я ослепительно улыбнулся ему, — наша фирма всегда вам поможет в любых юридических вопросах.
— Да, хорошо, спасибо, — снова вздохнул директор, и мы расстались.
Я, конечно, попросил его не говорить о нашем разговоре Елене, но она все равно об этом узнала. Видимо, стены в фитнесе только для вида.
— И как это понимать? — устроила она мне разнос дома. — Зачем ты пошел туда? Я тебя просила?
— Нет. Но для меня это было несложно. А тебе жизнь облегчит.
— Да не хочу я, чтобы мне кто-то облегчал жизнь! — она чуть ли не кричала на меня. — Я всю жизнь справляюсь сама со всеми проблемами, и ненавижу, когда что-то решают за меня! Не смей лезть в мою жизнь вот так нагло!
— Хорошо, больше не буду! — разозлился я, тоже повышая голос. — Даже если умирать будешь, не помогу, ты этого хочешь? Действительно, кто я тебе? Так, почти никто! — я ушел на кухню, хлопнув дверью. Нет, действительно, что я такого сделал? Да, не спросил, нужна ли ей моя помощь. Но ведь она ни за что не согласилась бы! Я ее уже знаю!
Через минуту ко мне подошла Елена. Я не повернулся, молча рассматривая черные деревья за окном. Она осторожно обняла меня сзади, прижавшись всем телом. Вот зачем? Знает, же, как на меня это действует! По всему телу прошла дрожь желания. Но я держался.
— Прости, — тихо шепнула она мне на ухо. — Я разозлилась, что кто-то решает мои проблемы, а должна бы благодарить. Но для меня никто никогда ничего такого не делал. Мне это непривычно и пугает. Как будто я стала маленькой беспомощной девочкой, неспособной к самостоятельным действиям.
— Боишься привыкнуть? — я развернулся к ней и погладил по щеке. Она прильнула ко мне доверчиво, как маленький котенок.
— Наверное, — задумалась она, ее глаза погрустнели. — Не люблю, когда важные для меня вещи решают за моей спиной.
— Я постараюсь так больше не делать. Но не обещаю! — не мог сдаться я. — Если мою девушку будут обижать, я за нее любого порву, ты уж извини. Разве что теперь я буду тебе об этом сообщать.
— И на этом спасибо, — улыбнулась Елена. И мы окончательно помирились.
 
***
Максим.
Я чувствовал, что живу в раю. Как эту женщину еще никто не утащил в свой дом, не понимаю! Хотя нет, многие пытались, я это точно знаю. Оставалось только благодарить судьбу за то, что Елена дождалась меня.
Однажды нашу идиллию прервал телефонный звонок от двоюродного брата со стороны отца. Юрик никогда меня не жаловал, а уж чтобы позвонить, это и вовсе было что-то запредельное. Поэтому я напрягся еще до того, как ответил.
— Не знаю, стоит ли тебе об этом сообщать, — холодно произнесли на том конце. — Отец умер этой ночью.
— Что? — мой голос мгновенно сел, волосы зашевелились на голове.
— Оглох? — грубо ответил брат. — Умер, говорю. Сердце прихватило, скорая не успела. Мы решили не тянуть с похоронами, завтра с этим и разберемся. Не думаю, что мать будет в восторге, если ты придешь, но ты вроде был ему не чужим человеком, должен знать.
— Во сколько?
— В два. Вынос из траурного зала на Ленина, сорок. Потом на машинах до кладбища. На поминки уж точно не останешься, хорошо?
— Хорошо. Юр, спасибо, что позвонил. Я обязательно приду, — непослушными губами смог произнести я. Услышал фырканье брата перед тем, как положить трубку.