Вредина для мажора

Мало того, что ноги трясутся, как у воришки, так еще и носки скользят по мраморному полу. И когда дверь уже буквально маячила перед моим носом и я почти зацепилась за ручку, сильные руки-таки ловят меня в кольцо и дергают на себя. Я буквально подлетаю в воздух, неистово долбя по нему всеми конечностями и шипя, как дикий зверек.
—Пусти!— брыкаюсь, пытаясь вырваться из захвата, но силы неравны. От слова совсем. Без толку все мои потуги. Максу, кажется, даже особо напрягаться не пришлось. Сколько я не пыхчу, он только перехватывает мои запястья и сильнее вжимает в натренированное за годы игры в футбол тело. Я буквально каждой клеточкой, каждым нервом и каждой частичкой чувствую его сногсшибательный рельеф. И почему я думаю об этом сейчас, растекаясь лужицей, когда должна вырваться и влепить наглецу Симу звонкую пощечину?
—Ты не имеешь права держать меня дома!— выходит не так воинственно, как звучало в моей голове. Скорее, жалко.
—А ты возьми да убеги,— издевается негодяй, посмеиваясь. А я сейчас точно потеряю сознание, потому что Сим нависает надо мной скалой, его губы на уровне моей шеи, а дыхание ужасно щекочет и внутри все бунтует, поднимая в животе гигантских бабочек. И мысль пойти на свидание с Ильей уже и правда не кажется такой заманчивой, как десять минут назад. Потому что все, о чем я сейчас могу думать, это о его горячих ладонях и близости. И это умопомрачительно приятная близость. Со мной и моим телом точно происходит что-то странное. Я впервые ощущаю тот самый “огонек” внутри, о котором так много говорят.
—Успокоилась?— шепчет Макс мне куда-то в макушку.
—Пусти.
—Убегать не будешь?
—Буду.
—Тогда не отпущу.
—Макс,— рычу, тихонько стиснув зубы.— Ты не можешь запретить мне ходить на свидания!
—Поспорим?
—По-моему, ты заигрался в грозного старшего братца. Для этого у меня есть папа и Артемий. Ты мне ни… — хотела ляпнуть — никто, но язык не повернулся. Мы оба прекрасно знаем, что его персона слишком большое значение для меня имеет.— Не указ ты мне.
—Зато я твой друг.
—Раз друг, значит, помоги мне выбрать платье и пожелай удачи вдогонку,— кое-как вывернувшись, кидаю взгляд снизу вверх через плечо. На лице Стельмаха малопонятное мне задумчивое выражение. Светлая шевелюра всклокочена, видимо, в пылу “схватки” я и туда ладошкой успела заехать, и он молчит. Но стальную хватку ослабляет, что позволяет мне с неохотой, но благоразумно выпорхнуть из его рук.
—С платьем значит помочь, говоришь? Так, по-твоему, “дружат”?
Он это сейчас серьезно?
Судя по взгляду, да.
—Хорошо,— пожимает плечами Макс и подпинывает в мою сторону мои кроссовки.— Поехали.
–Т-т-ты пошутил, да?
—Ну, почему же? Я и платье выбрать помогу и напутственную речь тебе зачитаю!— и сказано было это все с таким коварным подтекстом, что бабочки в животе сразу притихли. Он явно что-то удумал.
 
 
Глава 21. Сим
С ума сойти!
Я еду со своей врединой в торговый центр, чтобы помочь выбрать ей отпадное платье ради ее встречи с каким-то там мудозвоном. И сейчас я невероятно зол!
Летта сидит на соседнем сидении и с опаской на меня поглядывает, а мне хочется вильнуть рулем, вернуться домой и запереть ее на все выходные вперед. Желательно к себе в комнату. Чтобы уж наверняка.
—Ты пыхтишь,— пищит Летта,— и сейчас сломаешь руль, кажется.
—Не сломаю.
А вот шею кое-кому свернуть я был бы не против. Ее “ухажеру”, например.
Видел я этого Илью. И наслышан о его похождениях. И если я чертов бабник, то, по крайней мере, ничего и никому не обещаю, а этот, судя по слухам, долетающим до меня, умеет лить в уши мед, вешать лапшу, использовать и сливаться. И вот на такого козла попала наивная Летта.
И ведь доказывать ей это сейчас без толку. Только ревнивым придурком себя выставлять.
Я поступлю умнее. Купим мы это чертово платье, куда его надеть, придумаем потом. Пусть думает, что победила, тем эффектней будет завтра сюрприз. Когда вместо того, чтобы ехать с занятий домой, я увезу ее с собой. На дачу.
И даже настроение стремительно поползло вверх. Вообще надо смотреть на это с позиции: мой стакан наполовину полон. Благодаря ее свиданию, которому не суждено быть, я проведу со своей врединой время, втираясь в доверие. А если повезет, увижу на ее фигурке и пару-тройку соблазнительных нарядов.
—Ты мог бы и не ездить, вообще-то я пошутила,— говорит неуверенно Виолетта, когда я паркуюсь у одного из самых дорогих в городе торговых центром и выхожу следом за ней.
—Поздно. Теперь придется считаться с моим мнением, мелкая. Я же друг, помнишь?— обнимаю малышку за плечи и твердым шагом тащу за собой в сторону магазина. Что примечательно, она и не думает сопротивляться. И да, у меня уже скоро мозоль на языке будет от этого противного “друг”. Чтобы я еще хоть раз в жизни согласился дружить с девушкой. Ха. Тем более с Виолеттой. Априори невозможно дружить с той, которую ты хочешь.
—С чего начнем?— рассматриваю план магазина, плохо понимая, в какую сторону нам двигаться.
Вообще-то я с женщин привык снимать одежду, а не наоборот. Но сегодня нам не то, что одеть Виолетту надо, а прямо упаковать. Так чтобы ни один лишний сантиметр тела не было видно.
—Вот, например, охота и рыбалка, заглянем?
—Ты сейчас издеваешься что ли? В каком магазине охоты и рыбалки ты видел женские платья?
—Резонно,— киваю, когда малышка, фыркнув, направляется к эскалатору.— Но зато там наверняка есть камуфляжный костюм, или костюм для дайвинга тоже вариант. Хотя нет, для дайвинга слишком обтянет твою фигурку,— тараторю, старательно отгоняя такую Летту из своей головы,— в таком неприличном виде точно нельзя появляться на первом свидании. Это считай, как вообще голой прийти.
—Макс!
—Что? Просто мысли вслух,— развожу руками, получая в ответ контрольный взглядом в голову.— Понял, заткнулся.
Первый бутик, в котором мы оказываемся, сразу же не годится. Вижу. С порога! Брендовые шмотки и все слишком яркие и откровенные. Запредельно красивые и шикарные. В таком ее на свидание отправлять точно нельзя. Только если со мной!
—Как тебе это?— крутится вредина у зеркала, приложив к себе нежно-голубое платье с экстремальным вырезом декольте.
М-м-м, сексуально — отмечаю про себя. Особенно ее аккуратная и упругая грудь-двоечка будет там сидеть, как влитая. И так и манить похотливые ручонки подонка Ильи.
—Ужасно,— озвучиваю вслух.— Лучше это!— хватаю первый попавшийся на вешалке мешковатый наряд болотно-зеленого цвета с преотвратнейшим рисунком бабочки. Вот в таком ни ее грудь, ни попа-орех, ни стройные ноги видно точно не будет.