Грех (СИ)
От сладкого аромата бесчисленных роз чуть кружилась голова. Тереза восхищенно оглядывалась по сторонам и никак не могла поверить, что это не сон, не мираж. Никогда в жизни она не видела такой красоты! Чуть поодаль от фонтана ровными рядами тянулись огромные, сплошь увитые розами арки — Тереза не удержалась, юркнула в одну из них и оказалась перед широким бассейном, поросшим кувшинками и водяными лилиями; крохотный лягушонок, пригревшийся на широком зеленом листике, приветственно квакнул и бодро поскакал к берегу. По ту сторону начинался тенистый парк, пестрящий кустами ярких цветов и совсем незнакомыми Терезе маленькими с толстыми стволами деревцами. Даже королевский Дворец так не восхищал, как этот маленький кусочек рая. Правда, когда она была во Дворце, ей было не до его убранства и красот — глазами она искала Ренарда, и кроме этого хмурого человека с бесконечной тоской во взгляде тогда ее не интересовало ничего.
Пока Тереза наслаждалась красотами королевских владений, где-то в глубине парка скрипнули ворота. Не успела она и понять, что за звук донесся сквозь шум воды, как залязгали подковы по каменным плитам, становясь все громче, все отчетливей. Тереза встрепенулась, огляделась по сторонам, ища укрытия — до дворца не добежать; в панике бросилась в одну из арок и прижалась разодранной спиной к колючей зелени.
Вот же угораздило! Кого нелегкая принесла? Ренард обещал вернуться только вечером, сейчас — самый разгар дня! А если это Эмелин узнала о ней? А если за ней послала? Тяжело воровать чужое счастье, даже если сама этого не желаешь. Тереза прикусила губу, прислушиваясь к каждому шороху. Конский топот затих, совсем недалеко от ее укрытия некто спрыгнул с животного и застучал сапогами. Это была явно не Эмелин — мужчина. С тяжелой, неторопливой поступью. Он шел в ее сторону, а Тереза сжалась вся, взмолилась, чтоб не заметил ее… Да еще в таком виде — в одной простыне, на чужой территории! Шаги прекратились. Некто стоял рядом и наверняка уже успел ее заметить. Тереза дышать боялась, а он… А он стоял рядом и смотрел, как из-за увитой розами колонны, предательски развеваясь на ветру, дрожит лоскут белоснежной шелковой ткани.
Глава 36
— Трусишка!
Тереза и опомниться не успела, а крепкие руки уже подхватили ее за бедра и закружили под громкий смех. Она лишь вскрикнула и инстинктивно вцепилась в мужские плечи.
— Ренард?! Как же ты напугал меня!
Тереза заулыбалась, прижалась к возлюбленному, запуская пальцы в густую его шевелюру. Не удержалась, прильнула к губам любимого.
— Ты же сказал, что вернешься только вечером?
— Малышка, ты не рада меня видеть? — рассмеялся Ренард, целуя свою девочку.
— Конечно, рада! Просто испугалась, что это кто-то другой, и он отнимет тебя у меня.
— Ну я же сказал, никто сюда не сунется.
— Мне все равно страшно… Я чувствую себя виноватой перед твоей женой. Знаешь, я ждала, что это от нее кто-то приехал…
— Глупенькая.
— Я всегда буду бояться, что нас разлучат, Ренард.
— Не надо бояться. Я отправлю на виселицу любого, кто попытается нам помешать!
— Рен…
— Все, перестань спорить с королем! — Ренард опустил Терезу на землю, но выпускать из объятий не торопился — осторожно прижал к себе, прильнул в пронзительном долгом поцелуе. — Малышка, я ищу тебе дом, но пока придется потерпеть немного. Тебе здесь совсем не нравится?
— Здесь очень красиво, Ренард. Но здесь все чужое, и я здесь чужая. Скажи, а ее ты тоже сюда приводил?
— Она была здесь всего один раз, сразу после свадьбы.
— Первая брачная ночь? В той самой спальне, да?
— Малышка, ты ревнуешь? — не без наслаждения наблюдал Ренард за отчаянным огоньком ревности, вспыхнувшим в ее глазах.
— А ты как думаешь? Пока я с ума сходила, ты был с ней… Ты целовал ее, обнимал, ты…
Тереза запнулась, покраснела, вдруг отчетливо представив, что как ее вчера на озере, любил он свою молодую жену в стенах райского этого уголка. Не по себе стало. Пелена слез моментально размыла и облик стоящего напротив мужчины, и великолепие небольшого дворца, утонувшего в зелени и цветах. Тереза опустила руки и попыталась отстраниться.
— Ты чего? — нахмурился Ренард.
— Ничего, — отвела она взгляд.
— Глупенькая, в ту ночь между нами ничего не было.
— Прости, я не имею права спрашивать тебя об этом, она твоя жена, она имеет право… Тебе не нужно оправдываться, — растерянно проговорила Тереза.
— Ты слышишь меня? — пришлось даже встряхнуть ее. — Не было у нас ничего тогда, и быть не могло. Мне не до нее было, я к тебе рвался… Моя непослушная девочка ослушалась и заявилась туда, где ей быть не следует. Я знал, что тебе плохо, что ненавидишь меня… Рвался приехать и поговорить, но Милош удержал — убеждал, что только хуже сделаю, что ты видеть меня не захочешь. О том, что тебя люблю, я от Эмелин никогда не скрывал.
— Это правда? — робко вопрошали недоверчивые глазки Терезы.
— А я дал тебе повод сомневаться в правдивости моих слов?
— Ты столько времени обманывал меня…
— Потому что я боялся тебя потерять. Я люблю тебя, глупенькая. И с Эмелин мы уже давно не спим, а когда и… Я ж мог с войны той не вернуться, нужен был наследник — вот и вся наша с ней «любовь». Тебя, глупышка, я никогда не забывал. Даже ложась к ней в постель. На этом предлагаю тему моей супружеской жизни закрыть и больше к ней не возвращаться. И вообще, я привез целебное масло — оно затянет твои раны.
— Мне уже почти не больно, — улыбнулась Тереза, утыкаясь носиком в его жилетку.
— Пойдем, хочу тебя лечить, — улыбнулся Ренард, прижимая к себе притихшую девушку.
Так непривычно видеть короля с тяжелыми ведрами в руках. Ренард переоделся, велел Терезе сидеть на месте и занялся приготовлениями: сам нагрел воды, сам же теперь и таскал тяжелые ведра, выливая воду в небольшой деревянный бассейн. Тереза с любопытством следила за ним, а тот все хорохорился, выполнял непривычную работу, но изо всех сил старался не замечать ее удивленного взгляда.
— Ну что ты так смотришь на меня? — не выдержал Ренард, в очередной раз проходя мимо.
— А ты точно король? — нарочито хмурясь, вопросила Тереза.
— Малышка, не язви. Или ты думаешь, что раз я король, то должен целый день сидеть на троне и подавать руку для поцелуев? От скуки вешать неугодных, попивать вино из золотого кубка и наслаждаться обществом одалисок? — рассмеялся Ренард. — Ах да, еще непременно должен быть в короне! Ну прости, вот такой вот неправильный король тебе достался!
Ренард выплеснул последнее ведро, достал небольшой флакончик и вылил содержимое в воду. Подошел к Терезе и присел напротив, с улыбкой заглядывая в любимые глаза.
— Я ненавижу корону, безделье и развлечения. А еще я очень люблю свою маленькую крестьяночку. Говорят, королям не положено их любить, но я и тут нарушил все правила «правильного» венценосца. А теперь полезай в воду, пока она не остыла. Твоей спине будет полезно.
Он стянул с Терезы простыню и помог войти в воду, а сам уселся рядом, на краешек бассейна, и стал наблюдать. Тереза чувствовала себя неуверенно, спина вновь напомнила о себе жгучей болью, едва вода коснулась ран — она захотела привстать, но Ренард мягким движением руки не дал ей этого сделать.
— Потерпи, сейчас пройдет.
Тереза погрузилась в воду, а через пару минут боль действительно отступила; девушка даже сумела облокотиться на край и, задрав голову, с благодарностью заглянуть в глаза своего спасителя.
— Как ты узнал, что меня нужно спасать? Мы же вчера распрощались с тобой, — вдруг спросила она, вспоминая вчерашний вечер.
— Не удержался, захотел тебя увидеть.
— Возможно, ты спас мне жизнь…
Вместо ответа Ренард протянул руку и коснулся ее волос. Тереза среагировала моментально: резко обернулась и, внимательно глядя в его глаза, тихо попросила:
— Иди ко мне.
— Что? Нет, малышка, не сейчас, — улыбнулся Ренард, качая головой. — Твоя спина должна зажить. У нас с тобой впереди теперь вся жизнь, не торопись.