Внебрачная дочь миллиардера

— Хорошо, — она спокойно пожимает плечами, забирая мобильный.
— Агния, как я уже сказал, мне бы хотелось воспитывать дочь, но проживая в разных городах, это невозможно, ты же понимаешь, — начинаю я, внимательно наблюдая за реакцией бывшей супруги.
— И что ты предлагаешь? — тем же язвительным тоном спрашивает она. — Я тебе повторю, Даниил, если ты с первого раза меня не понял. Мы не переедем только потому, что ты так хочешь, или тебе так удобно.
— Тогда, может, попробуем пока решить вопрос по-другому, — мысль приходит в голову внезапно, и я уверен, что на данный момент это единственное возможное решение. — Для начала будем встречаться по выходным.
— Мы не будем летать сюда каждую неделю, — с уверенностью в голосе говорит Агния.
— На одной неделе буду прилетать я, на другой вы, — я делаю паузу. — Что думаешь?
Агния молчит, вероятно, прокручивая в голове пока что единственный возможный вариант. Я замечаю, как ее глаза вспыхивают, но не понимаю, что является причиной.
— Хорошо, можем попробовать. Но есть одно условие — твоя жена на пушечный выстрел не подойдёт к моей дочери, — дыхание девушки становится тяжелым, а ноздри аккуратного носика раздуваются.
— Принимается, — киваю головой, вставая с места. Я направляюсь к окну и, сложив руки на груди, обращаюсь с просьбой. — Расскажи мне о ней. Любимые сказки, цвет, еда, куклы, герои из мультиков. Или, возможно, она любит машины, поезда, самолеты. Или же ей нравится разукрашивать, петь, танцевать. Расскажи мне всё, Агния, к завтрашней встрече я должен быть во всеоружии.
    
Глава 13 Агния
Часы показывают четыре, и уже начинает светать, а я до сих пор ворочаюсь с бока на бок в неудачных попытках заснуть. После встречи с Даниилом Воскресенским у меня едва получается совладать с эмоциями, которые бьют через край. К нашему общему удивлению, общим язык, пусть и не сразу, но мы находим. И, оказывается, что с этим человеком можно вести переговоры без его давления и власти руководителя. Впервые за то время, что знаю Даню, он видится мне с другой стороны. Мужчина внимательно слушает и одобрительно кивает, когда я с воодушевлением рассказываю о жизни Кирюши. Ее увлечения танцами и пением и вовсе приводят Даниила в восторг. В его глазах отражается истинное желание узнать в кратчайшие сроки все, что только возможно, о дочери. Несколько раз я ловлю искреннюю улыбку на его лице, от которой мое предательское сердце, сбиваясь с привычного ритма, замирает.
Я провожу рукой по маленькой головке моего спящего комочка, возвращаясь к ещё одной проблеме. Кира уже многое понимает, потому нужно очень деликатно объяснить ребенку, почему столько лет она не встречалась со своим отцом. Все дело в том, что моя девочка почти не интересуется папой из-за однажды сказанных мною слов о том, что папа много работает, поэтому не может приезжать к нам в гости. Тогда мне кажется, что малышке этого вполне достаточно.
Но из раза в раз я вижу, с какой грустью она смотрит на семью, состоящую из ребенка, мамы и папы и прогуливающуюся в парке, или на мужчин, которые забирают ее сверстников из детского сада и, выходя из помещения, садят себе на шею. А в этот новый год она и вовсе просит Деда Мороза о встрече с папой, рисуя картинку, на которой изображена семья в полном составе.
От последних воспоминаний скупая слеза скатывается по щеке, оставляя на подушке мокрый след. Я быстро смахиваю со своей кожи соленую воду, невольно размышляя о предстоящей встрече с Воскресенским в парке. Для меня этот момент не менее волнителен, чем для него, и, я искренне желаю, чтобы все прошло хорошо.
— Хочу я этого или нет, но теперь в нашей с тобой жизни все изменится, — я целую макушку моей девочки и закрываю глаза.
 
* * *
Даниил сидит на скамейке неподалеку от входа в парк, всматриваясь в лица незнакомых людей. Сегодня на нем надет спортивный костюм и летние кеды, что превращает Воскресенского в совершенно обычного мужчину, а не властного и сурового диктатора. Увидев меня с дочерью, он мгновенно поднимается на ноги и ждёт, засунув руки в карманы.
— Доброе утро, Даниил! — несмело приветствую я.
— Здравствуйте! — моментально отзывается Кира.
— Здравствуйте! Сегодня мое утро пройдет в компании прекрасных дам, — он улыбается девочке, ещё не зная, что Кира уже в курсе, кем он является. — И денек такой чудесный, не так ли?
— Да, погода просто замечательная, — на автомате отвечаю я. По правде сказать, чувствую себя совершенно не в своей тарелке и даже не представляю, о чем можно поговорить с Воскресенским. — Чем займемся? Прокатимся на аттракционах?
— Вы тоже будете кататься с нами? — недоверчиво спрашивает Кира, после чего ее губы расплываются в хитрой улыбке.
— Да, конечно, — пожимает плечами Даниил.
— Но вы же взрослый, — ее голубые глазки расширяются от удивления.
— Да, но я тоже люблю веселиться, а парк с аттракционами — это отличный повод для радости, правда? — он смотрит на дочь с такой теплотой и любовью, что мое сердце щемит от трепета.
Кира радостно кивает, после чего бежит вперед к небольшому торговому ларьку с игрушками. Она с интересом разглядывает различные безделушки, и вскоре ее взгляд фокусируется на весьма симпатичной игрушечной белке, которая при нажатии кнопки поглощает орешки.
— Хочешь такую игрушку? — Воскресенский достает из кармана смятую купюру, и, как только девочка кивает головой, мужчина протягивает продавцу деньги.
— Спасибо, — она краснеет, но все равно принимает подарок.
Кира устраивается на ближайшей скамейке и в течение следующих пяти минут играет с новым "другом". Я периодически наблюдаю за Даниилом, который не сводит глаз с дочери. Он с трепетом изучает каждую ее частичку. Со стороны кажется, будто если Воскресенский потеряет зрительный контакт, то девочка исчезнет. Для меня оказывается слишком неожиданно видеть бывшего супруга в подобном амплуа, поэтому я, присев на лавочку, фокусируюсь на окружающих нас людях и предметах.
— Вы мой папа? — внезапно раздается звон детского голосочка. Я резко поворачиваю голову и встречаюсь с изумлённым и одновременно испуганным взглядом Даниила. Немой вопрос витает в воздухе, но Воскресенский не решается его произнести. И без того длительная пауза пауза затягивается, а Кира по-прежнему ждёт от мужчины ответа, хлопая своими восхитительными глазками.
Воскресенский присаживается на противоположную сторону скамейки рядом с Кирой, сцепляя руки в замок. Он осторожно кивает головой, после чего дочь расплывется в ослепительное улыбке.
— Я рада с тобой познакомиться! — восклицает девочка, моментально переходя на "ты".
— И я рад, — Даниил, улыбаясь в ответ, замолкает.
— Ты будешь жить с нами теперь? — вопрос звучит настолько оглушающе, что я, кажется, перестаю дышать.
— Малышка, — Воскресенский протягивает руку, чтобы дотронуться до роскошных волос моей девочки, и, не встретив сопротивления, нежно гладит Киру по голове, — я живу здесь в столице, а ваш с мамой дом в Лондоне, — Даниил замолкает, но, увидев моментально потускневший взгляд голубых глаз, быстро добавляет, — но мы решим этот вопрос. Пока будем встречаться по выходным, хорошо?