Приключения Арины. Мир Шира

Калитка отворилась по легкому жесту мужской руки. Рысь вбежала первой и тут же запрыгнула в конуру рядом с маленьким сараем, заполненным всевозможными инструментами, которые лежали на настенных полках и висели на металлических крючках.
Остальные прошли дальше по дорожке, выложенной большими плоскими камнями. Слева стоял длинный деревянный стол, а вокруг него скамейки на подстриженном газоне. Конн открыл дверь дома, пропуская нас вперед.
Внутри было тепло и пахло едой. У одной стены располагалась печь, у другой, возле окна, — еще один стол, окруженный лавками. Все было очень простенько, но по-домашнему уютно. Женщина кивнула мне на скамью, а сама засуетилась у чугунных кастрюлек. Я присела напротив мужчины, уставившегося на багряный закат, пламенеющий в окне. Море из оконца не просматривалось, были видны лишь кроны деревьев, за которые медленно опускалось солнце.
Повинуясь быстрому жесту женской руки, с полок навесного шкафчика сдвинулась и полетела вниз посуда. Ничего себе! Они здесь все волшебники, что ли? Несколько деревянных мисок и пара глиняных кружек плавно опустились на льняную скатерть с искусной вышивкой. Следом за ними приземлились ложки.
— Рахок ахдэкар бахтаркаш 3, — нарушил безмолвную тишину низкий голос Конна.
Сказав это, мужчина поднялся и скрылся в темноте соседней комнаты, а женщина, тяжело вздохнув, поставила на стол кастрюлю, наполненную до краев горячей кашей с мясом. Интересно, нет ли там случаем яда? Или они меня откормить сначала решили? Впрочем, мне без разницы, я настолько голодна, что готова съесть какую угодно отраву!
Женщина налила молока в кружку и накрыла ее сверху ломтем черного хлеба. Я наложила себе в тарелку каши и с опаской попробовала ее на вкус. Хм, неплохо. В это время Конн вернулся в столовую. Ножны подпоясывали темную тунику, длинные рукава которой прятались под широкие металлические диски, прикрепленные к запястьям. Обтягивающие штаны были заправлены в кожаную обувь. Мужчина снял с крючка меховую накидку, перекинул ее через плечо и вышел из дома. Куда это он? А ужин? Мы были в пути несколько дней, неужели он не проголодался? Женщина приложила ладонь к сердцу и, закрыв глаза, принялась что-то нашептывать. Я же ела, ела и ела — не останавливаясь, пока окончательно не утолила дикий голод.
После ужина меня провели в соседнюю комнату, освещенную одним лишь пламенем свечи. Похоже, что электричества у них здесь нет. Женщина поставила ведро с водой на пол, перекинула через бортик полотенце. Одним движением руки открыла сундук, стоявший у подножия кровати и набитый разной одеждой. Потом она щелчком пальцев запахнула занавески на крохотном окошке и оставила меня одну.
Я присела на скамью и тяжело вздохнула. С моей квартирой в центре Питера этот дом, конечно, не сравнится. Словно к бабушке и дедушке в деревню приехала, но только даже у них современный душ и туалет имеются. А в прошлом году мы с родителями установили им кондиционер, так что теперь там есть все для удобства. А здесь… ничего. Первобытный век.
От ведра поднимался пар. Пока вода еще не остыла, решила помыться. Завершив с водными процедурами, в сундуке нашла чистые вещи и выбрала для себя сорочку. Пальцами расчесала волосы и, затушив свечу, легла в кровать, больше похожую на широкую лавку с матрасом. Подтянула подушку под голову и укрылась несколькими тонкими одеялами. Засыпала с мыслями о родителях, любимой работе и Максе, стараясь не зацикливаться на чувстве полной безысходности, что поселилось глубоко внутри.
Проснулась от грохота за дверью и встала посмотреть, что там. От холода тело немедленно покрылось мурашками. Когда вышла в столовую, оцепенела от ужаса. Входная дверь нараспашку, а в проходе лежит что-то большое, покрытое черной слизью, а вокруг него бегает рысь и скулит жалобно. Приглядевшись, рассмотрела человеческий силуэт: ноги — на улице, а торс — на пороге.
— Конн! — послышался за спиной голос женщины.
Она пролетела мимо, толкнув меня плечом. Подняла при этом ошарашенный взгляд и крикнула:
— Тоха ханых 4!
Я попятилась, не понимая, что происходит. О чем она толкует?
Женщина снова буркнула что-то себе под нос и подозвала меня жестом ладони.
Я подошла. Она показала, что делать, и мы затащили тяжеленное тело внутрь, перевернув его на спину, а потом заперли дверь. Одним движением руки хозяйка дома отворила разом все настенные шкафчики и зажгла несколько свечей. За окном светало, но в помещении все равно было довольно темно.
Женщина кинула мне ворох тряпок, указав на бочки с водой, а сама начала рыскать по полкам. Я зачерпнула воды ведром и, присев рядом с Конном, принялась его обмывать. Слизь прилипла к коже, впиталась в одежду. Пришлось стянуть с него обувь, штаны и тунику, чтобы избавиться от этой черной мерзости. На моих глазах она, словно кислота, разъедала его тело, оставляя алые ожоги, — зрелище не из приятных.
Закончив, отодвинула ведро в сторону. Потерла ладони, потому что кожу неприятно щипало после соприкосновения со слизью. На теле мужчины не было живого места: помимо ожогов виднелись ссадины и порезы. Женщина протянула мне кружку с отваром каких-то трав, дав понять, что это для Конна, а сама стала обмазывать его раны серой смесью, которую только что приготовила.
Когда на улице посветлело, мы присели за стол. Женщина убрала с лица растрепанные волосы и принялась складывать травы в мешочки.
— Конэнмна кэрохта-ымным 5.
Я пожала плечами, взглянув на мужчину, имя которого она, по-моему, упомянула. Конн, весь обмазанный, мирно спал на полу. Под голову ему положили подушку, но тащить спящего в комнату не решились. Интересно, что это за слизь? Какое-то местное заболевание, или он в болото упал? В голове крутились тысячи вопросов, ответы на которые хотелось знать до безумия. Но, увы… Мы друг друга не понимаем.
Женщина достала с полки глиняную кружку, бросила в нее травы, добавила щепотку какой-то пыли и наполнила емкость водой. Накрыла ладонью и что-то прошептала. Когда убрала руку, от кружки шел пар. Пододвинула посудину мне, а сама освободила стол, раскидав все обратно по шкафчикам. От чая, если так можно было назвать предложенный мне напиток, шел весьма специфический запах. Сделала глоток и поморщилась от горького вкуса. Хозяйка недовольно вздохнула, надзирая сверху за моими движениями. Пришлось выпить отвар до конца. Закончив, отодвинула кружку подальше.
— Хорошо, — вдруг тихо произнесла владелица бархатистого голоса на чисто русском языке.
Я застыла в замешательстве, а она улыбнулась, присев напротив. У меня снова галлюцинации, что ли?
— Это специальный отвар, рецепт которого передается в моей семье из поколения в поколение, — как ни в чем не бывало продолжила собеседница. — Он дает нам возможность понимать речь незнакомцев. Не думала, что когда-нибудь придётся к нему прибегнуть. Его действие продлится лишь пару минут, но пока это все, что могу для тебя сделать.