Саинтэ. Единственная для дракона
– Лечу себе, лечу, – по третьему разу принялся рассказывать, – а здесь меня перехватывает демон, маскирующийся под дракона, и такой жуткий, что до сих пор как вспомню, так вздрогну. Ты бы увидела, Доди, я уверен – кричала бы так, что у всей Долины Драконов перепонки полопались!
«Скажи ему, что папа польщен», – заговорщически шепнул отец.
Но, конечно, я ничего не сказала и даже деликатно сдержала смех. Кероп понятия не имеет, что демон, которого он встретил – моя родня, а вдруг узнает и начнет шарахаться по плато? Нет уж, он мне пока нужен здесь, и вменяемым.
– Но ты ведь не кричал? – поинтересовалась я.
– Нет, конечно! – он фыркнул.
«Нет, конечно, – перекривил фырканье отец. – Он истерил так, что я его слегка придушил, чтобы не разозлиться и не убить ненароком».
– Я четко спросил, что ему нужно, – сказал Кероп.
«Уточни: это было после того, как я битый час распутывал ему языки или после того, как он с визгами девственницы пытался сбежать?»
– И ничего здесь смешного нет, – обиделся Лунный, неверно истолковав мои попытки не рассмеяться. – Да, потом у нас произошел серьезный разговор, и демон попросил… ээ…
«Попросил?! Мне послышалось или это оскорбление?!»
Одна из плетей протянулась в пещеру, покачалась перед носом Керопа, освежив ему память.
– В общем, – покраснев от злости, выдавил тот, – я буду тебе помогать, Доди.
«Ну, не знаю, – протянул задумчиво отец, а плеть качалась и качалась перед драконьим носом, – как-то неубедительно и не совсем правда».
«Лишь бы результативно, – заступилась я, – а драконы любители лгать, сам же говорил».
«Хорошо, не будем наказывать за традиции», – согласился отец, и плеть уползла из пещеры под шипение Аодха.
– Ну, раз ты настаиваешь… – протянула я. Кероп, расслабившись, что беда миновала, ожесточенно закачал головой, но я пока еще не дракон, у меня зрение не идеальное. – Я с радостью приму твою помощь.
После этих слов дракон протяжно вздохнул, кивнул и поднялся.
– Пойду поймаю что-нибудь вам поесть, – буркнул на выходе. – Похоже, я случайно овладел новой профессией – добытчик-кормилец. То фрукты, то охота…
– Ты – настоящий друг, спасибо. Без тебя я бы не справилась.
Дракон выпрямил спину и вышел из пещеры, весь такой гордый от возложенной на него миссии по спасению.
«Хороший ход, – похвалил отец. – Я – кнутом, ты – пряником, так и человеком станет. Тьфу-тьфу, не хватало!»
Люди – самые слабые и мало живущие жители империи, поэтому такого и врагу не пожелаешь, а тем более собрату-дракону. По особому указу императора другим сущностям запрещено их уничтожать, разве что в исключительных случаях, каждый из которых расследуется службой императора. Похоже, император верил летописям, в которых значилось, будто наша империя некогда была создана людьми, но это его проблема, а здесь хватало своих.
Эх…
Пока Керопа не было, дракон вел себя тихо, но стоило его приятелю снова войти в пещеру, задергался, причем усердней, чем раньше. Сумел перевернуться и поползти в его сторону, пытался даже поджечь, пока я отвлеклась на минутку, но Кероп после спины подставил один бок, потом второй и так и крутился, объятый пламенем, довольно покряхтывая.
– Хоть косточки прогрею, – пояснил мне, а я постаралась сделать вид, что видеть существо, по телу которого гуляет костер, для меня в порядке вещей.
Но сама к драконам не приближалась. Кероп крутился в огне и у огня, ловко разделав тушу парнокопытного и подвесив на вертел ее и птичку, Аодх баловал повара вниманием, переползая с места на место и бешено рыча, а я отдыхала, зная, что мне ничего не угрожает и радуясь, что у нас, кажется, наметились улучшения. Мы уже ходим, пусть и с закрытыми глазами и неосознанно.
– Соли нет, – сообщил Кероп, когда блюда были готовы, – и кормить Аодха я не смогу – он закусит моей рукой и не вспомнит.
– Я покормлю.
«Я передам соль», – сказал отец, и тут же в пещеру просунулась плеть с льняным мешочком. На всякий случай погрозив Керопу, плеть оторвала от поджаренной туши ногу и потянулась на выход.
Повар задохнулся от возмущения, я от смеха, Аодх от долгой игры с огнем, и мы устроили перекур, дружно взявшись за пищу. Теперь, когда я понимала запросы авантюринового, кормление не заняло много времени. Лунный оторвал от тушки вторую ногу, я поднесла ее ко рту Аодха, вернувшегося ко мне под бочок, и он съел, даже не разжевывая. Получил добавку, водички и прилег, обернув хвост вокруг меня и пытаясь длинными языками вырвать из рук Керопа кусок мяса. Не ради того, чтобы поесть, а чтобы тот остался голодным.
– Второй раз сорвались переговоры с герцогиней, – кажется, это расстраивало Керопа гораздо больше, чем чьи-то коварные языки.
– Не твоя ведь вина, – медленно пережевывая птичку, щедро сдобренную солью, поддержала я парня.
А то вдруг ему грозит наказание – ну, не знаю, от старшего по клану там. И еще подумалось, а что будет Аодху за то, что тоже не оправдал надежд на переговорном поприще?
– Да понятно, – согласился Кероп, – и вообще, если бы не встреча с демоном, я и рад, что не пришлось выплясывать на балу, как ты угрожала.
– Это герцогиня угрожала, а я тебя честно предупредила об угрозе.
Дракон усмехнулся, и успокоившемуся было Аодху это не понравилось. Он приподнялся на лапах, нервно повел носом, хвост взлетел вверх, а языки схватили Лунного за ногу.
– Фу! – прикрикнула я. – Не лезь ко мне после этого с поцелуями!
Языки пристыжено вернулись к своему владельцу, а Лунный обиженно засопел, рассказывая мне, что он любит купаться и вообще часто купается, а выглядит плохо исключительно из-за происков демона.
– Что-то я тебя не пойму: рукой покормить друга ты не захотел, а ногу не жалко? Так я могу намекнуть Аодху, что не ревную.
Кероп предпочел сделать вид, что это он поставил точку в разговоре, и я милостиво позволила ему так думать. Этот диалог меня волновал мало, спасена нога – и ладно, а вот кое-что другое очень даже интересовало, и ответ мне нужен пусть и лживый, но не в порыве негативных эмоций.
– Слушай, Кероп, – поев, я привалилась к боку Аодха, – а ты заметил, что я изменилась?
– Конечно, – он удивленно моргнул.
– И как тебе?
Он пристально всматривался в меня несколько минут, потом перевел взгляд на напрягшегося дракона и признался совершенно честно, насколько это возможно сделать дракону:
– Ты очень красивая. Если бы тебя не украл мой друг, это бы сделал я.
А потом резко поднялся и вышел из пещеры, словно не в силах больше смотреть на мою красоту.
– Может, и правда мои два пера выглядят круто? – почему-то вслух поинтересовалась я. – Если Кероп не против в третий раз тащить девушку на себе, очаровывать, чтобы потом оставить на какой-нибудь скале, наверное, чешуя на лице привлекательна для драконов?