Саинтэ. Единственная для дракона

Я ненавидела этот клан!
Так сильно, что каждая клеточка тела дрожала в предвкушении, когда я, отодвинувшись от ствола дерева, распахнула крылья. Разве я могу оставить Аодха один на один с той ненавистью, которой его окружают? Синие, зеленые крылья, красные – какое разнообразие! Но, по-моему, солнечных там не хватает!
Я уже оттолкнулась, чтобы взлететь, когда кто-то схватил меня сзади за шею и прижал обратно к дереву, прорычав, чтобы не дергалась. Или я ошибаюсь, или я из нападающих перекочевала в заложники. Пожалуйста, пожалуйста, подумала я в заразительной драконьей манере, пусть я хотя бы один-единственный раз окажусь не права!
    
Глава 22. Битва
Я попыталась вывернуться, но мужская рука прижала меня сильнее, практически перекрывая кислород. Я начала задыхаться, и в небе тут же послышался угрожающий рев, который я не могла не узнать. Аодх. Слышит. Знает. Только бы не отвлекался, не подставлял спину жаждущим его уничтожить! Теперь я поняла всю абсурдность желания мчаться в небо, толком не умея летать. Помощи с меня, может, и был бы мизер, а вот вреда… Я бы только мешала.
Красиво Аодх зажигает в небе огонь, и ветер так жестко треплет крылья врагов. Свет растворился в оттенках красного и фиолетового, и есть в этом некая символичность, ведь Аодх – означает огонь. Быстрые и, тем не менее плавные движения огромного тела, блеск чешуи в освещении первозданной природы – яркого пламени, молний; я не могла оторвать восторженных глаз от дракона. Впервые я видела его таким – грозным, немилосердным и еще раз убедилась, что тогда, с моим отцом, он даже не думал драться.
Драконы мельтешили в клубах дыма, и у меня постоянно менялось их количество. То одиннадцать насчитаю, то казалось, откуда-то из облаков появился двенадцатый. Их было много на одного, но я знала, что Аодх победит, более того, я настолько сильно верила в него, что без паники позволила своему сознанию ускользнуть. Где бы я ни оказалась, он найдет меня… после победы… так трудно дышать…
И в ту же секунду, когда я перестала хвататься за воздух, рука, сжимающая мое горло, разжалась.
– Кровь императора, – пробормотал за моей спиной голос, – кажется, я немного перестарался! Дыши! Он убьет меня! Что же ты такая хлипкая?! Дыши, Доди!
Первый глоток воздуха вместо облегчения вызвал кашель, но я глотнула еще и еще, оттолкнула кулак, заботливо постукивающий по моим лопатками.
– Милый способ сказать «с добрым утром», Кероп, – я обернулась к дракону, у которого уже закончился период раскаяния. Уверившись, что со мной ничего непоправимого не случилось, он вопросительно вздернул бровь, мол, и что это я надумала раскашляться в такой момент, и уставился в небо, где продолжалась битва.
– Не рвись к нему, – буркнул.
– А ты?
– Он попросил присмотреть за тобой, – сверкнул возмущенно сапфировыми глазами, видно было, как ему не терпелось самому взлететь в небо. – Как знал, что попытаешься встрять. А впрочем, наверняка, знал. Он же колдун.
– Очень сильный колдун, – поддакнула я.
– Ну да.
Колдун, которого вынуждали использовать магию…
Мы задрали головы к небу. Расстановка сил изменилась. Теперь Аодх дрался не один против всех. За его спиной ожесточенно рвали чешую и дышали пламенем трое драконов: два серых – братья, и один горного хрусталя. Я облегченно выдохнула; хотя и понимала, что радоваться рано. Теперь их четверо против… двенадцати, все-таки двенадцати лживых, притворных, завистливых тварей, так удачно выбравших время для вымещения ненависти. Они могли попытаться гораздо раньше, хотя… может, они и пытались? Но раньше у них не было шансов, тогда как сейчас…
Нет, все-таки драконов одиннадцать, странно… я была уверена…
Боевой клич Аодха и Керопа прозвучал синхронно, но авантюриновый, бросив взгляд вниз, снова отвернулся, чтобы отразить нападение в небе, а Лунный сцепился с грязно-сиреневой тварью, которая пыталась подобраться ко мне. Я оторопело смотрела, как Кероп раздирает когтистой лапой твердую чешую дракона, как пытается прогрызть менее защищенное горло и уворачивается от удара хвостом. Размерами его противник был чуть мельче, но более проворным и злым, и он несколько раз прибегал к обманным маневрам, чтобы проскочить к легкой добыче – ко мне. Сейчас, в полутрансформации, даже злость и ненависть не могли превратить меня в грозного соперника драконов. Я – обуза, и лучшее, что я могла сделать – не вмешиваться, не отвлекать. Но я все равно вскрикнула, когда грязно-сиреневый дракон вцепился зубами в горло Керопа, и сжав челюсть, с силой потянул на себя. Благо, Кероп не отвлекся на мой крик, а умудрился вставить лапы в пасть, желающую его прокусить и разодрать ее, вызвав истошный вой противника. Сиреневый дракон отскочил, как бродяжка, которую пнули, скрючился грязным клубком и широко распахнул сапфировые глаза. Он как будто пытался пронзить ими черное небо или встречал первые капли дождя, мгновенного перешедшего в ливень.
– Не опасен, – сказал Кероп, вдоволь налюбовавшись соперником, но на всякий случай не сменил свою сущность. Обернул меня хвостом, и смотрел уже не в небо, а вокруг. Забавно, как разится поведение и восприятие в зависимости от ситуации. Я считала Керопа этаким балагуром, а сейчас со мной был настороженный хищник.
За спиной стонал грязно-сиреневый дракон с разодранной пастью, с неба только что рухнул зеленый, спровоцировав легкое землетрясение. Он дышал, тяжело, прерывисто, но дышал, а вот подняться пока не пытался. Скоро с диким ревом к нему присоединился еще один, правда, плюхнулся менее удачно – в бурлящий поток, а вот когда следом нырнул еще один огнедышащий, я поняла, что падение в воду не случайно. Это тактика, их уже унесло течением. Понятно, что прилетят обратно, но по крайней мере, сейчас на них отвлекаться не нужно.
Расстановка сил опять изменилась в лучшую сторону: четверо против восьми, но заметно сказывалась усталость. Даже с земли было слышно тяжелое дыхание драконов, и крылья раскрывались гораздо медленней, и не всегда удавалось уйти от ударов. Скорей бы все это закончилось! Скорей бы чешуйчатые твари получили свое за подлость! Мелькнула мысль, что братья снова не подвели, а вот сестра… Впрочем, может, она не знала, не слышала… как и лэрд, кстати. Что-то не видно, чтобы он мчался урезонить своих подданных, навести в клане порядок. А вообще, не удивлюсь, если нападение произошло с его, пусть и молчаливого, согласия. Ну, в таком случае, не с руки ему возражать, что в клане станет на несколько драконов меньше, правда?
Почувствовав, что закипаю, постаралась отбросить все мысли. После, со всем разберемся после, а пока самым важным было вырвать победу. То ли от усталости драконов, то ли от того, что я сосредоточенно всматривалась в рыдающее дождем небо, боясь пропустить что-либо, мне вдруг показалось, что драконы не дерутся. Нет, они по-прежнему пытались ударить противника хвостом, когтями разодрать чешуйчатый панцирь, боевой клич разносился по Долине, пожалуй, громче прежнего, но… Казалось, что все, что я вижу – не война, а кровавый, в сизом дыму и пламени, но… танец.