Саинтэ. Единственная для дракона
– От кого? – выдала, не подумав.
– Например, от меня? – улыбнулся плотоядно дракон.
И я задумалась, впервые за много лет задумалась, а почему мой отец, который души не чает во мне и матери, живет отдельно? Да, видимся мы довольно часто, хотя я знаю, что папа терпеть не может Анидат. Он говорит, что его душит все – от замкнутого пространства (город надежно защищен от вторжения демонов) до примитивного заполнения регистрационной карты, даже если визит на пару часов. А еще раздражают крылатые легал, которые носятся в небе с таким видом, будто они драконы. И слишком много домов, которые каждому кричат о состоянии их жильцов. В Миндальной Долине, облюбованной легал, понятно – простор, достаток, и жабы герцогини неплохо себе устроились, а вот корри… Отца буквально распирал огонь от этой несправедливости, потому что мы с мамой жили в районе корри, пусть и не в самом бедном квартале, но все же.
У нас есть деньги, отец регулярно снабжает и раз, наверное, тысячу я сама слышала – уговаривал маму переехать в другую часть города, но она тихо-тихо приводила ему некие доводы, от которых он успокаивался. На время оставлял эту тему. А потом от какого-нибудь пустяка снова воспламенялся.
В последний раз, буквально неделю назад, ему не понравилось, что в соседний с нами дом въехал незнакомец, и когда папа пролетал над нашим домом, а я его встречала, успел не только заметить, что я похудела, но и что незнакомец слишком долго меня рассматривал в окно. После объятий и заверений, что мой папочка самый лучший на свете, в меня впихнули драконью пайку, мол, докажи! Часом позже сытного застолья, я, лениво приподнявшись с диванчика, наблюдала в окно, как после папиного отлета у нового соседа загорелась крыша. Сосед не только починил свой дом, но и установил на окнах жалюзи и ставни. Молча. Дракону все равно не докажешь, что он не прав, лучше перестраховаться.
Итак, отца наш город раздражает, но он бывает там ради меня и мамы. Наши с ним встречи – это общение, смех и отдых для души. Их встречи… В общем, если мама дома, когда прилетает папа, я буквально чувствую, как плавится даже воздух, и сбегаю к Сайв. Предлог придумывать не надо; кивок от папы – благодарность за понимание, смущенный взгляд от мамы, и я за порогом, пока дракон не разошелся. А папа может… мы уже несколько раз меняли мебель и переклеивали обгоревшие обои, ковров напольных у нас давно уже нет к разочарованию моли. А, впрочем, моли тоже нет, а вот новый жилец на нее жаловался до того, как папа своим горячим дыханием произвел у него быструю дезинфекцию. Но трата на окна и ставни – ничто по сравнению с такой эксклюзивной услугой.
В общем, к чему я прихожу в витиеватых рассуждениях? Отец не хочет и не может жить в Анидат – ему там тесно. Но мама?! Почему она ушла от него, ведь любит? И да, я в курсе, что она – его саинтэ, а значит… Фух, с учетом факта, что и меня записывают в саинтэ, я не хочу даже думать, что это значит в полном смысле слова, но… Вместе им, действительно, было бы лучше, и мама никогда не говорила, что ей не нравились условия, в которых ее содержал отец до моего рождения.
Так в чем причина?
Во мне? Действительно, во мне?
И тут я вспомнила, как разговаривала с отцом, пока авантюриновый летал на промысел. И если не дословно, то мелькала фраза, мол, не волнуйся, никаких драконов нет и быть не может, папа меня надежно спрятал…
Спрятал. А от кого?
Я посмотрела на авантюринового, а он, похоже, и не сводил с меня взгляда. И даже не шевельнулся.
– Почему отец меня прятал? – наступила на горло гордости, признавая, что дракон может быть в чем-то прав. А он, по ходу, в этом и секунды не сомневался.
– У него вполне могли быть и другие мотивы, но один прослеживается совершенно точно.
– Какой? – он вынуждал меня спрашивать, и я спрашивала, потому что знала: драконы очень упрямы, а разговаривать любители не больше моего. Если есть возможность смолчать, недоговорить, так и будет.
– Я уже тебе его озвучил, – напомнил, лукаво сверкнув глазами, – но ты не поверила.
Я прокрутила наш разговор и недоверчиво покосилась. Он кивнул. Я развела руками. Он снова кивнул.
– Не хочешь же ты сказать, что папа знал заранее, что ты меня украдешь?
Дракон уперся рукой в пол, переместив свой вес и меня заодно, и теперь создавалось ощущение, что он просто себе полулежит, а я, укутанная его второй рукой, настаиваю на этих объятиях, да и не только объятиях, потому что лица наши оказались так близко, что его дыхание опаливало мои губы.
Два других дракона усиленно жевали, переговариваясь между собой, и были больше фоном, чем свидетелями или участниками разговора. Увидев, что никто осуждающе не сдвигает брови и не посмеивается над моим положением, я немного расслабилась. И тут же еще на сантиметр оказалась ближе к губам дракона.
– Не думаю, что он заранее знал, что я появлюсь в Анидат, – неспешно начал дракон, видимо, разместившись, наконец, с комфортом для долгой беседы. – Я вообще не собирался прилетать, так просто, совпало. Ладно, – заметил мой нетерпеливый взгляд, – вернусь не к самой для меня приятной теме – к твоему папе…
И снова замолчал. Я накуксилась, а он дунул мне в лицо, от чего настроение пусть и не улучшилось, но обижаться пока расхотелось.
– Итак? – подтолкнула я. – Почему ты думаешь, что мой папа меня спрятал и даже имеешь наглость, – дракон хмыкнул, для них это комплимент, а мне не жалко, – предполагать, что спрятали меня от тебя?
– Да потому, – сказал дракон, ласково поправляя мою длинную челку за ухо, – что первое, что бы я сделал, когда у меня родилась дочь… – многозначительный такой взгляд, ага – … спрятал ее.
– От себя?
– От всех остальных драконов. Понимаешь, – дракон принялся поглаживать меня по голове, а потом задумался и потянул ближе за волосы, собранные в хвост. Вдохнул, закрыв глаза, не споря, позволил чуть отодвинуться от него, но волосы не отпустил. – Я уже говорил, что дочь рождается только от саинтэ…
– Говорил, – нетерпеливо поддакнула. Нет, я тоже, конечно, язык не люблю утруждать, но здесь уж слишком длинные перерывы после каждого слова.
– А встретить саинтэ почти нереально. Многим до конца жизни так и не удается.
И снова замолчал, предлагая мне самой сделать выводы. Ну, я и не упустила случая показать, что не только драконы мудрые.
– Девушек-драконов у вас мало, – догадалась я.
– Их ничтожно мало, – подтвердил дракон.
– Но ведь моя мама не была драконом? И папе это не помешало.
– Так бывает. Раньше саинтэ рождались только у чистокровных драконов, но как я и говорил… уже дважды… встретить свою половинку было такой редкой удачей, что драконы начали, – поморщился, – вымирать. Наверное, кое-кто увидел драконьи слезы и смилостивился, саинтэ стали встречаться и среди других рас, но, увы, не менее часто, чем раньше. Многим так и не везет, а многие даже не собираются ждать, ибо шансы минимальны. Живут с тем, кто нравится, рождают сыновей, но смешивание с другими расами – просто необходимость, игра звериной сущности, – дракон помрачнел. – А девушек-драконов так мало, что даже если они не саинтэ, все равно может начаться бойня.