Спаси мою дочь, бывшая!

Что задумала сотворить Анна? Наверняка хочет заполучить деньги и сбежать, так и не став донором для своей дочери!
Голова идет кругом, и я не понимаю, что за зверь этот человек…
Человек, который притворялся моей сестрой.
Мысли возвращаются в прошлое.
 
— Мне так жаль, что мы не росли вместе с тобой у бабушки! — сказала Анна, обнимая меня у могилы бабули. — Я так хочу стать с тобой самыми настоящими сестрами…
— Мы обязательно наверстаем упущенное! Мы ведь близнецы! — с улыбкой ответила я и обняла сестру.
 
И я пыталась все это время. Я давала сестре все, что могла. Я дарила ей свою любовь, а она повернулась ко мне спиной. Мне казалось, что я помогу ей восстановиться, но это были лишь домыслы. Наивные мечты. Теперь-то я поняла, как сильно ошибалась, доверившись Змее, которая не имела совершенно никаких человеческих чувств.
— Что ты будешь делать с ней? — спрашиваю негромко и откусываю кусок пирожка.
Тошнотворный ком тут же подкатывает к горлу, потому что когда-то любимые пирожки с рыбной начинкой вызывают отвращение. Вероятнее всего от нервного напряжения. Откладываю пирожок и обхватываю стакан с какао руками. Делаю еще один глоток, ожидая ответ Демьяна.
— Я поеду туда и сделаю вид, что готов отдать требуемую сумму. Когда я буду встречаться с похитителями, мои люди схватят твою сестру и привезут сюда. Она сдаст кровь на проверку, даже если не захочет этого делать!
План, конечно, гениальный, но получится ли все так, как задумано? Что-то подсказывало мне, что поймать Анну будет не так просто. И я беспокоилась за Демьяна. Вот только я не могу сказать этого напрямую. Барьеры прошлого все еще не дают мне вести себя с ним даже как с близким другом. Я тяжело вздыхаю и отвожу взгляд в сторону.
— Уверен, что получится? Я волнуюсь… Асе срочно нужна пересадка… Врач из клиники не звонит, и если беременность не случилась, то я могла бы попытаться стать донором, если Анна снова исчезнет. Даже если беременность наступила, мы могли бы попробовать…
— Тань! — Демьян хватает меня за руки и сжимает их.
Хочется вырваться, а перед глазами снова мелькает та самая сцена: обнаженная сестра скачет на любимом мною мужчине и стонет от удовольствия. Слезы наворачиваются на глаза, боль напоминает о себе и остро жалит в самое сердце. Я негромко всхлипываю и все-таки освобождаю свои руки.
— Пожалуйста! Больше не прикасайся ко мне! — прошу я, поджимая губы.
— Прости… И не говори больше о том, что ты попытаешься стать донором! Ты сделала слишком много для Аси, больше, чем я мог бы просить. Ты не должна рисковать жизнью нашего ребенка! Я поймаю твою сестру и заставлю ее сделать хоть что-то хорошее!
Я просто киваю в ответ.
Больше не стану спорить и молить не причинять Анне боль. То, как она поступает со всеми нами, нельзя оправдать. Ее поступки по отношению к тем, кто любит ее и нуждается в ней, бесчеловечны.
— Она никогда не видела свою дочь?
Сама не знаю, зачем спрашиваю это. Какое мне дело встречалась ли Анна с Асей? Возможно, это последняя попытка отыскать в сестре что-то человеческое? Оправдать ее?
— Видела… Когда родила ее. Твоя сестра пыталась задушить дочь подушкой, чтобы она перестала кричать…
Конечности немеют, а глаза широко распахиваются.
Совсем уже с ума сошла.
У Анны нет совершенно ничего святого.
И я больше не намерена помогать ей и жалеть ее. Пусть выбирается из всех своих передряг отныне самостоятельно.
— Эй! Все хорошо!
Демьян тянется к моей руке, но вспоминает мою просьбу и не прикасается.
— Спасибо за какао… Думаю, что нужно возвращаться к Асе.
— Да… Дело в том, что мне нужно ехать. Я должен буду встретиться со своими парнями, чтобы обсудить детали дела…
— Сейчас?
Демьян кивает, а сердце начинает глухо ударяться о ребра.
— Береги себя, ладно? — все-таки говорю я.
— Обязательно! Спасибо за то, что ты снова рядом!
— Это…
«…Ничего не значит»…
Хочется дополнить, но я молчу — ни к чему Демьяну лишнее волнение перед столь неприятной встречей.
    
Глава 22. Демьян
Нужно просто взять и сделать это — встретиться со Змеей и силой притащить ее в медицинский центр. Она обязана сдать анализы, должна стать донором моей дочери, хочет она этого или нет. Если ее клетки подойдут, я сделаю все, но она спасет Асю.
Еду за Игорем. Ребятам написал, чтобы подтягивались к месту встречи. Игорь уже придумал план, согласно которому парни выкрадут Анну, а я повяжу ее несостоявшегося похитителя и заставлю признаться в обмане.
— Все готово. Парням расположение отправил, все фото есть, разберутся, как и что делать!
Игорь ныряет в салон автомобиля. Худощавый высокий парень с довольно приятной внешностью, отчего-то прячущийся в тени и боящийся заговорить с девушками. Уж не знаю, что у него за травма была в прошлом, да и не уверен, что готов сближаться с теми, кто на меня работает.
Я просто веду машину к месту встречи. За тонировкой никто не сможет разглядеть людей, сидящих в салоне. Игорь будет наблюдать за ребятами на расстоянии при помощи своего дрона, а если что-то пойдет не так, то он сможет дать нам знак. Если честно, я не хотел брать его, но он сообщил, что так машинкой управлять будет куда удобнее, хотя я понимал, что парню больше захотелось оказаться в центре разборок.
— Ну и что у нас тут? — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам.
— Кадр уже направляется в нашу сторону. Осторожно, у него пушка! Надеюсь, вы надели бронежилет?
Я стискиваю зубы, потому что об этом не подумал, однако вряд ли парень осмелится стрелять, когда я сделаю отвлекающий маневр.
— Очень опасно без бронежилета! Может, перенести время встречи? Вам он точно не помешает, тут обещает начаться жара.
— Нет, Игорь! Мне не нужен никакой бронежилет! Все будет нормально!
Я выхожу из машины, предварительно проверив, заряжен ли ствол. Если мне придется стрелять, я сделаю это ради дочери, ради Дымки, потому что они обе нуждаются во мне. Буду отчаянно защищать себя и свое будущее.
Беру из багажника сумку с фальшивыми деньгами, которые болтались у меня с одной встречи, когда мы проверяли подозрительного партнера на вшивость. Выхожу и чувствую себя каким-то гребаным ниндзя. И чем я думал, когда не взял бронежилет? В сердце появляется страх, но желание закончить это как можно быстрее, оказывается сильнее.
— С пушкой? — спрашиваю я. — Кажется, мы договаривались на дружелюбную встречу?
Смешно становится от собственных слов: как может быть встреча дружелюбной?