Демонология Сангомара. Небожители Севера

— Я как раз-таки и есть демон. Или вампир. Всё одно, — ответил Гиффард шутя и улыбнулся с оскалом. А затем с интересом посмотрел на попытки селянина освободиться. — На твоем месте я бы даже не пытался, только помрешь быстрее — слишком много крови потерял.
— Может, это и к лучшему… Мне и так не выжить, но я поступил… поступил правильно, еще и тебя с собой заберу на тот свет.
— Хочу тебя огорчить, твой поступок тяжело назвать правильным. Он иррационален по своей сути. Если бы ты не стал помогать своей старой матери, которой и так осталось жить недолго, то вурдалак бы не разорвал тебе бедро и ты бы спокойно покинул деревню вместе с остальными.
— Это… неправильно… бросать свою семью.
— Надо же, какое врожденное благородство. А что до меня, то полученная мной рана неприятна, но не смертельна. Через сезон буду как новенький, с руками и ногами. Однако…
Гиффард задумчиво посмотрел на небо и пригладил единственной рукой обожженные бакенбарды. Сейчас как никогда ему захотелось высказаться, и единственным слушателем стал этот умирающий поселянин.
— Однако судьба сыграла со мной злую шутку… Я сейчас в землях врага, который благодаря вурдалакам уже знает, что в деревне что-то произошло. И наверняка уже отправил из Офуртгоса отряды. Как только они обнаружат меня, беспомощного и неспособного защищаться, их хозяин очень быстро будет здесь и оборвет мою жизнь. А на одной руке я, увы, далеко не уползу, ищейки найдут меня очень легко.
Гиффард соврал сам себе, зная, что он может и уползти, и попросить Летэ вмешаться. Но вот именно сейчас ему захотелось отчего-то пожаловаться на свою судьбу и выговориться, ибо в последние годы он стал несносным ворчуном. Да и ситуация благоволила.
— Зачем… зачем ты напал на нашу деревню? Неужели… тебе так нравится наслаждаться беспомощностью тех, кто не может защититься?
— Я не нападал. Мой путь проходил мимо Больших Вардов, и я лишь немного отклонился от маршрута, когда заметил, что вурдалаки сбиваются в большую стаю и готовятся к атаке на деревню. Это очень необычно для них, и я решил взглянуть. Научный интерес, так сказать.
Гиффард положил руку на грудь и посмотрел на светлеющее небо. Чуть позже он повернул обожженное лицо с сияющими глазами к притихшему селянину. Тот с резко потускневшим взглядом тоже смотрел ввысь и пытался что-то сказать, но его бледные губы испускали лишь хрипы. Наконец, грудь человека поднялась и он тяжело прошептал:
— Тогда почему… ты не помог?
— А зачем? Люди и так постоянно мрут как мухи, зачем вмешиваться в естественный ход вещей? — Гиффард улыбнулся. — И не смотри на меня так осуждающе, человечек. Ты очень мало пожил, чтобы что-то знать об этом самом естественном ходе вещей.
Пение мацурок становилось все тише, быстро сгустился утренний туман — обычное дело для гор. Звезды скрылись за белесой поволокой, и вскоре плотная пелена опустилась на Вардцы. Видимый мир сузился до нескольких шагов.
— Какой смысл тогда… долго жить, когда жизнь так… так пуста и бесчеловечна? — Поселянин, черноволосый красивый парень, с ненавистью посмотрел на того, кто безучастно наблюдал за тем, как убивают людей в деревне.
— О-о-о, какие интересные размышления творятся в твоей голове! А откуда у тебя шиноза, человечек?
— Я обменял у алхимика… на рынке в Вардах свои книги на шинозу, чтобы подготовиться… к возможной атаке этих тварей на нас. Недавно они… они утащили из Вардов пару человек.
Человеку явно уже было гораздо тяжелее разговаривать, и он делал остановки, чтобы набраться сил. Но Гиффард, будучи вампиром терпеливым, ждал. Все равно лучшего собеседника он уже не найдет.
— Понятно. Забавно получилось у тебя это сделать. Человечек, а как тебя зовут?
— Уильям…
Селянин прикрыл глаза и прислушался к своему хриплому дыханию.
— А полное имя?
— Просто Уильям, рыбак из Малых Вардцев…
— Меня зовут Гиффард фон де Аверин. Ну что ж, просто Уильям, настал момент твоего забвения. Хотя…
Проницательными глазами Гиффард всмотрелся в умирающего на развалинах рыбака. Весьма недурен лицом, высок, статен, благороден, с черными как смоль волосами и синими глазами племени орун, да еще и рыбак! Кого-то это Гиффарду вдруг напомнило… Он порылся в своей затянутой паутиной памяти. И вспомнил Филиппа.
Будучи верным другом Ройса, Гиффард очень давно помогал ему в пестовании юного рыбачка с Алмаса, которого неожиданно сам для себя его товарищ привез по пути от Ярла Бардена Тихого. Тогда Ройса обуревало одиночество, и когда к нему подбежала селянка, держа в руках черноволосого нищего мальчонку, и стала умолять забрать его, чтобы спасти от расправы соседей, граф неожиданно сам для себя согласился. Он закинул этого вопящего вампиреныша, который хотел к матери, на седло и увез в Брасо-Дэнто, где и нарек наследником.
Гиффарда в те годы еще преисполняла любовь к жизни, поэтому поступка своего друга он не понял, хотя и отнесся к его просьбе помочь со всей серьезностью. А потому, пока Ройс воевал, принялся обучать этого недокормыша Филиппа: тощего, узкоплечего, но весьма серьезного мальчишку.
Все взросление Филиппа, будущего Белого Ворона, прошло на глазах Гиффарда. И поэтому старому вампиру не составило труда сразу заприметить интересное и занимательное сходство между графом в его молодости и рыбачком в развалинах. Да-да, и тот же огонь в глазах, пусть у этого молодого мужчины он уже и затухает.
Вдруг дерзкая и дикая мысль родилась в потоках сознания старого вампира, и Гиффард сам себе удивился от того, что такое вообще могло прийти ему в голову. И возможно ли это… Не веря самому себе, Гиффард обратился к рыбаку, который смотрел тусклым взглядом в сереющее небо.
— Послушай, просто Уильям, ведь мы можем помочь друг другу! Я считаю, что мой жизненный путь уже пройден и более ничего нового я для себя не увижу. Однако умирать здесь и отдавать кровь этому подлецу у меня желания нет.
Гиффард немного подумал, почесал обугленный подбородок и, наконец, обхватив единственной целой рукой балку, стал вытаскивать ее из себя. Балка долго не поддавалась, но все-таки вампиру удалось извлечь дерево из тела. Он приподнялся на руке и подполз к умирающему Уильяму, волоча за собой ошметки тела.
Пока рыбак не умер, нужно было срочно принимать решение, и Гиффард, не церемонясь, впился в горло рыбака и провалился в его воспоминания.
— О-о, какой интересный молодой человек. — Гиффард оторвался от шеи мужчины, по его подбородку текла кровь и капала на лицо и грудь Уиллу. — Ну что ж, это будет любопытно.
Увидев связь с Кельпи, Гиффард невероятно воодушевился и завис над перепуганным рыбаком, который изо всех сил пытался оттолкнуть его от себя, впрочем, безуспешно. Как же жаль, что этот молодой мужчина — всего лишь человек! Вполне возможно, что суд не одобрит его, как преемника, но жгучее желание попробовать, что же выйдет из этой авантюры, разожгло в уставшем от жизни Гиффарде неподдельный интерес.