Жена князя Луны
– Частично от потолка, частично от стен, леди Льефф-Энтан, – раздался мелодичный голос, и Арфель подскочила на месте.
Каэль безуспешно пыталась научить подругу драться, но не с колдовским очагом травницы пуляться огненными шарами. Но сегодня госпожа Хемм могла бы гордиться своей подругой: стихийный выброс Арфель превратил лежавшие на полу шкуры в стену из колючего кустарника.
– Леди, вы уверены, что вам можно использовать магию? – осторожно спросила незнакомка.
– А это не я, оно само, – кое-как выдавила Арфель. – Ты кто?
– Арийна, ваша служанка. Я хорошо знаю обязанности прислуги и при необходимости смогу защитить вас при помощи своей магии. Я одна из немногих магически одаренных волчиц. Для меня большая честь встать рядом с вами.
– И сколько лжи ты сейчас произнесла? – устало вздохнула травница и потыкала пальцем в колючий куст.
– Не очень много, – спокойно ответила Арийна. – Я еще не знаю вас, но Князь Луны не тот оборотень, что польстится на ничем не примечательного человека. И я в любом случае рада защищать его ша-раарти. Я не замужем ровно до тех пор, пока охраняю вас.
Арфель хмыкнула:
– А ты не хочешь замуж?
– Мой избранник часто посещает Империю, – тихо сказала Арийна. – Я знаю, что человеческие девушки страдают от Соглашения. И знаю, что мои муки ничтожны по сравнению с тем, через что проходят имперки. Но разве может стать легче оттого, что кому-то хуже, чем тебе?
– Не может, – согласилась Арфель. – А чем тебе плохо?
– Он приносит на себе чужой запах, – Арийна вздохнула, – и хочет близости. Близость без возбуждения мучительно неприятна. А испытать радость и удовольствие от соития невозможно, пока на нем есть чужой запах.
– То есть он тебя насилует, – подытожила Арфель. – Я не перестану нуждаться в твоих услугах до тех пор, пока ты не захочешь иного.
– Спасибо. И нет, не насилует. Я же давала свое согласие, – судя по шороху, Арийна пожала плечами, – просто мне было неприятно. Я могу убрать куст?
– Да, да, конечно. Буду благодарна. Сейчас ведь ночь? Или на окне иллюзия?
Арфель посмотрела на темное, закрытое тучами небо.
– Ночь, ваша подруга и ваш целитель спят. Если вы плохо себя чувствуете, то я разбужу господина Дэррика.
Травница прислушалась к себе и отрицательно покачала головой:
– Нет, все хорошо. Я немного голодна, но эту проблему могли бы решить молоко и пара булочек. Если они есть.
Куст рассыпался цветными искрами, и Арфель смогла рассмотреть собеседницу. Арийна была невысокой, светловолосой и курносой. И немного веснушчатой. На самом деле веснушки на миловидном лице смотрелись достаточно органично. Хотя травница была готова поспорить: сама Арийна наверняка терпеть не может эти пятна.
«И на этом можно будет сыграть, – хмыкнула про себя леди Льефф-Энтан. – Но не сразу, не сразу».
– Где мои вещи? – спросила Арфель до того, как Арийна успела выйти в коридор.
– В жилой комнате, миледи.
Арфель ошеломленно моргнула и уточнила:
– Где, прости?
– В жилой комнате, – спокойно повторила волчица.
– А это что? – Леди Льефф-Энтан обвела спальню рукой.
– Спальня, – так же спокойно ответила служанка и с легкой улыбкой пояснила: – Вы здесь только спите. А живете совсем в другом месте.
Арфель почувствовала настоятельное желание присесть и вернулась к постели. Забравшись на нее с ногами, травница напомнила себе, что она уже не в Империи и что оборотни имеют право называть комнаты так, как им удобно. Они ведь у себя дома, право слово. А значит, нужно аккуратно уточнить, что конкретно означает понятие «жилая комната».
– То есть кабинет у вас называется жилой комнатой? – прищурилась травница.
– Нет, кабинет – это место, где вы встречаете приближенных и общаетесь с подданными. А жилая комната… Я не знаю, как объяснить. – Арийна поджала губы и вздохнула. – Там вы занимаетесь тем, что вам нравится. И нет свидетелей. Вы можете делать что угодно, и никто не может вам ничего запретить. Жилой комнатой может быть мастерская художника или скульптора. Или еще один кабинет, или… Я не знаю.
– Я поняла, Арийна, спасибо. Жилая комната – это то место, где оборотень может спокойно заниматься своими увлечениями. А я могу туда кого-либо пригласить?
Арийна повела плечом и честно ответила:
– Согласно нашим обычаям – нет. Все имеют право на личное пространство. Если вы приглашаете своего то-соэлена в свою жилую комнату, значит, он должен сделать то же самое. Но это ведь принуждение, не так ли? В браке больше порядка и счастья, если супруг и супруга имеют друг от друга маленькие тайны. Тем более что готовые работы и поделки выставляются в большой гостиной. А зачем вам терпеть любопытный нос своего то-соэлена? Мужчины не умеют просто зайти и посмотреть, нет. Они превращаются, все обнюхивают, сопят. А шерсть?! Неделю потом шерсть выгребать будете… Простите, леди. Я… Я восприняла все близко к сердцу.
– Это ты прости, Арийна, – улыбнулась позабавленная Арфель. – И прости меня сразу за все глупые вопросы, которые я тебе задам.
– Я не могу на вас обидеться, – удивилась волчица. – У меня нет такого права.
– Вероятно, – кивнула травница. – Может быть, ты не можешь сказать мне о своей обиде. Но ты определенно можешь ее чувствовать. Наши эмоции не подчиняются правилам. А я не хочу, чтобы ты испытывала негативные эмоции рядом со мной.
– Какие эмоции?
– Негативные – ну, с тех пор как изобрели аппарат для мгновенной съемки, плохие эмоции стали называть негативными. И вновь я извиняюсь, Каэль притаскивает из столицы новые словечки, а меня потом на рынке не понимают.
– Да, Дирк тоже так делает. Между нами огромная пропасть, – тихо сказала волчица. – Я принесу булочки.
– И для себя что-нибудь захвати, я не хочу есть в одиночестве.
Волчица обернулась туда-сюда очень быстро. На объемном подносе устроился пузатый кувшин, две чашки и блюдо с ароматными булочками.
– Неужели они теплые? – поразилась Арфель.
– Все оборотни страдают ночными перекусами. Поэтому повара готовят впрок и укутывают выпечку в теплые полотенца, – улыбнулась Арийна и поставила поднос прямо на воздух. – Что-то не так?
– Эм, нет, все в порядке, – травница немного смутилась. Она не привыкла, чтобы кто-то кроме Каэль так свободно колдовал рядом с ней. – У меня в голове вертятся вопросы, но я пока не готова их озвучить.
– Это не страшно, – волчица разлила молоко по чашкам и отпила от каждой, – не отравлено. Но возвращаясь к вопросам – главное, что вы хотите их задавать, леди Льефф-Энтан. И вам не стоит переживать из-за Астары. Быть самой сильной самкой в стае не равно быть почитаемой. К сожалению, после Диары тер Ариан у нас не было достойной Старшей.