Голландка
В чем-то мама права. Йоланда и правда засела дома, выходя только по суровой необходимости, вроде личной подписи на контракте или срочных покупок в супермаркете. Для несрочных существовала доставка. Все остальные дела она тоже решала онлайн. У неё и потребности в общении особой не было. Если что — соцсети под рукой.
Так что карантина и остальной изоляции она даже не заметила — от ее обычного образа жизни они не сильно отличались. Только Даниил был рядом. Незаметно, исподволь, проник в ее быт, поменял и переделал под себя некоторые ее привычки и так удачно вписался в ее жизнь, будто всегда тут и был.
Она выглянула в окно. Около барбекюшницы уже привычно суетились мужчины, периодически отгоняя от огня самого маленького представителя семьи. Не дотянется, конечно, но обжечься о раскалённый кирпич у основания может запросто.
Наконец, сдавшись и устав от неуемного бумеранга, Даниил решительно, не обращая внимания на протестующие вопли, принёс на кухню и запихал мелочь в детское кресло. Пристегнул, насыпал горсть кукурузных хлопьев.
— Аппетит перебьёт, — заикнулась было Маринда, потом махнула рукой. — А и ладно, все равно он мясо не ест. Жестко ему, не может пока прожевать.
Даниил задержался, погладил ребёнка по топорщащимся во все стороны белесым вихрам и ушёл обратно, дежурить у мангала.
Маринда довольно улыбнулась и, склонившись поближе к дочери, прошептала:
— Видишь, и с детьми обращаться умеет. Это же натуральное сокровище, Лан, бери и не раздумывай. А то уведут ведь!
— Зачем мне мужик, которого легко увести? — фыркнула девушка, но в спину Даниилу уставилась весьма задумчиво. Не потому, что вдруг срочно возжелала обзавестись потомством. Просто уверенность и нежность, с которой он обращался с ребёнком, заставила девушку вспомнить, как точно так же он ухаживал за ней самой. А мог ведь и бросить. Уехать, или сдать в больницу, или медсестру вызвать. Была в их страховке включена такая опция, и Даниил об этом знал. Приходили бы, ухаживали.
Нет. Сам остался, сам выходил, на руках до унитаза и обратно носил. И супом кормил с ложечки.
В самом деле, как он ей еще должен доказать силу своих чувств? В турнире поучаствовать, как рыцарю положено? Так дракона в виде вируса он уже сразил.
По пути домой Лана была молчалива и задумчива. Даниил, глядя на ее состояние, забеспокоился, дважды проверил температуру и норовил заглянуть в горло прямо с велосипеда, на ходу. Был в итоге послан, но не успокоился.
— Что-то случилось? Поругались, что ли? — не выдержал он наконец и спросил прямо. Лана покачала головой.
— Оказывается, мама все подстроила. Они сговорились с твоим отцом, чтобы свести нас. Вроде как решили, что из нас получится отличная пара! — не скрывая сарказма, заявила девушка. И краем глаза покосилась на лицо Даниила, чтобы отследить его реакцию.
Она ждала, что он фыркнет, скривится или как-то еще выскажет скептицизм. Даниил только пожал плечами.
— Я уже давно о чем-то таком догадывался. Доказательств только не было, — спокойно ответил он. — Слишком уж отец радовался, когда я решил тут остаться. Было подозрение, что он ради моего будущего так старается, но все же не настолько он меркантильный и циничный.
— Думаешь, не настолько? — скептически приподняла Лана одну бровь.
— В первую очередь он хочет мне счастья. Не сомневаюсь, твоя мама тебе — тоже, — пояснил Даниил. — А быть счастливыми в браке по принуждению могут только мазохисты.
Вечером они сидели в гостиной, каждый в своём углу.
Как-то слишком сильно сблизившись за время болезни Ланы, они опасались поспешить, переоценить нахлынувшие чувства. Что если то, что испытывает она, всего лишь благодарность за помощь, а не влюбленность? Что если Даниилу так понравилось играть в героя и спасать прекрасную принцессу, что он вообразил и увлеченность ею, как в свое время Дон Кихот?
Лана скрючилась в неудобной с виду позе в ее любимом кресле-гамаке и иногда отталкивалась одной ногой, чтобы придать ему инерции. В руках у нее был планшет, но она не рисовала, а для разнообразия смотрела новости.
Кажется, в новой, заснеженной, реальности, даже те, кто никогда в жизни не включал телевизор и не интересовался сводками, начал это делать. Постепенно, с каждым днем сведения, сообщаемые в сети, радовали все больше. На выходных обещали потепление, и транспорт уже возобновил работу практически в полном объёме.
Только вот для Ланы это означало не только перемены к лучшему.
— Аэропорты открывают. Вроде все почистили, а что не успели — само растает послезавтра, — девушка ткнула в кнопку на ютубе, экран замер, а вместе с ним и открывший рот ведущий новостей. В наступившей тишине ее сердце колотилось оглушающе громко, отзываясь ритмом в ушах. — Этим летом можешь уехать обратно в Россию. Говорят, скоро введут новые правила для обучения, народу понравилось сдавать экзамены онлайн. Да и университеты так больше заработают. Макет проекта ты практически сдал, если закон вступит в силу — смысла тебе возвращаться не будет. Диплом тебе перешлют.
Даниил отложил в сторону учебник голландского, который до того прилежно изучал. Пособия, методички, словари и книги наводнили их небольшую квартиру, давая понять, что их владелец относится к грядущему экзамену на ассимиляцию вполне серьезно. И пусть он только через полгода: за это время вытянуть язык, из которого знаешь только неприлично звучащее «добрый день», на приличный разговорный уровень — задача не из простых.
В два шага он пересёк гостиную, вынул Лану из ее гамака вместе с покрывалом и планшетом, вернулся на диван и устроил ее у себя на коленях.
— Ты что делаешь? — с некоторым запозданием возмутилась она, тем не менее не пытаясь вырваться. Ей бы это наверняка удалось без особых усилий.
Потому и не сопротивлялась.
Обжигающе горячая рука на спине девушки чуть стиснула крепкими пальцами плечо, притягивая ее к мужу еще плотнее. Лана неловко изогнула шею, пытаясь разглядеть в темноте его лицо. Крохотные фонарики, которые они так и не сняли после Нового Года, беззвучно перемигивались над диваном, игриво выхватывая то изогнутые в усмешке губы, то крепкий подбородок с недельной щетиной.
— Я же обещал, что сдам экзамен на паспорт. Кстати, поможешь мне с этими вашими предлогами? Они меня уже, по правде, задолбали. Никак не разберусь, когда что употреблять.
Лана вывернулась из желанных объятий и щелкнула выключателем пузатой лампы на полу. Ей жизненно необходимо было видеть его лицо. Особенно во время настолько серьезного разговора.
— Ты вообще понимаешь, что можешь застрять тут еще на год? Если сейчас не переведешься на заочное, придется и дальше все живьём сдавать. Ты отца уже месяцев шесть не видел!
Даниил неожиданно навалился на нее всей немалой тушей, сжав ладонями лицо и глядя Лане прямо в глаза.
— У тебя, похоже, после болезни проблемы с восприятием информации. Я уже не раз сказал, что никуда не уеду. Еще раз повторить? Следи за губами. Я ос-та-юсь. Отец уже взрослый мужик, ему есть чем заняться. Докторская диссертация не дописана, грядки не полоты. А у меня семья. Молодая жена. Мало ли, дети, опять же.