Напарники поневоле

Поражалась их глупости и сентиментальности.
А сегодня…
– Проклятье... – простонала тихо и, запустив руку в свои кудрявые волосы, упала на подушку, продолжая смотреть на пожелтевший от старости потолок.
А сегодня, в объятьях Лайона, мне захотелось на этот самый край света. С ним. Словно своим поцелуем он окончательно разрушил мои стены, за которыми я пряталась от своего влечения к нему.
И хоть признавать это было крайне трудно, но я могла найти только одно объяснение этому вихрю чувств, что сейчас бушевал у меня внутри.
Я впервые влюбилась.
Влюбилась в мужчину, от которого нужно бежать куда подальше.
В мужчину, чьи манеры настолько отвратительны, что этого просто невозможно не заметить.
В мужчину, который предпочитает одиночество, холод и грусть, продолжая жить воспоминаниями о прошлом.
И в чьем сердце живет другая женщина.
Лайон Уэйд стал не просто моим напарником, он стал моим проклятьем…
В тишине дома послышались неспешные шаркающие шаги, и дверь в комнату тихо скрипнула.
– Мэйлин, ты пришла? – раздался сонный голос Элли.
– Угу, – протянула обреченно.
– А чего Лайон стоит у дома?
– Пусть стоит.
– Обидел тебя, мерзавец? – в голосе старушки угадывались нотки недовольства.
– Нет.
Я лгала. Обидел. Лайон Уэйд зацепил мою женскую гордость. И высмеял меня за проявленную слабость. Всю дорогу до дома Элли он потешался над тем, что не прочь бы повторить поцелуй, и как следует научить меня целоваться, потому что если я все же решусь выйти замуж, то с такими умениями отпугну всех женихов.
Но я не обижалась на его слова… Мои чувства задело не это…
А то, что для него этот поцелуй не значил ровным счетом ничего, в то время как я, казалось, до сих пор ощущала жар его горячих ладоней и вкус его губ.
Для него это стало обычным развлечением. Лайон ещё раз доказал, что я в первую очередь женщина, а не сыщик. И, естественно, не забыл мне об этом сообщить.
– Да не слепая я, – протянула Элли. – Вижу, что лица на тебе нет. Ну, я ему устрою! Мерзавец!
– Все в порядке, Элли, – я поднялась на постели, и взглянула на стоявшую передо мной старушку, в ночной рубашке до самых пят.
– Мэйлин, а я все же вспомнила, кого ты мне напоминаешь…
– Да? И кого же? – я вымученно улыбнулась, пытаясь поддержать наш необычный ночной разговор и сменить тему.
Признаться, мне было приятно, что все же Элли переживает за меня и ругает своего друга.
– Мелани Ренальди. Она была настоящей красавицей, такая же, как ты. Я хорошо знала ее родителей. Их дом находился за парком, где живут многие аристократы… – Элли села на постель и продолжила свой рассказ, пока я жадно ловила каждое произнесённое слово. – Сейчас дом заброшен и почти развален. Поговаривают, что эти земли прокляты. Ведь эту семью постигла совсем незавидная участь.
– Какая? – осипшим голосом спросила я.
– Мелани вышла замуж в столице, и долгое время жила там. Но в один из дней, она вернулась обратно к родителям, привезя с собой свою маленькую пятилетнюю дочь. Я не знаю, какие недомолвки у них произошли с мужем, но почти год она пробыла в Шейринге… Пока не случилась трагедия. В одну из страшных ночей на дом Ренальди напали. Поговаривали, что это были колдуны… А кто-то говорил, что видел возле дома альвов… В общем, в эту ночь всю семью убили.
– А маленькая дочь Мелани? Что стало с ней?
– Чудом уцелела. Две недели она прожила у семьи Сальтеро, а потом приехал отец и забрал девочку в столицу. И имя у нее было необычное. Короткое такое, веселое…
Я смотрела перед собой затуманенным от слез взором.
– Мэй?
– Я не помню уже, но что-то похожее...
В совпадения и случайности я не верила никогда. Но зато верила в то, что Саурон отправил меня сюда не просто так…
– Элли… – протянула тихо. – Мою мать звали Мелани Брукс.
Но вот ее девичьей фамилии я так и не знала… Потому что практически ее не помнила. Отец рассказывал мне лишь о том, что мать заболела и умерла, когда мне было три года. Неужели он мне солгал? Но зачем? Или Элли ошиблась? Ведь дети в шестилетнем возрасте все помнят… А у меня воспоминания о матери сводились только к ее рыжим волосам и доброй улыбке, и больше ничего…
В душу закрались нехорошие подозрения… Я вспомнила и внезапную помощь Кайла, и его дружескую поддержку… Но если бы я и была этой соседской девочкой, он бы мне точно об этом сказал.
Или нет?
Я ещё долго мучала Элли, устроив ей настоящий допрос, но все же сон взял свое…
Но проснулась я, как и старушка, в шесть утра, и не могла дождаться девяти часов, чтобы отправиться в отдел, и расспросить Кайла о той соседской девочке.
Неужели Уордлоу знал? Или мой отец все скрыл от него, но Саурон догадывался об этом? И почему я ничего не помню об этом?
И все же мое первое впечатление о Шейринге оказалось верным. Этот городок скрывал слишком много тайн, и мне это очень не нравилось.
Элли, мне казалось, оттаяла… И теперь больше напоминала мне добрую бабушку, которая печется над внучкой. По крайней мере завтрак, приготовленный старушкой, был великолепен.
Но прервал наше дружное утро громкий стук в дверь.
– И кого там черти принесли в такую рань? – хмыкнула Элли, поднимаясь из-за стола и неспешно направляясь к двери.
И стоило ей открыть дверь, как она тут же захлопнула ее назад.
– Иди отсюда, мерзавец, – шикнула Элли, и послала мне самую очаровательную улыбку, демонстрируя отсутствие некоторых зубов.
– Элли… Открой, – раздался с обратной стороны голос Лайона.
– И ж ты, чего захотел! Довел мне девочку до слез!
Я поперхнулась чаем. Что? До каких слез? Лайон же сейчас надумает, черт знает что!
– Элли, брось. Мы с мисс Брукс в хороших отношениях. И вообще, кто твой друг?
– Ты. Но обижать девочку тебе не дам.
– Позови, пожалуйста, Мэйлин. Я по делу.
Я нахмурились и взглянула на часы. Стрелки показывали семь утра. И раз Лайон появился на пороге, значит действительно – дело срочное.
Я подскочила на ноги, но Элли махнула рукой, приказав сесть на место.
– Я ее сейчас позову, а ты попросишь у нее прощения. Всю ночь она не спала, плакала… Экий ты идиот, Лайон Уэйд.
– Плакала? Из-за одного поцелуя? – возмутился Лайон, и я с силой ударила себя ладонью по лбу.
Вот кретин… И кто его за язык тянул? Он, по-видимому, решил, что я поделилась этой тайной с Элли.