Частичка тебя. Мое счастье

– Алена рассказала позавчера, – киваю.
– Ну так. Ты серьезно думала, что мне не озвучат, что за дела происходят в моем клубе?
– Ну… – признаваться, что я в это не особо верила – неловко.
– Итак, ты боишься Воронцову, – проговаривает Артем, – ты боишься, что она тебе навредит. Но каким образом, если сейчас она – в бегах, явно скрывается от следствия. Если её хоть кто-то заметит на территории клуба – её тут же скрутят и сдадут полиции.
– Но я все равно буду добираться туда и обратно, – возражаю, – буду ежедневно совершать маршрут в общественном транспорте, и меня можно будет отследить там. Я понимаю, это не ваша проблема.
– Забирай моего водителя, – внезапно произносит Тимирязев, и я аж вздрагиваю, до того неожиданно слышать эти слова.
– Что?
– Будешь ездить с клубным водителем, – проговаривает Артем, – если это сделает твою жизнь спокойнее и мы сейчас же прекратим разговаривать о твоем увольнении, пожалуйста. Хоть до декрета его себе оставь. И пусть он провожает тебя до квартиры. Все? Закрыли вопрос?
– Но… А вы как же? – теряюсь.
– У меня, представь себе, есть права, – фыркает Артем.
– Артем Валерьевич…
– Анжела, – он перебивает поток моих возражений, – ты – прекрасный специалист и отлично справляешься с организацией рабочего процесса. Я понимаю, что мы сможем найти тебе замену, но вряд ли это произойдет быстро. Я хочу, чтобы следующий сезон мой клуб встретил уже во всеоружии. Ты все подготовишь и уйдешь в декрет. Мы оба будем довольны друг другом. А если ты сейчас уйдешь – на рекомендации даже не рассчитывай.
Задумываюсь.
На самом деле… Я не была готова, что Тимирязев так в меня вцепится. После фиаско в Рафарме и на многих местах работы, что сменила за год, сама уже себе не верила, не верила, что могу представлять такую ценность, что работодатель просто откажется меня отпускать. И даже пойдет на дополнительные бонусы. И вот это все к тому, что он уже для меня сделал.
– Анжела, если я лично тебя обидел – прости, – вновь заговаривает Артем, – меня порой заносит, особенно, если женщина попадается такая сложная и интересная, как ты. И мы с тобой можем договориться, что это впредь не повторится. Я вполне себе справлюсь с этой задачей, если ты продолжишь на меня работать. Хорошо?
– Вы можете поискать альтернативу пока? – спрашиваю медленно. – Назначить её мне ассистентом, чтобы я обучила её и подготовила на случай своего увольнения. Или клуб не вытянет еще одну рабочую единицу?
– Ну, вообще вытянет, – Тимирязев неожиданно спокойно улыбается, – у нас тут новый инвестор нарисовался, знаешь ли. И с ним отношения таковы, что я уже почти созрел послать Вяземского к черту. Так что будет тебе ассистент. Выходи с больничного, и все тебе будет. А про увольнение, будем считать, что я и не слышал.
– Вы ужасный тиран, знаете? – хмуро спрашиваю, чуть неформальнее, чем стоило.
– Это моя харизма, крошка, – ослепительно улыбается Артем, – ну какая женщина добровольно согласится от меня уйти? Вот именно, что таких женщин еще не родилось на свете.
Я фыркаю, но поднимаю руки.
Как-то за неделю в частном перинатальном центре, после ежедневных мягких бесед с психотерапевтом, меня все-таки слегка подотпустило от того тяжелого страха, что изводил меня в госбольнице.
Наверное, все еще может обойтись, и я могу обойтись малой кровью.
– Ладно, поеду, – Артем Валерьевич бросает взгляд на часы и встает на ноги, – к сожалению, мое либидо требует внимания. И раз уж ты совершенно не желаешь мне покоряться, придется найти девочку посговорчивее.
Неисправимый. Мне уже даже не обидно, мне смешно.
– Подождите, пожалуйста, – останавливаю его, – у меня последний момент.
– Не про увольнение ведь? Убью ведь, Дездемона, если еще раз на эту тему рот откроешь, – он угрожающе округляет глаза.
– Нет, – шагаю к шкафу, ныряю в него. Достаю большой пакет, в который упакована куртка, протягиваю его Тимирязеву, – хочу вернуть её. Это был слишком дорогой подарок, я не могу его себе оставить.
Решение далось мне неожиданно сложно. С обручальным кольцом Берга и с бриллиантовыми сережками его бабушки я рассталась абсолютно безболезненно. А куртка…
Она была идеальной лично для меня.
И расставаться с ней не хотелось.
Артем недоумевающе приподнимает бровь, заглядывает в пакет, смотрит на меня… странно.
– Я понимаю, что в магазин, наверное, уже не вернешь, – оправдываюсь, – просто… Я чувствую себя неправильно. Этот подарок не допустим в рабочих отношениях. И я хочу…
– Расставить все точки в нужных местах? – он спрашивает, демонстрируя просто аномальный уровень понимания. – Да, понятно. И меня ужасно восхищает уровень твоей честности в отношениях. Вот только один вопрос, с чего ты взяла, что эту куртку тебе подарил я?
– Не вы? – спрашиваю удивленно. Он покачивает головой.
И…
– Нет, нет, нет, – встряхиваю головой, – Артем Валерьевич, я вас прошу. Я знаю, что у вас отличное чутье, и вы – мужчина щедрой руки, но давайте вы не будете водить меня за нос? На куртке была ваша открытка. Круглая. С подписью. Как на цветах.
– Да ну? – Артем приподнимает бровь. – Не сохранилась, случайно?
Сначала краснею, потом закусываю губу и шагаю к кровати. Вытягиваю белый картонный кружок из страниц книги, принесенной Ником.
– Совершенно случайно! – с нажимом, но все-таки оправдываюсь. Использовала как закладку. Я просто практичная!
Тимирязев смотрит на меня чуть-чуть насмешливо, а потом в его взгляде неожиданно проскальзывает грусть.
– Знаешь, иногда я чувствую себя форменным идиотом, – озвучивает, – например, сейчас, глядя на тебя, хранящую на память о подарках простые ярлычки. Будто я постоянно размениваюсь на стекляшки. А бриллианты разбирают без меня.
– Хороший заход, – киваю одобрительно, – я почти сражена. Почти поверила, что гожусь в бриллианты. Но может, уже скажете, зачем спрашивали про открытку?
– Самооценка у тебя дерьмо, – констатирует Артем, – если бы ты себя профессионально ощущала так же, как ощущаешь себя женщиной – я б тебя на работу не взял.
– Артем Валерьевич!..
– Я помню, как меня зовут, – Тимирязев вытаскивает из кармана телефон, закапывается в него, потом – протягивает его мне. На экране – открытое письмо, в котором картинками набросаны эскизы эксклюзивных ярлычков для букетов.
– Ох…
– Ну, извини, – Артем разводит руками, – но раз уж мы решили, что я выдерживаю с тобой дистанцию, значит, и пыль в глаза я тебе пускать не буду. Да, все свои открытки я заказываю у дизайнера. Он там своим каллиграфическим почерком все выводит. Меняю раз в месяц. Вот эти – эскизы проектов этого года. Найдешь среди них свой?