Проклятая кровь
[1] Прана в данном случае название жизненных сил, выделенных в отдельный тип магической энергии, наравне с маной.
Часть 1. Глава 7Через три дня после скоропостижной свадьбы маркизов лё Эрд, потрясшей все королевство, Всеволода разбудили посреди ночи.
— Нападение, — мрачно произнес слуга. — Некроманты.
— Где?
— Южный замок.
Быстро одевшись и выдвинувшись через внутренний портал на позиции, граф застал довольно неожиданную ситуацию. С юга к замку мерно приближались орды скелетов. А маги, оборонявшие укрепления, время от времени кидали в них мощные плетения. Больше напоминало не войну, а тренировку или даже игру.
— Что здесь происходит? — Спросил наш герой у Ридлиана.
— Нас осаждают.
— А почему так странно? Почему на приступ нормально не идут?
— Сначала нужно выжечь ману. Несколько ночей вот так поиграются, сжигая у нас все запасы. А потом и на приступ пойдут. Так всегда некроманты делают. У них с собой наверняка большое количество накопителей. Да и поднимать скелетов не так чтобы сложное и затратное дело. Средней руки некромант на одних только собственных запасах может их с тысячу поднять. Поднял десяток. Его разрушили. Так он эти кости снова поднимет, даже если они поломаны. И так далее. Пока мана не закончится.
— А что же произошло там в склепе? Почему темный жрец только один раз скелетов поднимал?
— Вероятно основные запасы маны ушли на поисковые плетения, — пожал плечами темный эльф. — Три часа поиска — не шутки. Тем более это был четвертый поиск. А может растерялся. Жрецы же не боевые маги. Вот с зафиксированной жертвой — да, могут многое сотворить. А так, — небрежно махнул рукой Ридлиан…
Атака шла волнами. Одна за другой. Всю ночь.
Было хорошо заметно, что нападающие специально провоцировали защитников на применение сильных площадных плетений. Тех самых, что крайне затратные и скоро истощают мага. Можно и слабыми бить, но целей очень много и маны уходило бы больше. Да и не остановить такими тычками эту орду скелетов. Их было слишком много для одиночных, точечных ударов.
Скучно, однообразно и очень… мрачно. Всеволод весь остаток ночи простоял на стене, наблюдая, как эти белые кости разлетались «веселыми костяными брызгами» раз за разом под мощными ударами.
Некроманты подняли не только гуманоидов, но и животных. Совсем уж не мельчили и грызунов не стали беспокоить. А вот скелетов всякого рода кошечек и собачек там бегала много. Из-за чего костяной массы было очень много.
Ближе к утру атаки прекратились. Так же внезапно, как и начались. Казалось бы — хорошо. Отбились. Да вот беда — все защитники были выжаты как лимон. Маны в личных запасах почти не осталось. За исключением дракона, который пока не участвовал в этом веселье, оставаясь последним козырем. Этакой гвардией Наполеона, которая держится в резерве до последнего.
— Завтра придется сюда перебросить защитников с Северного замка, — произнес Ридлиан. — Чтобы заменить этих. Потом пойдут в ход накопители. Но их у нас довольно мало. На одну, может две ночи хватит.
— А почему так мало? — Нахмурился граф.
— Все эти сорок два года со дня смерти твоего отца было тихо. Никто не хотел получить тут взбесившуюся магическую аномалию. Вот мы многие из них и продали. Даже портальные сферы на две трети уменьшили. Графство же не получало прибыли от прохода караванов и иной торговли, а в средствах нуждалось. Те же единороги, например, отказывались отдавать свои рога, заявляя, что их получит только законный граф.
— Рога? Кому они вообще нужны? Ручки декоративные для ножей вырезать?
— Нет, — покачал головой Ридлиан. — Отнюдь. Рога единорогов очень ценятся алхимиками. Из них делают много всяких редких и крайне востребованных эликсиров. Например, зелье полного исцеления Аэра. Прекрасное средство от любых болезней и ядов, как природного, так и магического характера. Очень редкое и безумно дорогое. Если бы оно было у вашего отца, то он не умер бы. Мы пытались найти, но не успели. Единственный флакон в продаже был найден поисковыми группами уже после его смерти. А сделать не могли — кроме рога единорога там много всяких очень редких компонентов. Хм. Или, например, эликсир юности Эктара. Для людей и прочих живущих недолго он очень важен. Одного флакона достаточно, чтобы весь организм омолодился, придя в свою высшую форму развития. Неделю обычно лежат лежнем, страдая от жутких, мучительных болей. Но даже древние старцы встают уже юными мужами в полном расцвете сил. Ну и, само собой, без какой-либо болезни — вырастают даже потерянные конечности. От яда, правда, не исцеляет. Увы.
— Единороги отказались, значит, давать? Хм. А почему нельзя подойти, дать кувалдой в лоб и спилить рог?
— Только отданные добровольно — белые — идут на высшие эликсиры. Взятые силой — красные — уже для них не подходят и пригодны лишь на полумеры. С трупов же снятые черные рога практически лишены своей ценности. Их разве что на украшения берут, как раз на те самые ручки ножей. Мда. В общем — с деньгами у нас было туго. Приходилось торговать чем есть. Выкручиваться.
— Я видел у дракона много всяких ценностей в подземельях. Он не мог помочь?
— Согласно клятве, он хранитель сокровищницы графа. И никто кроме графа к ней доступа иметь не может. Он бы и рад помочь, но не мог преступить клятву.
— Так. А если сейчас попытаться купить накопители? Продадут?
— Пустые — быстро и легко. Это не проблема. Было бы чем платить. А вот полные… вряд ли. Во всяком случае быстро не найти продавцов. Да и когда найдешь — начнутся переговоры. Нам ведь много надо. Это большой риск. Мало ли для чего они нам понадобились? И эти нападения — мало помогут. Может мы их специально подстроили, чтобы под шумок получить большую партию свободной маны и сотворить какую-нибудь пакость. А продавцам потом отвечать, ибо все вокруг посчитают их соучастниками.
Всеволод немного походил по стене в тишине, переваривая слова Ридлиана. Посмотрел на целое поле беспорядочно разбросанных костей, что почти подходило к каменной кладке. И, наконец, спросил:
— У моего отца была алхимическая лаборатория?
— Да, конечно.
— И есть запасы для опытов?
— Безусловно. Довольно большие. Мы их не трогали, потому что ничего редкого и ценного там нет. Он только-только начал осваивать это искусство.
— Хорошо. Пойдемте, покажете.
— Но вы же ничего не смыслите в алхимии! Да и без навыков работы с магией там ничего не сделать. Алхимия — это форма магии! Ритуальная и довольно сложная. К ней не подступиться без серьезной подготовки даже опытным и знающим магам!
— Зато я кое-что смыслю в химии. Там магия не нужна. Пойдемте. Сначала посмотрим, а потом уже выводы будем делать. И да — пошлите кого-то к единорогам. Законный граф вернулся и вступил во владение. И было бы неплохо получить оговоренное.