Ночь до дедлайна

Когда Михаил открыл дверь и вошёл, я просто сидела на стуле с ногами, и грызла край чашки, чтобы занять рот.
Он оценил картину, поставил передо мной треугольный контейнер с бутербродом, заглянул в монитор, вздохнул и достал телефон. Посмотрел на меня, на чашку, щёлкнул пальцами, привлекая внимание, и медленно, как умственно отсталой, приказал:
- Алиса, слушай меня! Встань.
Я встала.
- Сделай себе чай и поешь.
Я продолжала на него смотреть.
- Пойдём, - он взял меня за локоть и потащил к чайнику, пощупал его, включил, забрал у меня изо рта чашку. Тут я немного пришла в себя и сказала почти чётко:
- Спасибо, я сама умею, я справлюсь с вами.
Он усмехнулся и кивнул:
- Ну-ну.
Михаил вышел в коридор, я хлопнула себя по лбу, кусая губы, чтобы не начать ругать себя вслух, и услышала, как мой начальник в коридоре разговаривает, судя по всему, с редактором шестнадцатиполосника.
Я конечно была благодарна ему за то, что он вышел. Но мне всё ещё было прекрасно слышно. И такого выразительного набора ругательств я ещё не слышала никогда. Если коротко, то редактора назвали безответственным и ленивым по причине некомплекта мужских половых органов, и вытекающего из этого факта дефицита прочности и решительности в его невпечатляющем организме. А ещё бракоделом почему-то назвали, и это слово Михаил выплёвывал с таким презрением, как будто это было страшнее всего остального вместе взятого.
Я решила сделать чай, потому что мне сказали его сделать, если я и этого не смогу, то что же я тогда за сотрудник, тут все это умели в первую очередь.
Чайник закипел, я налила полчашки, вернулась за стол и открыла бутерброд, есть хотелось страшно, и он казался настолько вкусным, насколько вкусной вообще может быть еда для человека, который не виделся с ней больше суток. Утром я не завтракала, а йогурт на обед мне не дали допить Ирины ногти, я убрала его в холодильник и забыла о нём.
Вернувшийся Михаил застал меня с бутербродом в зубах и блаженно зажмуренными глазами, когда я их открыла, он стоял в дверях и улыбался, это жутко смущало. Он шутливо прищурил один глаз и спросил:
- Алиса Бойцова-Стажёр, скажи мне, только честно, представь, что я не твой начальник, и забуду ответ на твой вопрос через секунду после того, как услышу. Ты торренты не качаешь?
Я округлила глаза и замотала головой, он шутливо погрозил пальцем:
- Смотри мне, я это спрашиваю потому, что сейчас позвоню админу и всё равно узнаю. Если ты скажешь мне об этом сейчас, никто, кроме нас двоих, об этом никогда не узнает.
Я дожевала, и с долей обиды за такое недоверие, сказала:
- Я ничего не качаю.
- Видео, может быть, из Контакта? - хитро улыбнулся он, я немного смутилась, но ответила уверенно:
- Нет.
- Ладно, верю. - Он достал телефон, набрал кого-то, и стал ждать ответа с нехорошей улыбочкой человека, который сейчас создаст кому-то очень заслуженные проблемы. - Привет, Вань, ты за компом? Проверь наш трафик, и скажи мне, какой айпишник качает больше всего.
В трубке раздался голос, но слов я не разобрала, Михаил ответил:
- У меня файл, который обычно передаётся за сорок минут, показывает ожидаемое время восемь часов… Сейчас скажу, - он подошёл к моему столу, заглянул в монитор и прочитал какие-то цифры, придвинул соседний стул и сел, дотянулся до мышки, наклонившись ко мне так близко, что я увидела пыль в его волосах, и только сейчас обратила внимание, что он не в той одежде, в которой был на работе - на нём были потёртые линялые джинсы и растянутая футболка с маленькими прожжёнными дырочками, как будто на неё бенгальский огонь уронили. И эта футболка была пропитана потом, он весь был мокрым, и до меня с опозданием дошло, что вызывающий у меня приятную слабость божественный запах, это не парфюм, это пот. Я вытащила его из спортзала? И он приехал так быстро, как смог, даже не переоделся и душ не принял? Зато нашёл время купить мне бутерброд, да-да.
Он человек вообще? Это нормально?
Михаил разговаривал по телефону, я слушала его голос и смотрела на его руку с телефоном, на его шею… Он немного отодвинулся, и я немного наклонилась ближе, чтобы продолжать чувствовать запах, об него хотелось потереться всем телом, чтобы оставить немного себе, или украсть его вещь, и взять потом с собой в постель, чтобы чувствовать его запах и видеть его во сне…
- Алиса!
Я резко пришла в себя и отвела глаза, он помахал ладонью перед моим лицом:
- Ты здесь? Как слышишь меня?
- Нормально, - пробурчала я, глядя в сторону, он встал и пошёл к выходу, на ходу оборачиваясь и командуя:
- Слушай мою команду, стажёр. Задача - найти включённый компьютер.
- У нас все выключены, - я осмотрелась, он развёл руками:
- Выходит, не все.
- Но тихо же? - я замерла, прислушиваясь, он тоже замолчал и застыл, тихо вышел в свой кабинет, потом в следующий напротив нашего, потом в редакцию через стену, вернулся и сказал:
- У вас громче всего.
- Это холодильник, - я указала на старинный агрегат в углу, который тарахтел постоянно, как будто родился в те времена, когда надо было перевыполнять план. Михаил прошёл к нему, осмотрел со всех сторон, заглянул в просвет между стеной и холодильником, попытался сунуть туда руку, но она не пролезла. Я хотела предложить свою помощь, но он просто наклонил холодильник на себя, дотянулся до вилки и выдернул её из розетки.
Настала жуткая тишина.
Потом уши привыкли и выделили из этой тишины стрёкот ламп дневного света… и шорох кулера. Михаил посмотрел на ближайший компьютер и многообещающе усмехнулся:
- Ага.
Включил холодильник, поставил ровно, я подошла посмотреть - шумел компьютер Марины, но лампочка не горела - её заклеили пластырем. Я двинула мышку, экран ожил и показал иконку пользователя, с паролем.
Михаил без сложностей щёлкнул энтером, не сработало. Он набрал цифры от одного до пяти - тоже не сработало. Повернулся ко мне и спросил:
- Когда у неё день рождения?
Я посмотрела на него с сомнением в его адекватности, и шепнула:
- Я работаю здесь третий день, я даже не знаю, чем она занимается.
- Ерундой она занимается, непонятно, что ли? - он указал на её компьютер, как будто там было написано: "Марина, заниматель ерундой". Я вздохнула и посмотрела на часы - почти полночь.
- И что теперь делать? Звонить в такое время неудобно.
Он фыркнул и отодвинул стул подальше, полез под стол, бурча:
- "Неудобно". Хочешь, фокус покажу?
Я заглянула под стол, где он держал палец на кнопке сетевого фильтра, улыбнулся мне и нажал.