По битому стеклу

— Даже если и так, то ты прекрасно справляешься, — похвалил меня Плетнев. — В любом случае, придется тебе привыкать к обществу. Я вынужден общаться с огромным количеством людей.
— Это замечательно, только причем тут я? — немного нервно спросила я.
— Ты же мой помощник, — пояснил Плетнев. — Ты просто обязана меня сопровождать.
— А раньше на такие мероприятия ты брал с собой Славика?
— Иногда брал.
— Кстати, почему большинство личных помощников женщины, как считаешь? Разве работать с мужчиной не проще?
— А это с какой стороны посмотреть, — Плетнев взял меня за локоть и повел прочь от уборной. — Женщины более стрессоустойчивым, но, с другой стороны, подвержены влиянию гормонов. Они более гибкие, легче подстраиваются под обстоятельства, мужчинам сложнее быть в подчиненном положении. А личный помощник это почти всегда подчинение.
— Звучит, как какое-то сексуальное извращение, — усмехнулась я.
— И кто тут у нас зациклен на сексе? — Плетнев растянул губы в наглой улыбке.
— А не пошел бы ты, дорогой начальник, — я несильно стукнула его сумочкой по плечу и пошла в зал.
— Только вместе с тобой, — рассмеялся он.
Когда мы вернулись к обществу, Плетнев сказал тихо:
— Кстати, чтобы ты знала: я за равноправие в сексе, но не боюсь смелых экспериментов. С надежной помощницей, разумеется.
После этих слов я густо покраснела, как перезрелый помидор.
Больше скользких тем мы не касались.
Я ходила за Плетневым хвостом, слушала внимательно, иногда делала пометки в телефоне. Кстати, так же поступали и другие сопровождающие. У некоторых с собой были даже планшеты. Я, беспланшетная, порадовалась, что успела зарядить телефон и быстро строчила в заметках, когда Плетнев бросал на меня выразительный взгляд.
Пару раз у начальника звонил мобильный, но он, едва бросив взгляд на экран, сбрасывал звонки. Большого ума не надо было, чтобы понять — звонила Мири. С таким выражением лица только с «любимой» женой разговаривать.
Вечер закончился в начале одиннадцатого, и мы, попрощавшись, отбыли с сторону дома. Ехали молча, сил обсуждать что-либо не было, я действительно притомилась от общения.
 
— Ты отлично держалась, — похвалил Плетнев.
— Спасибо, — лениво отозвалась я.
— Даже не ожидал.
— А вот это уже обидно. Неужели я произвожу такое плохое впечатление?
— Ты отличный финансист, — ответил Плетнев. — Но, мне показалось, или тебя тяготят публичные мероприятия?
— Именно об этом я тебе говорила. А зачем взял меня с собой? Статус обязывал?
— Хотел посмотреть, как будешь держаться в непривычной обстановке.
— Отчего же непривычной? Не такая я уж и дикая, — недовольно буркнула я.
— Я этого не говорил, — начал раздражаться Плетнев.
— А прозвучало именно так, — припечатала я.
И тут он рассмеялся. Весело, от души.
— И что такого смешного я сказала?
— Мы ссоримся с тобой, как супруги со стажем. Да еще по такому глупому поводу. Не находишь, что это смешно?
И вот мне бы промолчать или сказать что-то в тему, но язык мой — враг мой, а мозги действительно устали и, по всей видимости, отправились отдыхать, потому что я спросила:
— А с женой ты тоже так ссоришься?
Смех тут же прекратился, в салоне воцарилась тяжелая тишина. Дальнейшую дорогу мы продолжили молча. Когда машина въехала в поселок, Плетнев прервал затянувшуюся паузу:
— Мы с Мариной давно уже не ссоримся.
А потом добавил без перехода:
— Через неделю я лечу в Малайзию. Ты сопровождаешь меня.
Плетнев отправился к себе домой, ничего больше не пожелав объяснять. Сказал только: «спокойной ночи» и оставил меня одну, переваривать информацию о Малайзии.
Я загнала машину в гараж, мысленно поблагодарив неведомого мне водителя за помощь в починке колеса, отметила, что замок калитки снова исправен и вернулась мыслями к тому, что сказал Плетнев.
Ясно, что не на свидание позвал. В командировку. Но ведь вдвоем. А мог бы и не брать, так ли уж ему нужна неопытная помощница с повадками мизантропа. Все-таки, я прежде всего аналитик, а в качестве личного помощника работаю всего ничего.
Усилием воли запретила себе ломать голову над сообщением начальника и отправилась спать. Утро вечера мудренее.
Утром я опять могла наблюдать трогательную картину проводов Плетнева на работу. Кстати, он не стал дожидаться, когда я выеду из дома. Кивнул жене на прощание, сел в машину и был таков. Кажется, сегодня в поеду в гордом одиночестве. Закралась мысль, что вчера мне удалость обидеть начальника, хоть и не похож Плетнев на трепетную барышню, но у меня явный талант наступать людям на больные мозоли.
Впрочем, мои рассуждения об обидах и мозолях оказались пустыми — как только я выехала из нашего поселка, внедорожник Плетнева привычно пристроился за мной, и я поймала себя на том, что улыбаюсь, поглядывая в зеркало заднего вида.
Начальник подошел ко мне на служебной парковке.
— Доброе утро.
— Здравствуй, — кивнула я в ответ.
— Сегодня меня во офисе не будет. На почту скинул тебе документы, нужно, чтобы ты все изучила и дала свое заключение.
— Сделаю.
— По поездке, — продолжил Плетнев невозможно деловым тоном, — вылетаем в следующий вторник. Летим в Куала-Лумпур на пять дней.
— Там будут какие-то переговоры? — задала я вопрос.
— Конференция.
— Я могу посмотреть материалы? Хотелось бы знать, куда летим.
— Все документы по конференции тебе передаст Славик.
— Он полетит с нами?
— Зачем? — удивился Плетнев.
— Но он же твой помощник.
— Ты тоже мой помощник. А два помощника на одной конференции многовато даже для меня. Не находишь?
— Не знаю. Ты начальник, тебе виднее.
— Форма одежды деловая, — продолжил распоряжаться Плетнев. — Но не забудь несколько вечерних нарядов, по вечерам нас ожидает обширная культурная программа. Кстати, ты как переносишь полеты? Не укачивает?
— До сегодняшнего дня не укачивало.
— Отлично, — кивнул Плетнев. — Если сможем выкроить время, слетаем в Сингапур.
— Там тоже конференция?
— Там культурная программа. И не забудь взять с собой купальник и удобную обувь. Кроссовки или кеды.
— Мы будет ходить пешком? — улыбнулась я.
— Мы будем гулять.
— В рамках конференции?