P. S. Я люблю вас, профессор

Ёся сжал мою ладонь, обращая на себя внимание. Я подняла глаза, отвлекаясь от мыслей.
– Пойдем, – одними губами прошептал он и двинулся к двери.
Бросив последний взгляд на девушку, все так же отрешенно смотревшую куда-то мимо отца, засеменила следом.
    
А Шмель всё ближе
После выброса в кровь приличной дозы адреналина жутко хотелось есть. К тому же, последние несколько дней я очень скромно питалась, организм успел здорово настрадаться и даже задуматься о грозящей голодовке. Кто меня не знал, наверняка подумали бы, что сижу на диете, но нет, глупостями такими я не занимаюсь. Сколько себя знала, ни в чем себе никогда не отказывала. Просто сейчас то одно, то другое и толком поесть времени не находилось.
Евы видно не было, с Лёлькой я не разговаривала, да и желание видеть ее физиономию напрочь отсутствовало. Так что, компанию мне составил Шмель. Господи, кто б сказал неделю назад, что я вот так буду сидеть напротив Ёси и уминать картофельный пирог! Покрутила б пальцем у виска, не иначе.
Сунув в рот кусок вкуснятины, скосила взгляд на парня. Он задумчиво ковырял ножом в остатках куриного окорочка. Выглядел совершенно на себя не похожим – тихим, хмурым, погруженным в мысли. Такими темпами, он таки добьется своего… Намозолит мне глаза до состояния влюбленности, вот смеху то будет! Как раз от действия приворота избавлюсь, и отдамся во власть очередного сумасшествия.
Да уж, такая альтернатив совсем не радовала. Даже аппетит притупился и немного замутило. Передернув плечиком, отложила вилку и взялась за стакан с вишневым соком.
– О чем задумался? – подала голос я, лишь бы отвлечься от больного воображения.
Ёся отложил наконец нож и откинулся на спинку стула.
– Не могу понять, как этот колдун сюда пробирается. И что за ритуал готовит.
– Готовит? – я удивилась, – Разве он его уже не провел? У Карины же под ноль отобрали силы…
– Я хорошо разбираюсь в этой разновидности магии, у меня мама ритуаловед. Если в ритуале используется чужая энергия, одним источником не ограничивается. Никогда. К тому же, они говорили о второй девушке, которую почему-то отпустили, – он прикусил губу, глянув в сторону соседнего стола. За ним завтракали еще несколько человек. В такую рань тут практически никого не было, – Может, ее магия не подошла… Или она приманка…
По спине пробежал холодок. Отставив стакан, обхватила себя за плечи.
– Какая еще приманка, что ты жуть наводишь?
Шмель перевел на меня взгляд, усмехнувшись:
– Мнительная ты слишком, не бывать тебе хорошим сыщиком.
– А я и не собираюсь. Вообще-то, на целительском учусь. А ты меня втягиваешь в чертовщину всякую!
– Ладно тебе, Огонек. Ты и сама не против, признайся.
– О чем тебя ректор расспрашивал? – перевела тему, с досадой отмечая, что гаденыш попал в самую точку. Происходящее и правда затягивало не на шутку. – Ты упоминал обо мне?
– Боишься, что тебя в чем-то заподозрят? – он прищурился, подавшись вперед и облокачиваясь на столешницу, – Не переживай, о тебе ничего не сказал. Да ты ведь толком ничего и не видела. Разве что на заброшенном этаже, туфлю вместе нашли. Но она так и пропала…
– Черт! – я подскочила, едва не свалив стул, – Туфля! Она у меня в комнате.
Шмель поднялся следом, меняясь в лице.
– Ты серьезно? Они ж сейчас весь замок вверх дном переворачивают, ищут зацепки, улики, любую мелочь. А ты главный вещдок к себе утащила?
– Ну кто ж знал! Я вообще забыла о ней!
Пипец, только этого мне не хватало. Мало того, что бутыль с приворотом своей энергией пометила, так еще и обувь похищенной. Похоже не миновать мне приезда папеньки и постыдных разбирательств. Свяжутся с ним обязательно, сообщат обо всем, как пить дать. Что ж делать-то? Решение пришло в тот же момент:
– Надо к ректору идти… Расскажу лучше сама всё, пока ко мне поисковик толпу боевых магов не привел, – я потерла переносицу, чувствуя, как голову медленно, но верно сжимает обруч боли, – Или к профессору Темных Искусств. Раз он этим всем занимается…
При одном лишь упоминании Котовского, в груди потеплело. Изрядно поднадоевшее чувство болезненной влюбленности готовилось зайти на новый круг.
Ёся помолчал. Меж бровей пролегла морщинка, на физиономии отразилась усиленная дума.
– К профессору лучше. Ректор ведь уже в курсе той версии, где я один на заброшенный этаж ходил.
– Да, ты прав…
– Пойти с тобой?
– Не надо.
Не хватало еще свидетелей поблизости. Шмель не тупой, раз-другой увидит мою реакцию на профессора и всё, пиши пропало. Я все-таки надеялась, что моя тайная любовная история не выйдет из узкого круга о ней осведомленных.
***
Да вы только гляньте, как она на него смотрит! Вот ведь гадюка подколодная, так и повисла бы на нем, если б могла! Взгляд поволокой, склонилась, упершись в столешницу наманикюренными пальчиками, увлеченно что-то профессору рассказывает. Чуть ли сиськами перед носом не трясет. Хоть бы вырез постеснялась такой в Академии носить, еще на звание препода претендует, шалашовка.
Я стояла у открытых дверей кабинета Темных Искусств и терпеливо ждала своей очереди на аудиенцию к Котовскому. Правда внешнее спокойствие ни коем образом не пересекалось с внутренними молниями, уже готовыми разорвать меня на части. Какое-никакое действие эликсира похоже закончилось, уступив место бешеной ревности, вперемешку с желанием здесь и сейчас заявить на мужика права, которых у меня в общем-то не было. Отголоски разума пытались сопротивляться и у них, к счастью, еще что-то худо-бедно получалось. Но если эта мымра крашенная наклонится вперед еще хоть на миллиметр…
– Ты чего тут забыла? – вдруг произнесли совсем рядом.
Обернулась, еще не до конца придя в себя. За спиной я сжимала сверток с чужой туфелькой. До побелевших костяшек сжимала, дабы не засандалить ею прямиком в блондинистую башку Флоры Ригз.
В мою сторону шла Лёлька. Не хочется этого признавать, но она сейчас буквально спасла меня от худшего. Ну, когда-то ж «подруга» должна начинать искупать свою вину. Хотя бы вот так, не осознанно.
– Не твое дело, – мрачно буркнула я, отворачиваясь и бросая косой взгляд в профессорский кабинет.
Флора уже не опиралась на рабочий стол, а стояла, скрестив руки на пышной груди. Сдавила свои караваи, того и гляди, выпрыгнут из кружевной кофты. Нет, ну это вообще ни в какие ворота! Почему для студенток есть форма, а для преподавателей даже элементарный дресс-код придумать не удосужились? Несправедливость, как она есть.
– Ладно тебе, Агния, – не унималась Лёлька, – Давай помиримся? Так и быть, поверю, что тот раз ты повисла на профессоре из-за действия зелья…