Живой ты не вернешься. Книга 2
– Переживет, – донеслось сквозь скрежет. – В отличие от тебя!
– Подождет еще двадцать лет следующую? – Я направила рассеивание в крышку, заставив ее замереть, и издевательски добавила: – Раз уж вы все равно обе реликвии упустили. План по достижению великой цели летит в тартарары.
– Умри сейчас и не мучайся, – бросил Юстин раздраженно, – ты лишь один из пунктов.
Опять потянуло смрадом, надгробная плита ожила. Стукнулась об укрывающую меня усыпальницу и принялась дергаными рывками отрываться от пола.
– Один из пунктов, – ответила я, готовя чары порадикальнее, – которым Велизар предпочитает заниматься лично.
– У каждого свои странности, – отозвался Юстин без должного преклонения перед создателем Культа. – Впрочем, сильнейший маг в Империи может позволить себе любые. Вкупе с не менее странными представлениями о чести. Знала бы его – поняла. Но… – Мне почудилось, что он усмехается из темноты. – Не твой вариант.
Мы ударили одновременно: дух – поднятой с пола крышкой – и я – мощнейшим залпом энергии. Тьма разметала эту дрянь призрачными ошметками по склепу, подхватила плиту, отбросив в сторону Юстина. Не попала! Крышку с размаху швырнуло в стену, расколов, на пол упали две кривые половины. А настолько ли тут удаленное место, что на грохот никто не прибежит?.. Хотя Юстин, похоже, об этом не беспокоится, а ему меньше всего нужны свидетели…
Я обновила щит и соединила пальцы в боевом пассе, примеряясь для нападения. Как назло, из-за моей прыти запястья снова закровили, пришлось отвлечься и потуже затянуть повязку. По потолку ползли уже знакомые «паутинные» нити, но сплетались не в столь искусный узор, какой был. Юстину поврежденное плечо мешает колдовать? Отлично. Снесенная голова будет мешать еще больше! Только сначала надо урвать у него хоть мало-мальски полезную подсказку о своей силе. Я по-прежнему далека от использования двух магий одновременно.
– А вы лицемер, – выпалила я, точечными импульсами обрывая призрачные нити, – писали, что вам жаль оставленного без должного внимания дара Камены, а знакомство со мной заканчиваете столь скоропостижно. Нет бы посмотреть, как в одном человеке уживаются свет и тьма…
– Вижу я, как они в тебе уживаются! – бросил он презрительно из густой тени. – Никак.
– Пока что. – Я высунулась из-за усыпальницы – к моргающему свету лампы, прицелилась в темноту его угла. – Но я идеальный объект для исследований. Вы хотели разобраться в слиянии противоположного, а у меня два берега…
– С чем тут разбираться, в бедах с твоей головой? – Юстин то ли уклонился от моих атакующих чар, то ли я промазала. – Берега у нее…
– А у вас чушь про любовь в качестве ключа, – прошипела я, пытаясь прицелиться получше, но в тенях за дальними усыпальницами даже силуэта не просматривалось. – Попробуйте что получше придумать!
Не стал. Замолчал, притихнув. Скверно… По голосу можно было хотя бы примерно определить, где он. Темнота в противоположном конце склепа густела, а его скрывающий ауру артефакт напрочь лишал меня шанса уловить энергетические вибрации противника. И ближе не подойдешь… Мало того, что плитой прилететь может, так Юстин еще и физически сильнее меня, неважно, что мы оба ранены. Но если я увижу его четко, то смогу направить смертельное проклятие, усиленное моей же кровью. Он явно это понимает, вот и прячется.
Меня затрясло от ставшего собачьим холода, воздух пропитался омерзительным запахом какой-то падали. Юстин призывает новую нечестивую тварь?.. Свет бы мне сейчас очень пригодился! И склеп вспышками осветить, и его побольнее ударить, и себя подлечить. Но я предпочла остаться на другом «берегу» и внимательно следить за темной энергией вокруг. Бить на одних эмоциях – не вариант. Выходит разрушительно, бездумно и бесполезно. Убедилась с Северином, когда продула подчистую! Необходимо быть умнее. Рассудительнее. Просчитать, а потом ударить – максимально эффективно. Иначе вымотаюсь от неудачных попыток, меня подловят и прикончат.
Я замерла, отслеживая, откуда вьются призрачные нити. Они уплотнялись, сотканный грубый узор опасно подрагивал. Вот-вот нечто явится по мою душу! Спокойно… Не злиться, не бояться, не спешить. Вдох, выдох, пар изо рта. Сосредоточившись, я рассмотрела, что нити немного сменили направление и берут начало из другого темного угла, из-за статуй. Похоже, наш паук переместился туда!
Не мешкая, я вскочила на ноги. Заранее заготовленный пасс, концентрация, аккуратно выпущенный импульс. Он уронил лампу с усыпальницы, не загасив пламя, и покатил в темноту нужного угла. Считаные секунды, мелькнувшая среди каменных изваяний фигура. Этого хватило… Направленное движение, древние слова, приправленные не сдерживаемым больше гневом. Вырвались самые темные из чар, все пропиталось тленом и смертью. По полу прокатился ледяной порыв ветра – ко мне, затушив огонь в лампе. Я атаковала эту невидимую дрянь волной тьмы, прячась обратно в укрытие. Духа со свистом куда-то отбросило. Окутав себя щитами в ожидании его повторного нападения, я напрягла зрение, чтобы хоть что-то высмотреть во мраке, в который погрузился склеп. Тщетно… Никакого источника света!
– Так это ты… – прохрипел Юстин из того же угла. Живой, к сожалению. – Прокляла того адепта у кабака.
– Ага, я, – не стала отрицать. – Вы следующий.
– Не дождешься.
Видимо, на нем был защитный артефакт, поглотивший проклятие. Плюсы – он израсходован. Минусы – повторить столь энергозатратные чары смогу не скоро… Руки немели, по телу растекалась предательская слабость. И крови я успела потерять немало, время работает не на меня.
Надо мной навис почти осязаемый холод, удушливо окутало чем-то непомерно тяжелым. Я выпустила густую вязкую тьму. Духа плотно облепило ею и сдернуло с меня. Вдавило в пол, раскатывая тонким слоем. Поддерживая заклинание на потусторонней твари, я окружила себя защитными чарами, понимая: теперь Юстину незачем от меня скрываться. Сейчас вычислит по ауре, где я, придет и свернет мне шею. Раз убить его проклятием не удалось, надо атаковать светом и сдерживать тьмой. Справлюсь! Обязана. Пусть не могу использовать их вместе, но быстро переключаться-то никто не запрещает. Главное – не загасить свои же заклинания друг об друга…
Дух задергался под толщей тьмы, рывками пробиваясь наружу. Пол дрогнул и, кажется, пошел трещинами. Накинув на нечестивую дрянь побольше сковывающих чар, я отползла от нее. От холода била дрожь, зубы стучали друг об друга. Воздух ощутимо завибрировал, в нише за моей спиной звучно раскололась ваза. Мой ход! Я подтянула сползшую повязку и выкатилась из-за усыпальницы.
Светлый берег, яркие вспышки, утонувшее в них пространство, Юстин с ослепленным прищуром за соседней усыпальницей. Свитый над собой клубок из нитей энергии, незаметной для темных магов. Он выдал замысловатый пасс, я вернулась к тьме, быстро оборвала нити паутины, норовящей оплести меня коконом. Ваза затряслась, лопнула… Но осколками не разлетелась. Они зависли на мгновение в меркнувшем свете вспышек и рывком устремились ко мне. Закрученный мною темный вихрь отбросил их в Юстина, он увернулся. Я веером направила импульсы в узлы свитой им призрачной сети, чувствуя, как теплеет и перестает дребезжать воздух. Ненадолго… Что-то рябящим зигзагом влетело в статуи – первую, вторую, третью, разметав весь ряд обломками по склепу. Наколдованная волна тьмы отбила метившую в меня глыбу, я ответила Юстину облаком, вытягивающим жизнь и застилающим обзор. Сработало – отвлекся, применив какое-то призрачное рассеивание!