Университет Междумирья. Уйти, чтобы вернуться
– Веселишься?
Я развернулась к Кеннету. Поднялась на цыпочки и, запечатлев на его губах поцелуй, доложила:
– Вовсю!
– Какая светская львица и безудержная тусовщица… – Он поймал мои губы, и на несколько секунд весь мир перестал существовать. – Поиграла, во что я советовал?
Выслушав подробный рассказ, Кеннет покачал головой:
– Ну-у-у… Могли бы вам задание поинтереснее придумать.
– Покаверзнее? – прищурилась я.
Он хохотнул и повел меня в свою компанию темных магов. Те дружеский сеанс устроили с призывом потусторонних сущностей. Импровизированная комната страха, экстрим… Вылезали дымчатые силуэты бабаек, шевеля занавески и вазы, я то смеялась над тем, как пугаются другие, то пугалась сама. В надежных объятиях Кеннета впервые подумалось: а ведь, несмотря на всю контактность, у него тоже толком нет друзей. Немудрено. Опасно сближаться с кем-то, не то что доверять, когда есть тайна о демоне, которая может стоить тебе жизни. Кеннет такой удивительно открытый и замкнутый одновременно. При этом все его любят, даже обожают. Защищали во время ареста, петиции массово подписывали и сейчас за него горой, а держат установленную дистанцию. Идеально. Вдруг я смогу так же, как он? Однажды…
Вырвался вздох, опять взгрустнулось. Но грусть эта была уже немного другая – светлая и какая-то осознанная. Не хотелось ни плакать, ни сокрушаться. Прогресс! Пожалуй, я на верном пути.
Глава 9В лифте я пригладила волосы, смахнула со лба выступившие капли пота. Пока бежала, запыхалась… Зачем бежала? От нетерпения! Со мной связался прибывший с Винара Дарен. По ментальной связи, когда я доедала завтрак и строила с Кеннетом совместные планы. Но какой может быть выходной после такой новости?.. Шелан в прошлом сумел выйти из долгого творческого кризиса и вернуть создательский дар! Срочно нужно узнать подробности и повторить его подвиг. За этим меня и пригласили, обещав выделить весь день. Судя по всему, работа предстоит немаленькая… Неважно, я готова! Главное, что моя сила не потеряна, уж теперь-то сто процентов.
Двери лифта разъехались – издевательски медленно, я протиснулась в них, едва это стало возможно, и вылетела в прихожую к ровной глади бассейна. Живут же некоторые университетские звезды… Личные апартаменты на целый подземный этаж, несколько огромных комнат, поражающий воображение футуристический интерьер. Кеннет мог бы жить так же, в общежитии факультета оккультных наук. Но предпочел уединиться, по понятным причинам.
Шикарность обстановки портили серые коробки. Много, целая гора, выстроенная кривыми башнями. А на верхней коробке… Неужели вправду он? Я подошла ближе и встретилась взглядом с умными стеклянными глазками дракона. Серебристого дракона-ханика, которого я делала на Винаре. Действительно он. Когтистые лапы, перепончатые крылья, алый «галстучек» на груди.
– Красавец, – нагнал сбоку голос хозяина, – решил забрать его.
Видимо, не только его… Выглядит так, будто прихватил полное собрание шеланских записей. Я обернулась, стоявший на пороге комнаты Дарен поманил пройти. Там находилась гостиная – с книжными шкафами, будто из отдельных кубов склеенными, и гладким, на вид пластиковым диваном. Благо вполне мягким, поверхность даже прогнулась под моим весом. На высоком журнальном столике стояла коробка, похожая на те, что в прихожей. Дарен погладил ее задумчиво и сел рядом со мной. Молча и вовсе на меня не глядя. Казалось, его взгляд намертво к коробке приклеился.
Я поерзала на месте, испытывая довольно противоречивые чувства. Ужасно хотелось обещанных подробностей, но узнавать их было страшно. Неспроста Дарен мое творение прихватил… Какой-то эксперимент предстоит? Кстати, о ханиках! Где тот рогатый заяц, которого я в качестве друга Ярушке сшила? Демоненок его куда-то припрятал, и, по всей видимости, надежно. Народ до сих пор не нашел случайно и не поднял вой, что это за штуковина неведомая с аномально высоким зарядом.
– А не опасно ли ханика в прихожей выставлять? – возник у меня вопрос.
– Спрячу потом, ко мне все равно никто не ходит.
Мариса тоже… Я мысленно себя одернула. Говорить о ней не стоит, тем более что Дарен не спрашивал. Да и что я могу рассказать? Как ей плохо и она утешается по барам? Ему наверняка не столько польстит, сколько мрачных дум добавит. Лучше думать о ханиках! О том, как починю дар и научусь колдовать темную магию через татуировку. Помогу Кеннету избавиться от демона, а потом мы вновь попробуем отыскать Ярушку в бездне.
– Я перечитал дневники Шелана. – Дарен наконец оторвался от коробки. – Их содержание вдоль и поперек помнил, но получилось вчитаться между строк с учетом всего, что нам стало известно.
Он перевел дыхание, словно рассказ обещал быть длинным и сложным.
– Алена, ты в курсе предыстории. Создав Междумирье, Шелан вскоре бросил все. Распустил свою команду магов и заперся дома на Винаре. Оборвал связи с внешним миром, ни с кем не общался, кроме семьи. В дневниках описаны его затруднения с магией, которые я прежде принимал за выгорание или попросту усталость. Сотворить отдельный мир – огромный труд, требующий колоссальной отдачи. Однако Шелан больше, чем устал. Он в себе разочаровался – это по записям четко прослеживается. Цитирую: «Потерял былые умения, запал иссяк». Выход в итоге он отыскал и опять взялся за стихи. Немало сочинил, и в них в основном про переосмысление творчества говорится.
В гостиной повисла напряженная тишина, вниманием рассказчика безраздельно завладела чертова коробка.
– Не томи! – взмолилась я.
– Шелан писал про внутреннее равновесие и что нельзя торопиться. Тебе необходимо время.
– И все?
– Да, – абсолютно серьезно ответил Дарен, – отдохнешь, переключишься, преодолеешь творческий кризис. Новые впечатления – ключ к вдохновению.
– На это нам понадобится весь день?!
– Боюсь, понадобится больше, и я в этом деле, увы, не помощник.
– Я не о том! Ты позвал меня к себе так, словно мы засядем надолго.
– Засядем… – Он помассировал переносицу. – Только по иному поводу. Ситуация оказалась сложнее. Я всегда удивлялся тому, как основательно Шелан подошел к затворничеству. Отгородился, защиты наставил. Не дом, а крепость неприступная. Сопоставив факты и глубже проанализировав дневники, я понял, что он прятался по веским причинам. Не от надоедливых фанатов. От кого-то другого, могущественного. Людей, которые чего-то хотели от него из-за его сил.
– Каких людей? Что им было нужно?..
– Конкретной информации ноль. Лишь намеки, что давать им желаемое ни в коем случае нельзя. Что эти люди не успокоятся и спустя века найдутся их последователи.
– Получается, у меня имеются могущественные враги?! – Бросило одновременно и в дрожь, и в жар. – Но подробностей мы не узнаем…
– Есть способ узнать.
Дарен раскрыл коробку. Внутри, в окружении пуха, перьев и магического «пенопласта» лежала маленькая сфера – стеклянный шар, внешне ничем не примечательный. У моей мамы пылилось нечто наподобие, подаренное родственниками и убранное на шкаф вместе с подставкой. У этого шара даже подставки не было, и выглядел он мутновато. Протереть хотелось.