Во всем виновата водка (ЛП)

К счастью, Джереми, которому, очевидно, было так же неприятно слышать комментарии, как и всем остальным, спас нас всех, вклинившись и меняя тему.
― Итак, как вы познакомились?
Мы посмотрели друг на друга, вспоминая тот момент, когда я подошла к нему. Словно по команде, мы начали смеяться, и я поняла, что он представил, как мы рассказываем им историю нашего знакомства, чтобы посмотреть, как у них отвиснет челюсть.
Собравшись с мыслями, я рассказала свою версию, не отрывая взгляда от Остина.
― Мы познакомились на вечеринке в колледже, он покорил меня вафлями в полночь.
Я хотела изучить каждую реакцию, промелькнувшую в этих зеленых глубинах, когда рассказывала о нас. Хотела уделить время изучению того, как они потемнели, когда моя рука продолжала блуждать по его телу.
Губы Остина изогнулись в едва заметной ухмылке, заставив меня улыбнуться еще шире.
― Сначала вы были друзьями? ― спросил Джереми.
― Да, ― ответил он. Его ухмылка сменилась чем-то более нежным, не могу припомнить, чтобы видела что-то подобное раньше. Что-то отличное от того, что вызывало мое прикосновение. ― Но я влюбился в нее с первого взгляда. Я просто выжидал, пока она попадет в мои сети.
Он нежно убрал волосы с моей щеки, добавляя декораций к шоу. Потому что это было шоу... верно?
Мои соски затвердели, а сердце затрепетало под волнами электричества, трепещущими в моей груди.
 Это должно быть шоу. 
 Это шоу, напомнила я себе. 
 Это не реально. 
 Даже если бы это было реально, я бы не хотела этого. 
 Ни за что. 
 Конец. 
Тогда почему мое тело продолжает самовоспламеняться?
― Ужин готов, ― объявил кто-то, но я едва расслышала.
Я была слишком занята, пытаясь собраться с мыслями и прогнать безумный туман, окутывающий мой разум.
Остин опустил руку, и момент был упущен, но слова никуда не делись.
Влюбился в меня?
Может, он имел в виду, как друг. Ну, я любила Остина. Он был моим лучшим другом. Но что-то в том, как он это сказал, как осторожно прикоснулся ко мне, было похоже на нечто большее, чем дружба.
Влюбился в меня?
Мысли настолько поглотили меня, что я не обратила внимания на женщину, зашедшую в обеденный зал как раз перед тем, как мы сели.
― Извините, я опоздала. У меня была встреча по поводу внештатной работы, и она затянулась, ― объяснила белокурая секс-бомба, слегка вздрогнув и рассмеявшись.
Она оглядела комнату, одарив всех извиняющейся, лучезарной улыбкой, но застыла, когда ее взгляд остановился на нас. Нет, не на нас на... Остине.
― Остин? ― выдохнула она, её улыбка испарилась.
― Обри. Привет, ― ответил он, его слова были медленными и неуверенными.
Однако ее уверенности хватило на них обоих, потому что она использовала свои амазонские ноги, чтобы пересечь комнату, и в следующий момент рука Остина выскользнула из моей, чтобы обхватить эту женщину.
Что-то пронзило мою грудь, словно острый укол. Все произошло так быстро, что я не успела ничего понять. Единственное, что мне было известно ― мне это не понравилось.
К счастью, она отстранилась.
― Вау, мы так давно не виделись.
― Да, несколько лет.
Остин провел рукой по волосам. Как и у моего отца, это был явный признак дискомфорта.
― Прошу прощения за свои манеры, меня зовут Обри, ― сказала она, наконец, обращаясь ко мне. ― Я дочь Уильяма Доусона.
― Рэйлинн Воз, ― представил меня Остин.
Я изучала ее, пытаясь понять, что так взволновало Остина. Она стояла ― величественная, потрясающая, уверенная, вежливая, словно спасала детей в зоне боевых действий и при этом выглядела как супермодель, хотя не принимала душ пять недель.
Она выглядела как белокурая версия Веры с жемчугом и безупречными манерами.
Ничто из увиденного не потрясло меня. Мне нравилось видеть других женщин, уверенных в себе. Нет, меня беспокоило то, как она смотрела на Остина, словно он был лучшим стейком в ее жизни, и она отдала бы свою левую сиську, чтобы получить его снова, но была слишком вежлива, чтобы действовать в соответствии с этим.
 
Это было единственным оправданием тому, что вылетело из моего рта дальше.
― Его жена, ― добавила я, протягивая руку.
Внимание Остина переключилось на меня, и я могла только представить, какое замешательство охватило его. Но я не могла взглянуть на него, потому что была слишком занята, пытаясь удержать на лице улыбку, чтобы скрыть смятение, которое в данный момент терзало меня.
― Жена? ― Она протянула мне руку так же медленно, как и слова, с трудом слетавшие с ее губ. ― Ты женился? ― спросила она Остина.
― Недавно, ― пояснил он.
Сейчас он совсем не был похож на человека, который хотел сохранить наш брак. Что-то оставалось за кадром ― что-то, что было известно только им.
Прежде чем я успела задать какие-либо вопросы, моя мама подошла к нам сзади.
― Мы можем поговорить за столом. Давайте присядем.
Вежливо улыбнувшись Обри, я прошла мимо нее, чтобы посмотреть бейджи с именами за длинным столом. К счастью, место Обри оказалось в отдалении от нас, прямо напротив тускло мерцающих свечей. Пока мы ели вкусную еду, велась светская беседа. По крайней мере, я предполагала, что еда была вкусной. Я почти ничего не попробовала, мой разум был слишком поглощен мыслями о том, что было между Остином и Обри, и почему он перестал при каждом удобном случае слегка прикасаться ко мне. Или почему он не смотрел в мою сторону.
Он избегал меня, или я была параноиком, а он просто был сосредоточен на еде? Я не могла отделаться от мысли, что его реакция была вызвана тем, что она была кем-то особенным. Если так, то почему я никогда не видела ее раньше? Я знала всех, с кем встречался Остин.
Настоящий вопрос заключался в том, почему меня это волновало.
Я наблюдала за тем, как часто Остин менял партнеров, почти так же, как я, и никогда прежде не чувствовала такой жгучей потребности узнать больше. Даже о тех немногих, с которыми он встречался несколько месяцев. Так почему сейчас? Почему именно она?
― Ох, ничего себе. Это потрясающе, Обри, ― произнес чей-то голос, выводя меня из задумчивости.
Один из мужчин, который оскорбил меня ранее, улыбнулся Обри так, словно она открыла мир во всем мире.
― Ничего особенного. У меня есть немного времени, так почему бы не уделить его обездоленным. Это относительно простое биоинформатическое приложение, которое мы постоянно создаем для крупных компаний. Я познакомилась с Кэндис, педиатром из больницы, на конференции, и мы подружились с ней. Она рассказала мне свою историю, и я предложила свою помощь.
Тот резкий выпад, который был сделан ранее, больше походил на жестокий удар, поскольку я наблюдала, как все восхищались каждым ее словом. Я так сильно стиснула зубы, что испугалась, что они раскрошатся, когда вспомнила, как они смеялись над моим участием в благотворительности моих родителей.
Мне не нравилось это чувство. Обри ничего мне не сделала, но я была бы не против подставить ей подножку перед нашим уходом. Мне не нравилось это мелочное желание увидеть, как она упадет. Я не узнавала себя. Я была женщиной, которая гордилась тем, что поддерживала победы других.
― Как я понял, вы с Остином знакомы? ― спросил Джереми.
Она посмотрела в его сторону, нежно улыбаясь.
― Да, мы познакомились на последнем курсе колледжа. У нас был совместный урок информатики.
― Правда?
Вопрос вырвался прежде, чем я успела остановить себя. Я посмотрела на Остина, но его взгляд был сосредоточен на вилке, которой он ковырял остатки чизкейка на тарелке.
― Как тесен мир. Вы знали, что встретитесь здесь сегодня? ― спросил Джереми, прежде чем Обри успела отреагировать на мой выпад.
― О, нет. ― Она отмахнулась от него, словно он ляпнул глупость. ― Мы перестали общаться после того, как встречались некоторое время.
― Встречались? ― снова выпалила я, меньше всего мне хотелось поощрять этот разговор, и все же я не могла заткнуться. ― Я думала, что знаю всех, с кем ты встречался, ― сказала я Остину, который продолжал избегать моего взгляда.