Право на дочь

— Пло меня? Плавда?
— Да. Про тебя.
— А где ты вообсе был, если ты мой папа? Потему тебя не было лядом?
В этот момент Снежана откашливается. Я замечаю, как девушка чуть подаётся корпусом вперёд и бросает на меня многозначительный взгляд.
Да, Снежинка, я помню про наш уговор.
— Асёнок, помнишь я тебе говорила, что папа далеко, и поэтому не может быть рядом?
Малышка серьёзно кивает.
— Но ведь он тут, это зе недалеко. И он твой натяльник.
Ну и вопросы. Сообразительная какая. Казалось бы, что сложного — поговорить с трёхлетним ребёнком? А оказывается, не так это и просто.
— Так вышло, малыш, что папа вернулся издалека. И вот теперь может быть рядом.
— Ммм... Понятно.
Ассоль неожиданно спрыгивает с дивана, аккуратно укладывает мишку, после чего подходит ко мне. Уперев руки в бока, малышка наклоняется и заглядывает мне в глаза. Я тоже наклоняюсь и смотрю в её глаза, которые так похожи на мои. Аж дрожь прошибает.
— Это ты подалил? — вытягивает подвеску-снежинку и показывает мне.
— Да. Это я подарил.
Конечно, я не уточняю, что подарил этот медальон её маме четыре года назад. И тихий слегка вибрирующий вздох Снежаны сбоку говорит о том, что она сейчас тоже этот момент вспомнила. Как и всё, что было после между нами. Всё, благодаря чему передо мной сейчас стоит вот это маленькое голубоглазое чудо и внимательно выглядывается мне в лицо.
— Сто зе полутяется, если ты мой папа, то мы тепель будем зыть все вместе?
Вот такого вопроса я как-то не ожидал. И Снежинка, видимо, тоже, судя по нервному покашливанию рядом. Я бросаю на девушку взгляд через плечо. Ещё минут десять назад, стоя на кухне и слушая бесячие слова Снежинки про личную жизнь, я хотел её схватить, вжать в себя и целовать, пока дурацкие мысли про Дорохова и всех остальных мужчин не вылетят у неё из головы. Потому что это, млять, ненормально. Я не позволю никакому мужику воспитывать моего ребёнка. Но если быть до конца честным, дело не только в Асе. Меня понесло, как только я представил Снежану с другим.
Я, млять, прекрасно помню, как она меня целовала у офиса. И у меня башню кроет, стоит подумать о том, что она будет так целовать ещё кого-то.
А вопрос Аси про "жить вместе" невольно толкает на мысль, что, возможно, именно этого я бы и хотел. Обладать ими полностью. Иметь все права и привелегии. Эгоистично называть их моими и никого близко не подпускать, если осмелит приблизиться.
— Нет, детка, — качает головой Снежинка, смерив меня тяжёлым взглядом. — Жить вместе с папой мы не будем.
Да. Очевидно, наши с Морозовой желания резко не совпадают.
— Но ты будешь видеться с ним, когда захочешь. Папа будет приезжать и проводить с тобой время.
— А потему не будем вместе зыть? Длугие зе дети зывут с мамами и папами.
— Верно, малыш. Но бывает, что и не живут. У нас будет немного иначе.
— Ммм... — малышка расстроенно опускает голову и дует губы. — И что зе новых детей у нас тозе не будет?
Бог ты мой, да этот ребёнок занял бы первое место в топе "самые неудобные вопросы родителям".
— Нууу... Это... наверное об этом нужно говорить потом... и... — начинает откровенно мяться Снежана.
А вот я чётко вижу перед глазами картину, как Снежинка, беременная моим ребёнком, идёт вместе с Асей по улице и держит её за руку. Даже слюна во рту собирается, потому что для того, чтобы эта фантазия стала реальностью, нужно чтобы Снежинка была моей во всех смыслах.
В какой-то миг мне кажется, что она по глазам читает мысли в моей голове, хотя это невозможно. Но девушка так резко краснеет и начинает дышать чаще, что я допускаю вероятность того, что она догадалась.
— А мозно я буду называть тебя папой? — не получив чёткого ответа про "ещё детей", Ася резко переводит тему.
— Я буду очень счастлив, принцесса, если ты будешь называть меня папой.
Да я, млять, охренеть как буду рад!
Ассоль сначала стучит пальчиками по подбородку, затем тянет руку ко мне и кладёт ладонь на мою щёку.
— Папа... а ты маму мою любис?
    
52 глава
Снежана
— Папа... а ты маму мою любис?
От этого вопроса появляется острая боль где-то между лопаток, а руки мгновенно покрываются мурашками. Я смотрю на Асёнка, которая трогает своими крохотными пальчиками Лёшу за лицо, и не могу поверить, что она додумалась спросить его о таком. Хотя, наверное, это неудивительно, ведь маленькому ребёнку вряд ли может быть понятно, что мама и папа вовсе необязательно должны любить друг друга. Вот и моей зайке хочется знать, существует ли между мной и её отцом любовь.
Перевожу взгляд на Борцова. Он, в свою очередь, тоже смотрит на меня, а в глубине его глаз читается столько, что в груди мигом становится ещё больнее. Я не знаю точно, что вижу в его взгляде, но однозначно понимаю — думает он сейчас о том, что было между нами четыре года назад.
Вот только Асе на вопрос Лёша не отвечает. А в тот момент, когда его губы наконец раскрываются, и мне кажется, что я даже очень жду, что он ответит, в дверь неожиданно звонят.
— Ой, кто-то плисол, мамотька! — дочка отлепляет ладонь от Лёшиной щеки и подбегает ко мне. — Кто там?
Резко выдохнув, отчего часть болезненной пульсации в груди пропадает вместе с воздухом, я бросаю взгляд в сторону прихожей.
— Не знаю, малыш.
Я, правда, не знаю, кто мог наведаться к нам настолько поздно. Мы с Асей живём особнячком. У нас практически никогда не бывает гостей, да и кого звать, если я толком ни с кем не дружу и не общаюсь? Вот только с Инной удалось сблизиться, и то девушки ещё ни разу не было у нас.
Может, хозяйка квартиры заявилась?
Да вряд ли. Она бы позвонила или написала. Для оплаты аренды ещё рано.
Звонок в дверь повторяется.
— Снежан, ты откроешь? — хмуро спрашивает Борцов, сложив руки на груди. — Или это мне лучше сделать?
— Что? Нет... Не надо. Я сама открою, — поднимаюсь со стула и одёргиваю юбку, которая задралась, пока я сидела.
Наверное, хорошо, что наш разговор прервали, и Лёша не успел ответить на вопрос Асёнка. Да и что бы он сказал? Наверняка ему пришлось бы врать или как-то переводить тему. Ведь Лёша никогда меня не любил. Даже влюблён не был. Сейчас тем более.
— Ты кого-то ждёшь, Снежинка? — интересуется мужчина, тоже поднявшись на ноги и нависнув надо мной мрачной скалой.
Я знаю, о чём он думает. Вижу, как он сердито смотрит на наручные часы, и сразу понимаю, в каком направлении сейчас движутся мысли Борцова. Наверняка он уже придумал себе, как я приглашаю к себе по ночам любовников, один из которых сейчас стоит за дверью и ждёт своей очереди на мою любовь.