Кадры решают всё

Ответить глава империи Освэш не успел, так как в дверь вежливо постучали, и на пороге возник слегка просвечивающий Густав в своей потрясающей алой рубашке, правда, уже наполовину застёгнутой: на эту уступку он пошёл после трёхчасового спора с леди Матильдой. Та требовала, чтобы пуговицы были застёгнуты все, а Густав категорически с этим не соглашался, и в итоге спорщики пришли к компромиссному решению: ражди застегнёт четыре пуговицы из восьми.
В распахнутое окно в это же время просунулась смущённо моргающая голова Бигли с заткнутой за ухо ромашкой.
– Ты просил зайти? – обратился ражди к Теодору, но заметил работающий переговорный артефакт и вежливо поклонился. – Доброго вечера, господа.
– Ваше величество, ваше императорское величество, – Тео спрятал улыбку, – позвольте представить вам сотрудника академии, отвечающего за поставки и банковские операции. Это Густав, он, как вы можете видеть, ражди и, к сожалению, как и большинство наших сотрудников, — призрак.
Император демонов и король Ганелон во все глаза таращились на представителя давно исчезнувшего народа, который беззаботно им улыбался. Потом монархи взяли себя в руки и приветливо помахали Густаву.
– Густав, я попросил у его величества короля Ганелона разрешение на ведение банковской деятельности, – сообщил Тео ражди причину приглашения, – ты ведь говорил, что оно нужно?
– Обязательно, – кивнул ражди, – как только получим бумагу, сделаем магически заверенные копии моих документов, дающих право вести дела от имени банка «Гельвеций и компания».
– У вас есть такое право? – даже не пытаясь скрыть изумление, спросил демон-император, принадлежавший, как сумел вспомнить Тео, к роду Аш-Рибейл.
– Разумеется, – по-прежнему беззаботно улыбаясь, ответил Густав и пояснил, – я и при жизни был уполномочен заключать соглашения, особенно касающиеся расширения сети отделений, а теперь, когда я остался единственным потомком, я это право монополизировал. Впрочем, если у вас есть сомнения, мы можем призвать кого-нибудь из предков и уточнить. Теодор, ты ведь это сможешь?
– Ну, если у тебя есть вещь, хранящая хотя бы остаточную ауру, то смогу, – подумав, кивнул Тео, искренне надеясь, что это не потребуется: вот только призрачных ражди ему и не хватало. А вдруг им понравится?
– Вы настолько сильный некромант? – в голосе демона послышалось искреннее уважение, и это доставило Тео несколько очень приятных секунд.
– Да, – совершенно спокойно ответил вместо него Густав, – как вы думаете, поддерживать существование какого количества призраков и даже не задумываться об этом — легко? Да и мы не стали бы слушать слабого некроса, а уж тем более — служить ему. Да, Бигли?
Дракон, до этого момента внимательно прислушивавшийся, согласно моргнул и внезапно повернулся к Теодору.
– Теодор, мы нашли склеп для литературного салона, – громовым шёпотом сообщил он, – Биэль сказал, что можно, но ты должен разрешить.
– И что же это за замечательное место? – Тео заторможенно моргнул, пытаясь переключить голову с разговоров о банке на литературный салон. – У танцмейстера?
– А почему склеп? – встрял в разговор Мортимер, на физиономии которого не осталось даже следа от недавних слёз. – Это какая-то традиция?
– А ты думаешь, призраки стихов не любят? А в склепе и слышно хорошо, и мест много... – ответил ему Бигли и передней лапой почесал за ухом. – Мы выбрали склеп бывшего замкового мага. Хороший склеп, годящий.
– Какой? – переспросил король, зачарованно глядящий на Бигли.
– Годящий, – охотно повторил дракон, – ну то есть хороший.
– Ты где таких слов набрался, поэт? – с усмешкой спросил Густав. – Что за просторечные выражения, Бигли? Ты же культурный дракон, романтик.
– А мне Цезарь сказал, он тут привратником раньше был, а до этого с полевой кухней с войском графа Генриха ездил. Он вообще столько всяких слов интересных знает! Я даже записал некоторые… Хотите расскажу?
– Да!
– Да!
– Да!
Одновременно воскликнули оба правителя и Мортимер, глядящие на Бигли, как на невиданное чудо, а дракон просто купался во всеобщем внимании.
– Нет! – рявкнул Тео, примерно представляя, чем мог обогатить словарный запас дракоши бывший вояка, ставший привратником. Судя по горящим глазам и готовности конспектировать, правители тоже предполагали и были совершенно не против.
– А ещё мы придумали программу для первого салона, – продолжил Бигли, и в окно просунулась лапа, держащая изрядно помятый лист бумаги.
– Тео, Тео, – негромко окликнул король Ганелон ректора, – а можно я приглашу себя на этот салон, пожалуйста! Это так необычно! Я могу инкогнито, чтобы никого не смущать…
– Давайте сначала ознакомимся с программой, – тяжело вздохнул Тео и развернул лист. – Так, дракон Бигли с балладой «Рыцарь и принцесса». Ну, тут всё понятно. Бигли, она длинная?
– Нет, что ты, Теодор, я ведь всё понимаю, – проникновенно прошептал дракон, и просунулся в окно чуть дальше. Ромашка выскользнула из-за уха и упала на пол. Бигли проводил её печальным взглядом, и Мортимер тут же поднял изрядно увядший цветок и протянул дракоше.
– Спасибо! – улыбнулся тот во всю клыкастую пасть. – А ты кто?
– Я ваш новый сотрудник, – с готовностью отозвался Морти, – я психолог. Буду помогать в сложных жизненных ситуациях.
– У меня сложная жизненная ситуация, – тут же сказал Бигли, – ты будешь мне помогать?
– Обязательно, – приложил руку к груди довольный Морти и оглянулся на правителей, мол, видите, без меня никуда. – А что за проблема?
– У меня не получается хвалебная речь про Теодора, только это секрет, – громогласно прошептал Бигли, – у меня не рифмуются последние строчки. К имени Теодор очень сложно подобрать рифму, у меня придумалось только «помидор» и «забор», но они не годятся. Так ты мне поможешь?
– Даже не сомневайся, – Морти предвкушающе прищурился и чуть ли не облизнулся, – мы непременно найдём самую лучшую рифму.
– А может, не надо? – робко попытался встрять в разговор Тео, в ужасе представивший себе хвалебную речь совместного авторства Бигли и Морти.
– «Коридор» ещё, – подсказал со своей стороны переговорного артефакта король, – и «задор».
– А что ещё за номера? – вернулся к вопросу о репертуаре император Освэша и уселся поудобнее, явно не собираясь никуда уходить. – Кстати, можно ещё «бугор» и «упор»…
Осуждающего взгляда Тео оба монарха предпочли не заметить.
– И правда, Тео, давай посмотрим, что дальше, – король в нетерпении потёр руки, – кроме баллады про принцессу и рыцаря. Кстати, а можно мне её величество с собой взять? Она очень любит искусство!
– Давайте на первый раз вы придёте один, – обречённо ответил Теодор, представивший, что к королеве добавится принцесса, к принцессе пара подружек, к к подружкам — их лучшие друзья, и его ещё не доделанная академия превратится в проходной двор. – И, если можно, то я не буду показывать вам замок внутри: хочу потом продемонстрировать уже завершённый вариант.