Кадры решают всё

– Сделай это для него, а не для себя, – улыбнулась гадалка, – и мать позови…
– Тогда отец точно не приедет, – отмахнулся Тео, – они с матерью не живут вместе уже давно, и отношения у них так себе, если честно. Хотя мне кажется…
– Тебе правильно кажется, – понимающе кивнула госпожа Тамьяна, – пригласи их обоих на открытие академии, и ты увидишь, что успех сына поможет и им самим.
– Спасибо, – Теодор благодарно улыбнулся призрачной женщине, – я искренне признателен вам и за предсказание, и за доброе отношение, и за совет. И хочу сказать, что если вам понадобится моя помощь, то я всегда буду рад её оказать. Вам нужно только сказать, госпожа Тамьяна.
– Иди, мальчик, и спасибо, – гадалка махнула рукой, и всё кроме самого купола исчезло, как по волшебству. Впрочем, если это не волшебство, то что тогда — оно?
Тео сделал шаг и оказался в привычной уже обстановке старого склепа. Улыбнувшись друзьям, которые с тревогой всматривались в его лицо, он подошёл к ним и сказал:
– Всё в порядке, меня ждёт великое будущее, но и цену заплатить придётся немалую. Это если очень в общих чертах, а подробности я сам не слишком понял, так что и говорить о них не стану. И да, ваше величество, женитьбы в ближайшее время мне точно не грозит, так что можете совершенно не переживать по этому поводу.
– Вот, – Мортимер нравоучительно поднял палец, – правильный подход: вышел и сам, абсолютно добровольно, всё рассказал. И допытываться не пришлось.
Теодор хотел ответить, что он рассказал, во-первых, далеко не всё, а во-вторых, остальным Морти и слова не дал сказать, но не успел. Завибрировал надетый на запястье коммуникатор — император демонов сдержал слово и прислал в академию десять штук, которые Тео и раздал своим ближайшим помощникам.На связи был Христофор, который с тревогой в голосе спросил, не может ли Тео как можно быстрее подойти в кухню.
– Конечно, могу, – тут же ответил ректор и кивнул Хасиду, который даже без этого приглашения пошёл бы вместе с ним, – ваши величества, я очень рад, что вы нашли время для посещения нашего первого литературного салона, но сейчас я вынужден попрощаться с вами и заняться делами академии. Надеюсь, вы не сочтёте меня невежливым…
– Конечно, Теодор, мы всё понимаем, да и у нас дел немало, так что до связи и удачи! – проявили понимание монархи и, переглянувшись, шагнули в созданный королём Ганелоном портал.
– Уф, – выдохнул Тео, переглянувшись с друзьями, – они, конечно, замечательные, но как-то я устал от количества коронованных гостей.
– Кто тебе звонил по комму? Христофор? – Биэль был сосредоточен и серьёзен.
– Он, ты же слышал, – ответил Тео, быстрым шагом направляясь в сторону замка, – просил зайти. Биэль, Харви, вы тут разберётесь? А потом, если не случится ничего экстраординарного, встретимся у меня в кабинете, хорошо?
– Без проблем, – кивнул капитан, а Биэль молча отсалютовал, и призраки занялись ликвидацией последствий салона: организовали уборку мебели, гирлянд и прочих украшений.
Тео с Хасидом практически бегом поднялись по лестнице и сразу свернули в сторону кухни. Христофор обнаружился возле дверей, и Теодор подумал, что впервые видит повара таким встревоженным.
– Что случилось? – Хасид тяжело дышал, хотя пробежали они всего ничего, и Тео подумал, что они оба преступно мало занимаются своей физической формой, хотя Харви и Биэль уж составили для них план тренировок: для Тео посерьёзнее, всё-таки у некромантов физподготовка преподавалась на вполне приличном уровне, а для Хасида — как для начинающего. Но и на это у друзей не находилось времени, и Тео дал себе слово исправить такое положение вещей.
– Он снова буянит, – мрачно сказал Христофор, входя в сверкающую чистотой кухню, – но сегодня просто как никогда! Ума не приложу, что такое случилось, что он словно с цепи сорвался.
– Кто он-то? – уточнил отдышавшийся Хасид и вопросительно приподнял брови.
– Тот-кто-живёт-в-подвале, – громким шёпотом, опасливо покосившись на тяжёлую дверь в углу кухни ответил маленький повар, – а кто он такой, мы и сами не знаем. Он всегда там жил, но обычно тихо себя ведёт, иногда лет по тридцать ни слуху, ни духу… А в последнее время оживился, всё чаще то стонет, то рычит, то бормочет что-то, а что — не понять… Ну а сегодня вообще что-то невозможное творится!
Тут, в подтверждение слов Христофора в подвале раздался грохот, и в дверь изнутри врезалось что-то достаточно тяжёлое.
– У тебя там ничего ценного не хранится? – на всякий случай уточнил Теодор, обдумывая, удастся ли договориться с рассерженным обитателем подвала мирно или придётся усмирять, а то и уничтожать.
– Давно всё в другой подвал перенёс, – хозяйственный Христофор с недоумением покосился на Тео, мол, ты что, как можно было предположить такое?
– Отлично, – думая о своём, ответил Тео и потянулся к Зайке. Душа замка откликнулась в ту же секунду, и Теодор попросил девочку отвлечься от обустройства женского общежития и прийти в кухню. Зайка вышла из столь любимого ею туманного пушистого облачка буквально через минуту и привычно подбежала к Тео, чтобы обнять его и прижаться. Молодой человек погладил её по светлым локонам и заметил, что с каждой отреставрированной комнатой Изабель становится всё более материальной и, вполне вероятно, когда замок будет восстановлен полностью, она станет почти живой. Тео читал о таких случаях, хотя сам никогда не сталкивался. Впрочем, если начать вспоминать, что стало для него новым и неожиданным, тот-кто-живёт-в-подвале разгромит его окончательно.
– Зайка, – нежно улыбнувшись просиявшей девочке, начал Тео, – скажи, ты случайно не знаешь, кто обитает в подвале? Ты ведь наверняка в курсе, кто живёт у тебя в замке.
Изабель подумала немножко, забавно сморщив носик, а потом с энтузиазмом кивнула.
– То есть знаешь? – уточнил Тео, а девочка показала рукой на дверь в подвал и снова кивнула. – А кто это?
Зайка нахмурилась, так как говорить, в отличие от остальных, она почему-то не могла, а потом потянула Теодора из кухни.
– Ты хочешь, чтобы я пошёл куда-то? – догадался Тео и послушно отправился за Изабель вместе с неотступно следующим за ним Хасидом. Девочка решительно направилась в сторону покоев самого ректора. Уже предполагая, куда тащит его Зайка, Тео почти не удивился, когда она подвела его к зеркалу, являющемуся артефактом.
– Ничему не удивляйся, – попросил он Хасида, который во все глаза смотрел на то, как Зайка «включает» артефакт, – я просто не успел тебе его показать.
Как и в прошлый раз, зеркало медленно заполнилось голубоватой дымкой, а потом сквозь неё начали проступать картины, и Тео услышал, как потрясённо охнул Хасид.
Теодор с замиранием сердца смотрел, как зеркало показывает им картины далёкого прошлого: вот Изабель сидит за столом и внимательно слушает немолодого мужчину, с жаром рассказывающего что-то и сопровождающего свои слова бурной жестикуляцией. Девочка старательно записывает в тетрадь какие-то формулы и слова заклинаний, которые мужчина чертит прямо в воздухе. У Тео даже вырвался восторженно-завистливый вздох: он, например, так не умел… Точнее, умел, но только несколько знаков, а чтобы вот так – целыми формулами.... Увы!