Кадры решают всё

– Это графская корона Генриха, – негромко сказал лорд Эндрю, но в царившей в холле абсолютной тишине его голос был слышен всем, – если кому и носить её, то только тебе, Теодор.
– Но… – только и смог выговорить растерянный и поражённый ректор.
Тут из возникшего облачка вышла Зайка и подошла к нему. Она взяла Тео за руку и очень серьёзно посмотрела на него, а потом кивнула, показав пальчиком на себя, а потом на него.
– Она хочет, чтобы ты принял эту корону, – негромко сказал Биэль и, подойдя ближе, торжественно надел золотой обруч на голову Теодору. – Ты достоин её, Тео. Мы так решили.
– Благодарю, – прерывающимся голосом ответил Тео и, повинуясь внезапно вспыхнувшему чувству, опустился на одно колено. – Я принимаю этот венец и клянусь быть достойным вашего доверия.

Путь до болота был достаточно коротким, так что уже через пятнадцать минут после выхода Теодор с друзьями уже стоял на берегу и с недоумением озирал безмятежную гладь, заросшую белыми кувшинками и какими-то незнакомыми высокими растениями с пронзительно-жёлтыми цветами. Не было видно ни малейшего признака встречающих или хоть каких-то намёков на то, куда следует идти.
– Надеюсь, нам не придётся добираться вплавь? – слегка напряжённо поинтересовался Хасид, с нежностью поправляя кружево форменной рубашки.
– Как-то хочется в это верить, – согласился Тео, а Морти, со стонами и страданиями вынужденный временно расстаться с полюбившимся ему образом мальчишки, попытался когтистой лапой схватить большую красивую бабочку. Лапа была большой, а бабочка маленькой и юркой, так что попытка успехом не увенчалась, но хотя бы отвлекла Мортимера, который успел всех достать своим нытьём по поводу того, что его вынудили принять другой облик.
Не успел Морти в очередной раз прицельно махнуть чешуйчатой лапой, как раздался тихий плеск, и из зарослей тех самых жёлтых цветов выплыло нечто, что с определённым трудом можно было назвать плотом. Им правил невысокий человечек, одетый в ярко-зелёный костюмчик и большую соломенную шляпу.
– Приветствую короля академии и его свиту, – важно сказал он, причаливая к берегу неподалёку от внимательно следящих за ним друзей. – Я посланец королевы Лимейны, и меня уполномочили доставить вас к месту праздника.
– Благодарю тебя, – в соответствии с предварительными договорённостями, переговоры доверили вести Хасиду, как самому опытному в плане всевозможных королевских премудростей. – Нам нужно перейти на твой… плот? Или у этого транспортного средства есть какое-то иное, не известное нам название?
Человечек помолчал, видимо, осмысливая витиеватую речь принца, но потом кивнул и сделал приглашающий жест.
– А я как? – сердито спросил Мортимер, который в нынешнем облике ни на какой плот однозначно не помещался. – Мне вплавь предлагаете? Так у вас тут водичка так себе… и пиявки наверняка водятся...
– А ты можешь как-то уменьшить свой вес? – растерянно почесал в затылке Биэль. – Я вот вообще ничего не вешу, что в данной ситуации очень удачно.
– Не могу, – сердито буркнул Морти, – могу только обратно в мальчишку превратиться. Ну а потом снова этот облик принять…
– Скажите, уважаемый, – вежливо обратился к перевозчику Тео, – а мы куда поплывём на вашем чудесном транспорте?
– Так на остров же, – удивлённо вытаращился на ректора человечек, – куда ж ещё-то?
– Понимаете, мы в первый раз, – пояснил Хасид, – поэтому пока не в курсе, где проходит Бал.
– А, ну тогда понятно, – закивал человечек так активно, что его большая соломенная шляпа только чудом не свалилась в болото, – на остров отвезу вас. Там Бал завсегда и проходит.
– Простите, а как вас зовут? – решил проявить вежливость Тео и страшно изумился, когда человечек побледнел и затряс головой.
– Чего это я вам имя своё говорить стану? Вот ещё выдумали! – он сердито посмотрел на растерянного Теодора. – Нашли дурака! Залезайте лучше, ежели едете.
Недоуменно пожав плечами, друзья перебрались на оказавшийся достаточно устойчивым плот и дождались, пока Морти, отошедший в сторону, вернётся уже в облике встрёпанного парнишки.
– А далеко плыть-то? – спросил Биэль, всматриваясь в горизонт. – Что-то я тут никакого острова не наблюдаю.
– Это же остров, его никто не видит, – пояснил человечек, запутав всех ещё больше, – вот как подплывём, так он там и появится. Понятно?
– Нет, – честно ответил за всех Тео, – но плыть всё равно надо, так что отчаливай, уважаемый.
Человечек окинул их оценивающим взглядом и оттолкнулся шестом от берега. Плот шустро заскользил по воде, ловко огибая огромные глянцевые листья кувшинок и лавируя между густыми зарослями тростника. Чёрная вода мрачно блестела на открытых пространствах, и Тео старался не думать о том, что и кто водится в этих глубинах. А в том, что болото было достаточно густо населено, сомнений не было никаких. Пару раз из воды выныривали неизвестные молодому человеку существа и провожали плот задумчивыми, а иногда и голодными взглядами.
Путь по болоту продолжался минут двадцать, и вскоре перед изумлёнными путниками стали проявляться выступающие из тумана контуры большого острова, заросшего достаточно высокими кустами. Человечек направил плот к берегу, возле которого уже покачивалось на воде несколько аналогичных конструкций. Видимо, на них прибыли остальные гости из тех, кому требовался реальный транспорт.
Стоило плоту ткнуться краем в илистый берег, как из зарослей появился крупный жаб, похожий на Оскара — представителя Лимейны, с которым Тео провёл в своё время переговоры. Только этот представитель земноводных был несколько мельче и имел не такой самодовольный вид.
– Приветствуем короля академии и его спутников, – торжественно проговорил он, лишь иногда срываясь на квакающие интонации, – благодарим вас, что приняли наше приглашение. Королева ждёт вас! Следуйте за мной!
Теодор оглянулся на взволнованных друзей и на принявшего снова основной облик Мортимера и, глубоко вздохнув, двинулся за жабом куда-то к центру острова.
Тропинка, по которой они шли, была празднично украшена лилиями, кувшинками, фигурными склянками, в которых мельтешили светлячки, а также неизвестными Тео светящимися вьющимися растениями.
Вскоре впереди стал виден просвет, и гости вышли на большую, освещённую заходящим солнцем поляну, в центре которой стоял искусно сплетённый из тростника трон.
Стоило им вступить на поляну, миновав высокий колючий куст, как с окружающего пространства словно сдёрнули покрывало: поляна наполнилась существами, часть из которых Тео никогда в жизни раньше не встречал. Трон тоже перестал казаться пустым, и на нём обнаружилась одетая в длинное платье изумрудного цвета Лимейна. Королева посмотрела на куст, мимо которого прошли гости, и на её прекрасном лице отразилось лёгкое разочарование, которое, впрочем, сразу уступило место выражению радостного удивления.